Чтение онлайн

– Что… что происходит? – едва справляясь с нарастающим волнением, спросила я. – Что я сделала не так?

– Почему ты решила, что сделала что-то не так?

– Твои глаза…

– Что не так с моими глазами? – как ни в чем не бывало спросил он, оставаясь при этом совершенно спокойным. – Думаешь, если я так выгляжу, то жажду твоей крови?

– Разве нет?

– Знаешь, пожалуй, пора немного поговорить о нашей природе. Как я догадался, с тобой мало кто об этом говорил. То, что ты сейчас видишь, – это не очередная моя ипостась, Мири, это я и есть. Не дели меня на количество обличий, которые я могу принимать, это будет неправильно. Тебе кажется, что раз мои глаза темны и появились клыки, то я зол, не так ли?

– Да…

– Правильный ответ «нет». Начну издалека. Наша раса имеет очень долгую историю. Мы жили в мирах, населенных существами более сильными и опасными, чем мы, нам приходилось выживать, но мы всегда были хищниками. Сильнее не значит удачливее, запомни это. Наш организм устроен так, что мы всегда приспосабливаемся. Знаешь почему, когда рождается демон, его невозможно отличить от человеческого детеныша?

Я лишь отрицательно покачала головой.

– Он не вызывает подозрения и кажется слабым, так легче выжить. Мы растем, имея человеческую ипостась, до момента, пока наша энергетическая составляющая не станет полноценной. В момент совершеннолетия, а демоны таковыми становятся, как только полностью обращаются, большая часть из нас меняет облик при помощи сильных эмоций. Чаще всего это гнев. А злимся мы часто и неконтролируемо в этом возрасте. Открою тебе секрет, – доверительно обратился он ко мне. – Ты такая скучная для своих лет, словно тебе давно перевалило за сотню, – хохотнул он. – Тебе бы золотую косу – была бы похожа на мою бабушку, – окончательно развеселился он.

Я смотрела на то, как он открыто смеется собственной шутке, и просто терялась. Я помнила, каково это, когда ты изменяешься настолько, что глаза заволакивает тьма. Насколько ты теряешься в волнах неистовой ярости, что переполняет тебя в эти моменты. Неужели я неправильно воспринимала себя?

– Посмотри на меня, – обратился он ко мне. – Разве похож я на кровожадного тупого монстра, жаждущего чьей-либо крови?

– Нет.

– Думаешь, сейчас я другая личность? Думаешь, моя ипостась меняет и сознание?

– Не похоже.

– Я – это я, милая. То, что могло тебя напугать, – это всего лишь отражение твоего гнева, усиленного более совершенным телом, которым стоит научиться управлять. Если оставить все как есть, то, поверь мне, однажды ты потеряешь контроль над самой собой. И вина за то, что ты натворишь в таком состоянии, будет лежать только на тебе, а не на другой воображаемой личности. Ты должна это понять сейчас, пока не поздно…

Он говорил со мной, а в голове билась одна-единственная мысль: «Ведь уже было такое! Но было ли это самым страшным, что могло произойти?»

– Единожды сменив ипостась, дав возможность твоему сознанию слиться с новыми возможностями и особенностями демона, ты перестанешь терять себя всякий раз, когда будешь менять облик, понимаешь?

– Да, но я не знаю, как мне преодолеть себя.

– Раз по обычной схеме не выходит, позволь позвать тебя.

– Что?

– Твое согласие важно. То, что я предлагаю, используют редко, потому как каждый из нас чтит свое личное пространство больше всего. Ты должна довериться мне. Доверить самое сокровенное, разделить со мной свое «я», каждую свою мысль, каждое желание.

– Но…

– Послушай, мне тоже нелегко на это отважиться, потому как обмен взаимный.

– Взаимный? Хочешь сказать, что мне придется забить голову твоими мыслями, воспоминаниями и прочим? Ты не обижайся, но я этого не хочу. Не хочу знать о тебе больше, чем это необходимо. Не хочу воспринимать тебя, как часть себя. Разве не это принесет подобный обмен?

– Прямолинейно, ничего не скажешь, – хмыкнул он.

– Правдиво, – поправила я. – Я не хочу подобной близости ни с тобой, ни с кем-либо другим, понимаешь?

– Понимаю, – не споря, согласился он. – Тогда, думаю, мое следующее предложение покажется тебе куда более привлекательным.

– Что… – прежде чем я успела договорить, Лео резко наклонился, подхватив меня под мышки, и одним движением вытянул из снега, поставив рядом с собой. – Ты сама сказала, что не хочешь иначе, – очень близко наклонившись к моим губам, прошептал он. Жар его дыхания опалил кожу, заставляя сердце шумно биться в груди.

Наверное, я уже хорошо должна была бы знать, что этот мужчина никогда и ничего не делает просто так. Должна была быть готова к тому, что если он предлагает выбор, то уже заранее знает мой ответ. И что он всегда поступает так, как считает нужным. Но я и впрямь полагала, что он спрашивает, чего хочу я…

– Какое предложение? – кажется, мой голос дрожал.

Даже сейчас я не могу вспомнить отчетливо то, как это произошло. Но я ведь сама пошла на это.

– Позволь мне кое-что забрать у тебя…

– Что? – Мои губы неожиданно пересохли. Его близость отчего-то смущала, заставляя нервничать все больше и больше. Что это было? Страх, что будоражил кровь и заставлял сердце учащенно биться? Или возбуждение, волнами расходящееся по телу? Его энергетика, такая мощная и сейчас ничем ни прикрытая, звоном отдавалась в каждой клеточке моего тела.

– То, что находится здесь. – Его палец аккуратно провел по моей щеке. Медленно спускаясь по обнаженной коже шеи, слегка задевая ворот куртки, он остановился, словно обличая меня в чем-то, у самого солнечного сплетения.

– И что это? – внезапно севшим голосом прошептала я.

– То, что люди называют душой…

Я смотрела в темные провалы его глаз, на самом дне которых так завораживающе красиво кружили золотые искры, словно всполохи звездного сияния, и не могла найти слов, чтобы ответить ему. Просто была не в состоянии даже осмыслить то, что он сказал. Меня словно подхватил этот золотой вихрь, поднявшийся со дна черной бездны, и поманил за собой. Он кружил мое сознание, и я вновь терялась на дне этих глаз.

– Ты так слаба сейчас. Неужели не чувствуешь, как легко манипулировать тобой, – раздавался где-то вдалеке знакомый, но ничего не значащий голос. – Ты не в силах закрыться от меня, не в силах преодолеть собственные страхи. Забыть боль, что испытала в день смерти брата, – разве не хочешь ты этого? Я могу сделать тебя другой, сильной, не боящейся собственной тени и своего естества. Разве не хорошо будет так жить? Ты просто выключишь их… я выключу… ненадолго заберу…

Я все хуже понимала, что такое он говорит. Слова словно обретали какой-то двойной смысл, мешающий их правильно воспринимать.