Чтение онлайн

В тот год, как и прежде, привел серый жаворонок на землю Лелю Весну. Снова весенние грозы донесли до людей игры Перуна и облачных дев, окрыляя сердца и наполняя их светлыми надеждами. Благодатные дожди пролились на Мать-Землю, напитав ее живою водой. Весна принесла радость береговому народу. Она же принесла и великое знамение.

Ранним утром, на заре волхв Божеслав увидел вещий сон. Первым пришел к нему во сне старый Родослав, он, как и в тот день, перед смертью улыбался, а потом, указывая на реку, сказал: Я же говорил тебе: грядут перемены и Она придет. Вот и случилось чудо для всех нас! Великая благодать снизошла.

После этих слов фигура старца исчезла, а с неба обрушился сильный ливень, и река, вышла из берегов. Волхву показалось, что ее воды снесут городище. От этого ему стало страшно, и взмолился он богам о помощи. Но внезапно из самой реки раздался нежный женский голос. Он велел Божеславу, как только пропоют петухи, собрать народ на берегу.

– Не страшись волхв, я принесу вам то, чего раньше у вас не было, – сказал таинственный голос.

Сон был отчетливым и ярким, какой бывает обычно явь. Волхв понял, что сон нес знак о будущем. Он стал творить молитвы, дожидаясь петушиного крика, чтобы поведать волю богов народу. И вот, едва, раздался первый крик священной птицы Перуна, Божеслав трижды протрубил в рог, созывая собратьев.

Тресветлое Солнце вставало из-за горизонта, обливая все вокруг розовым и золотым. Заря–заряница открывала миру свое прекрасное чело, возвещая о начале нового дня, освещая лица пришедших. На широком берегу, перед жилищем волхва собрался почти весь народ, желая узнать, для чего волхв созвал их сюда. Кое-кто не понимая причины столь раннего сбора, ворчал, выказывая свое недовольство. Люди не понимали, чего они ждут и потому не скрывали этого. Волхв же надеялся, что та, которая велела ему собрать всех, ответит народу. Однако время шло, а ничего не происходило. Атмосфера накалялась. То тут, то там стали раздаваться смущенные голоса.

– Мудрейший, отчего в такую рань? – кричали горожане.

– Волхв Божеслав, ты бы нам хоть поведал, чего ждем–то? – вторили им другие.

– Вот так вот спозаранку на площади стоять – ни уму, ни сердцу…, – не унимались третьи.

– Коли так просто стоим, и ничего…, так мы лучше пойдем, чего тут топтаться, дома-то делов по горло….

Ропот недовольства слился в единый гул. Это было похоже, на растревоженный улей. Волхв понимая, что недовольство не поможет народу достойно встретить таинственный голос, решил усмирить собравшихся.

– Тихо, собратья, – громко произнес он. Та, кто велела мне созвать вас, ничего помимо этого мне не открыла. Но за этим великая тайна сокрыта. Голос же ее доносился из священной реки. Мне было знамение в СНОВИДЕНИИ. Голос Девы из реки вещал мне. Мы должны дождаться ее, должны услышать ее Благую весть, что она скажет. И поверьте мне, если мы дождемся ее…. Волхв не успел закончить говорить, как из толпы раздался голос воеводы Путяты:

– Мудрейший, – неужто и ты сам не ведаешь, кого мы ждем. А вдруг это с нами шутку навьи сыграли. А вдруг то, что появится, всех нас заберет. Не каждый готов вот так сразу отправиться.

– Это ты Путята, по недомыслию говоришь, – ответил волхв, укоризненно глядя на воеводу. Мы, и деды наши, и деды наших дедов живем здесь, так и не узнав тайну реки, не услышав ее имени. Так и не ведая, кто она – эта Река, а ведь она каждый миг нашей жизни освящает. Ее водами поливаем мы наши поля, от ее росных туманов рождается на нашей земле плодородие. Но никто из нас, береговых людей до сих пор не знает ее имени. Почему? Может ты, Путята, ответишь? А ведь, воевода, ты не ответишь.

– А я почем знаю, мудрейший? Мое дело защищать народ наш, воинов в бой вести.

– То-то и оно, Путята, что защищать береговой народ от врагов надобно. А та, кто нас сегодня на площади созвала, никак нам не враг. Мы даже зовемся – береговыми людьми, то есть живущими на ее берегах. А имени ее до сих пор не знаем. Без нее мы здесь и не поселились бы. Ее щедростью мы живы и здоровы.

– А отчего же, волхв Божеслав, та, кто велела нас сюда созвать, имени своего не назвала? – спросил воин по имени Ратибор.

– А отчего, Ратибор, до сих пор ее имени никто из нас, береговых людей не ведает. Отчего ее только Рекой называют? Отчего?!

– Этого никто не знает, – ответил воин.

– И отцы наши и деды, того не ведают, – донеслось откуда-то с конца площади.

– Да и прадедам нашим река имени своего не открывала, – сказал дружинник князя – молодой воин по имени Яромир.

– Так ведь бывает, собратья, что есть вопросы, на которые ответ дать невозможно. Все, что можно – это ждать, – продолжил волхв. Никто не ведает, покуда яблоко зреет, хорошо ли оно будет на вкус. Пока яблоко зелено, можно ли увидеть в нем спелый плод. Никто не сорвет такое, никто его не надкусит прежде времени. А коли надкусит, так и испортит. Тот же, кто дождется урожая, тот только и узнает, сладок ли плод.

Собратья, все, о чем я прошу, это подождать. Не печальтесь о своих домашних делах, забудьте на время обо всем, поверьте, то, что может произойти сегодня, важнее прочих дел.

Гул заметно стих, но отдельные голоса все еще продолжали раздаваться в толпе.

Волхв Божеслав, взяв в руку посох, трижды постучал им по земле и голоса смолкли.

Волхв медленно повернулся и, оставив толпу позади, пошел к реке. Зайдя в реку, он поклонился ее водам и прочитал молитву. После чего из реки раздался женский голос, отчетливо слышимый на берегу.

–Ныне я открою то, что предначертано вам богами Прави. Расскажу, береговым людям о Судьбе вашей грядущей.

То ли от этих слов, исходящих от вод, то ли от поднимающегося Солнца, но всем на берегу стало видно, как река засияла дивным золотистым светом и забурлила. Вскоре, медленно поднимаясь из-под воды, появилась светящаяся женская фигура. Будто солнце, скользящее по воде, она, как посуху, вышла на берег. И тогда взору горожан предстала светящаяся девушка необыкновенной красоты, с длинными светлыми волосами, доходящими до самой земли. Девушка прикоснулась одной рукой к берегу и земля под ней в тот же миг начала расти, становясь холмом. Эта девушка была бы во всем похожа на береговых людей или поляничей, если бы не дивный свет, исходящий от ее лица и сарафан, который будто из самой воды был соткан, да только не растекался. Так чудесная незнакомка и появилась в Городище в ту весну, выйдя прямо из реки на глазах у всего народа.