Давай закажем хеппи-энд

Ну, вот и все. Ирина стояла в холле гостиницы «Роял Нэшнл» и смотрела сквозь стеклянную стену фасада на подъезжающие автобусы. Из них вываливались люди с рюкзаками, дорожными сумками, чемоданами на колесиках и устремлялись внутрь, чтобы заполнить освободившиеся номера, в том числе и ее. Что ж, все прекрасно, она уезжает и, надо сказать, с легким сердцем.

«Легкое» сердце почему-то затрепыхалось, и Ирина почувствовала, что от этого нервного подрагивания могут сбиться капельки слез, как сбиваются желтые шарики домашнего масла из жирных сливок.

Этого еще не хватало — одернула себя Ирина. Она пока еще не перешла в возраст недержания, когда единственный способ излить нахлынувшие чувства — заплакать.

Все хорошо. Все так, как она хотела. Ее драгоценнейший сын Петруша стал студентом Лондонского университета. Она улыбнулась.

Когда губы вернулись на место, а мысли Ирины — в реальный мир, перед ней, словно из ниоткуда, возникла девушка.

— Здравствуйте, — сказала незнакомка. — Простите, вы госпожа Свиридова?

— Да, я Свиридова. — Ирина вздрогнула. Больше всего ее удивило то, что девушка обратилась к ней по-русски — от звуков родного языка вне родных стен Ирине стало тревожно. — Здравствуйте, — наконец спохватилась она. — А в чем дело?

— Ваш гид мне посоветовала обратиться именно к вам. — Девушка сделала паузу, позволяя Ирине осознать смысл произнесенной фразы. Ирина отчетливо представила себе гида Светлану — красивую девушку с черными кудрявыми волосами и белоснежной кожей. — Не могли бы вы захватить в Москву очень легкий пакет?

— Пакет? — Ирина с трудом вырывалась из плена собственных мыслей, ничего общего не имеющих ни с Москвой, ни с посторонними людьми. В этих мыслях была только она и ее сын Петруша. — Пакет… — Ирина оглядела девушку. — Надеюсь, в нем не пластиковая бомба?

— О нет, нет! Посмотрите сами. — Девушка со светлым лицом и светлыми волосами, совершенно обыкновенная, мимо такой пройдешь и не обратишь внимания, вынула из пакета журнал на английском в яркой обложке и три лазерных диска. — Вот и все. — Девушка опустила руки и выжидающе смотрела на Ирину. — Да, моя визитная карточка! — Она вынула из сумочки белую с золотым обрезом картонку и подала Ирине.

— Ну-у… хорошо. Давайте. Только как… кому я это отдам?

— Нет проблем. Вас встретят. Олег или Андрей. Я сейчас напишу номера их мобильников, на всякий случай… — тараторила девушка с явным облегчением. — Я работаю в Лондоне от звукозаписывающей фирмы. А здесь самая свежая информация. Вас встретят и отвезут домой. Вы прилетите ночью, и вам будет удобно, правда?

— Пожалуй. — До Ирины вдруг дошло, что и у нее есть собственный интерес в этой сделке. Ей не нравилось, что самолет в Шереметьево приземлится в тот мертвый час, когда до дома можно добраться только на такси. Но это дорого и рискованно, и она мысленно приготовилась ждать рассвета.

— А чтобы вы узнали друг друга, они напишут вашу фамилию и встанут с плакатом в зале прилетов.

— Понятно. — Ирина сочла этот вариант вполне приемлемым.

— На всякий случай можно ваш телефон? Рабочий или домашний? Мало ли, какая нестыковка. Тогда они вас найдут.

— Пожалуйста. — Ирина продиктовала домашний телефон. Потом уложила пакет в дорожную сумку цвета «британский зеленый», купленную вчера в бутике недалеко от гостиницы. — Я все передам.

Девушка постояла еще минуту, задала несколько светских вопросов о том, как понравился Лондон.

— Я здесь в пятый раз, — призналась Ирина, — но раз от раза Лондон мне нравится все больше.

— Вас можно понять. — Девушка улыбнулась и вынула из сумки коробку итальянских конфет — Ирина знала эту замечательную фирму — и протянула ей. — Дорога длинная, может быть, они скрасят ее…

— Что вы, что вы! Не стоит.

— Нет, пожалуйста! — И девушка положила конфеты на сумку Ирины.

Ирина благодарила и думала: надо же, какая удивительная поездка. Даже после того, как она закончила все дела, судьба решила осыпать ее мелкими, но приятными дарами.

— Ну что ж, еще раз спасибо, — сказала Ирина. — Буду вспоминать о вас всю дорогу, наслаждаясь этими конфетами. Я знаю, они очень вкусные. Мои любимые. Внутри орешек, поверх него — жидкий шоколад…

— Все мы дарим то, что больше всего сами любим, — согласилась Ирина. — Хорошо, я передам все в целости и сохранности.

Девушка откланялась, а Ирина осталась ждать свой автобус, который отвезет ее в аэропорт Хитроу. Наконец он плавно подкатил к самому входу.

Итак, поедем в другую жизнь, сказала себе Ирина, устраиваясь за спиной у водителя. В этот момент она даже не предполагала, насколько точной была пришедшая в голову мысль.

Самолет — битком набитый пассажирами «боинг», наверняка купленный новорусской компанией по дешевке из-под американских пассажиров и вытертый ими почти до дыр, приземлился в Шереметьево в середине ночи. Ирина Свиридова вышла через зеленый коридор, ничего не предъявляя таможенникам, и оказалась под взглядами немногочисленных встречающих. Она не всматривалась в лица, а только в таблички, которые люди, в основном мужчины, держали перед собой. Она искала свою фамилию. И нашла.

— Здравствуйте, — сказала она, подходя к мужчине в черной куртке с капюшоном. — Я Свиридова. А вы Олег или Андрей?

— Не тот и не другой, — спокойно признался он.

— Но тогда я не должна отдавать посылку вам, — шутливым тоном сказала Ирина, но сама уже протягивала ему пластиковый пакет.

Мужчина засмеялся, не спеша принимая посылку.

— Не беспокойтесь, я от них. — Он протянул руку, желая забрать у нее дорожную сумку. — Пойдемте.