Чтение онлайн

Ибо оставался ещё один вопрос. Самый, возможно, неразрешимый. Который не каждому-то и в голову нагрянет. Как быть с разумом ? А с памятью ? Что скажет чюдом выжившая, открыв ровно через час свои острые, как у бельчонка, чёрные глаза ? Узнает ли она себя в омоложенном на год существе ? А его, её спасителя ? Ведь поступила-то она ещё в сознании и твёрдом уме - иначе её подпись под Типовым Договором гроша ломанного для собеса не стоит ! Хотя... Если её память о последнем годе растает, подобно ожогам ЖКТ, можно будет списать на послестресс. Ретроградная амнезия, знаете ли. Да-да, травмирующие переживания, взрыв, спец операция, то, сё... А вот с переломом руки надо что-то думать. Hе дай Отец, сделает какой-нибудь не в меру ретивый айболит перед выпиской снимок - а кость цела, а костную мозоль - как корова языком...

Эх, если бы можно было отмотать назад только день ! Всего один день ! Тогда перелом под гипсом остался бы, а бутыль хлорки осталась бы не при делах ! Ту нянечку-то он сразу уволил со "служебным несоответствием" (и поделом) - но оставались и другие свидетели. Hавалом. Вповалку. Больница - не то место, чтобы иметь о себе секреты. Проклятое же Чюдо явно начиталось в студенческой молодости, через его плечо, подпольных буддистских прокламаций. Принцип максимального действия, мать его. Или всё, или фига с маслом. Как только _начиналось_, перевернуть Часы обратно (о)казалось нереальным. Рама словно вмерзала в основательное основание, и обвязанный вокруг Зодиака, плящущего (кружащегося) по торцу круглой крышки чаши, кетгут лопался с противным писком. Hе в силах совладать с перемолотым в песок светом звёзд. Что выше кремлёвских... Блин, вот прознают эти, что скрывал Вадим за своей чистенькой ширмой, что прятал за двойным запором (второй ключ только у себя, в потайном кармашке летней тройки) - и покатится с плеч не майорская звёздочка, а светлая голова. Заронится в провинциальную тьму-таракань, а то и в трудовой лагерь. За сокрытие чего-то там. Или... О ! За недоведение до сведения компетентных органов информации, имеющей государственную ценность. За превышение служебных полномочий. И срыв казённых роз !

Hо вот она, Татьяна. И вот Часы, которые могут её помочь и уже не смогут ей навредить. Они отнимут год жизни. Они подарят жизнь на многие годы. Каламбур. Дилемма. И Вадим поставил Часы на табуретку, придвинутую к каталке. Ровно посередине. Хоть и не было в Тане и полутора метров. И перевернул. Мир. И неторопливо сел у дальнем углу. В ожидании чюда.

А через час с кряхтением поднялся, вколол в непонимающие, ясные и _живые_ глаза обезболивающее - и сломал неправильно сросшуюся целую кость. Жить ? Будет.

***

ЭПИЛОГ

Это был первый и последний раз, когда "эффект Колонкина" сработал на человеке. Сколько ни переворачивал на следующий день Вадим стеклянную пустышку, сколько ни тряс - ни че го. Жёлуди нахально оставались желудями. Что в метре, что в трёх. Сколько ни хрюкай. В панике он сорвался к Звёздочёту - и опоздал. Опоздал навсегда.

Время шло теперь своим чередом. Случай больной Т. был описан им в медицинском журнале и признан значительным успехом самой передовой в мире советской медицины (не смогли найти, к чему придраться). Вадим был прощён за прогул полдня. Татьяна была выписана "с частичной потерей памяти вследствие посттравматического шока". Hа новый год Вадик с Танюшкой поженились. Всё вошло в колею, за-вертелось. За-было-сь сном.

Потом не раз он ловил себя на мысли: а что бы сделал он, Вадим, если бы, когда Таня (кончалась) исходила криком, пытаясь родить ему сына, если бы Часы были к тому времени всё ещё живы ?

И лишь однажды, сидя на веранде собственного дома и укачивая годовалого Ванюшку на коленях, Вадим вспомнил... И почти позволил себе возникнуть вопросу: а что стало с _тем_ ребёнком, которым была беременна безнадёжная больная Т. ?