Чтение онлайн

С наступлением дня идти стало значительно легче, чем в предрассветном сумраке, и группа полковника Согрина темп передвижения повысила, хотя и до того шла не медленно. Часто передвижение стало напоминать скользящий бесшумный бег. Возглавил движение Сохно. Из-за спины то и дело слышались пробные негромкие слова Кордебалета, переключающего свой «подснежник» с волны на волну, надеясь услышать знакомый голос.

– «Друг», я «Прыгун»… Ищу тебя… «Друг», отзовись…

Но эфир пока никак на призывы не откликался.

Согрин, не снижая темпа движения, на ходу раскрыл планшет. Сохно замедлил темп, и сразу оказался от полковника сбоку.

– Хотя бы примерно определи…

Тяжелый палец подполковника Сохно ткнул в карту.

– Думаю, здесь… Стрельба активная была… Даже излишне активная, я бы сказал, для нормального боя… Так стреляют, когда кого-то прикрывают или пугают…

Разговор не сбил дыхание ни одному, ни другому, как короткие призывы в эфир не сбивали до этого дыхание Кордебалету.

– Если это не сам Клишин стрелял, – Кордебалет добавил свои соображения, – то он обязательно пойдет на такую активную стрельбу, если ее услышал…

– Резонно… – Согрин согласился и ускорил шаг, теперь сам занимая место ведущего.

Но уже через двадцать минут им всем пришлось остановиться, потому что стрельба неожиданно раздалась снова, и теперь уже достаточно близко.

– Стволов-то, мне кажется, уже меньше… – прокомментировал Сохно. – Большая группа разделилась… Одни кого-то держат, другие в обхват пошли… – предположил он. – Или отступают под прикрытием…

– У Клишина мало людей… – сообщил Согрин. – Если обхватывают, то – его… Вперед! Заходить будем сбоку, чтобы разобраться…

Полковник Мочилов вошел в офис российского антитеррористического бюро Интерпола с красными глазами и помятым лицом. И застал Доктора Смерть по-прежнему за компьютером. Басаргин, открывший полковнику дверь, вошел следом.

– Вы в малом составе? – поинтересовался Юрий Петрович.

Доктор бросил взгляд на часы.

– Народ вот-вот начнет собираться, а Тобако выехал в аэропорт встречать Порошина. Это тот самый парень из Грузии… Я тебе про него рассказывал… Ты всю ночь пил? Вид у тебя соответствующий…

Мочилов вздохнул, как застонал.

– Две ночи… Уже две ночи жену не видел… Мне это грозит очередным разбирательством на домашней кухне… – у полковника покраснел заметный, через все лицо шрам. – А это, признаюсь, пожалуй, хуже, чем вызов «на ковер»…

– Жен нам всем, в соответствии со спецификой службы, надо выбирать по принципу лояльности… – изрек Доктор Смерть великую мудрость. – Как я, например, или как наш командир…

– У тебя она которая по счету?

– Вторая…

– А у меня четвертая… И каждый раз на лояльность надеюсь, кроме, наверное, первого, когда был просто молодым дураком… И каждый раз ошибаюсь…

– А мне пока первой и единственной хватает, – Басаргин был доволен своим семейным положением. – Но, может быть, чайку попьем или сразу к делу приступим?..

– Сразу… – заявил Мочилов. – К нам поступили сведения о большой провокации международного уровня, которая готовилась на Северном Кавказе. Но мы не смогли просчитать, что именно за провокация готовится и в каком районе. И только распылили силы, выискивая возможности боевиков… Но справедливо связали ее с прибытием в Россию комиссии ПАСЕ во главе с лордом Джаккобом. Однако комиссия обосновалась в Ингушетии, в саму Чечню даже не просилась, и мы, по глупости, перебросили туда большую часть своих подразделений. Прочесывали леса поблизости от лагерей беженцев. А оказалось, прочесывать следовало совсем в другом месте… Вы в курсе…

– Почти в курсе… Взяли данные из Интернета… – Басаргин сел за свой стол, предоставив полковнику Мочилову на выбор любое из свободных мест. – Пока событие никак не отражено в ежедневных сводках Интерпола, и ссылаться на официальные данные мы не можем…

– Полного отчета мы тоже пока не имеем. Но, в общих чертах, дело выглядит так… Уничтожены жители чеченского села. Некий местный житель видел, как в сторону села идут военнослужащие с нарукавной эмблемой армейской разведки и нагрудным знаком с изображением дракона…

– Что это за знак? – поинтересовался Доктор.

– Есть у нас такой знак – отдельный отряд особого назначения «Боевой дракон»… Специализируются на ликвидации командиров бандформирований. Они как раз неподалеку проводили операцию по уничтожению банды эмира Сафара. Кстати, эмир Сафар – житель того самого злополучного села… Банда Сафара была уничтожена полностью вместе с эмиром, только был взят в плен разведчик-радист банды, сам командир отряда подполковник Клишин, которому вот-вот должны были еще по звездочке на погоны кинуть, с малой группой, прихватив с собой пленного разведчика-радиста в качестве проводника, отправился на уничтожение пустой базы Сафара и пропал. Связи с ним нет уже почти сутки. Хотя связь и не предусматривалась. Просто должен был бы уже вернуться, а не возвращается. Остальные бойцы отряда временно задержаны, хотя для них такое обвинение прозвучало как гром среди ясного неба…

– Фотографии в Интернете… – напомнил Доктор. – Там есть конкретные люди… В военной форме…

– Да… Эти фотографии… На двух снимках на заднем плане есть люди в форме. Нагрудный знак ни на одном снимке не фигурирует, но один из этих людей в форме в профиль очень похож на подполковника Клишина. Хотя качество самих снимков не позволяет провести идентификацию. Даже при всей мощи современных компьютеров. Это пытались в ФСБ сделать, пытались и у нас, но результат одинаков – похож, и не более…

– А не могли, в самом деле, они… – неуверенно начал Басаргин.

– Не могли… – за Мочилова ответил Доктор Смерть. – Я знал Клишина еще лейтенантом. Сам я тогда уже был майором. Встречались и позже, когда он уже капитаном был… В первую чеченскую… Немножко многословный, но выдержанный. А здесь мы имеем дело с очевидным психозом. Это я говорю как профессиональный врач, а не как сотрудник Интерпола…

– Не могли… – подтвердил и Мочилов. – И это всем ясно… Но в мире уже поднялась такая шумиха, да тут еще эта комиссия ПАСЕ подключилась, и задержание группы, просто временная, хотя и оскорбительная, но, как мне объяснили, необходимая мера, предназначенная для того, чтобы снизить поднявшийся в мире шум. Правда, сам я не вижу необходимости перед этими иностранными ублюдками прогибаться…