Давно пропавший
Шрифт:
Крышка багажника с железным стуком захлопывается. Темнота. Он отчаянно кричит. Бьется. Воздуха не хватает. Потом его выпускают...
Пити описывал все это, пока мы сидели напротив друг друга во дворике закусочной, в которую я направлялся.
– Тебе не следовало прогонять меня с того бейсбольного матча, – заметил он.
– Знаю. – Мой голос дрогнул. – Боже, неужели же я этого не понимаю...
– Та женщина была старше мамы. Вокруг глаз морщинки. В волосах седые пряди. Вялые губы. Страшно худая. Сутулые плечи. Свисающие руки. Она напоминала птицу, но оказалась очень сильной. Мужчина был небрит, с длинными грязными волосами, одет в рабочий комбинезон. От него пахло жевательным табаком.
– Чего они хотели? Они тебя...
Я не смог заставить себя произнести слово "изнасиловали".
Пити отвел взгляд.
– Они увезли меня на ферму в Западной Виргинии.
– Сразу за границей нашего штата? Ты находился так близко?
– Недалеко от города, который назывался Спасение. Злая шутка, верно? Но именно так оно и было, хотя я узнал об этом позже. Они держали меня в заточении, пока я не сбежал. В ту пору мне исполнилось шестнадцать.
– Шестнадцать?.. Но где ты был все эти годы? Почему не пришел к нам?
Пити явно чувствовал себя неловко.
– Я думал об этом. Просто... просто не смог себя заставить.
Он достал из кармана рубашки пачку сигарет.
Как только брат чиркнул спичкой, у нашего столика появилась официантка.
– Извините, сэр. Здесь курить не разрешается.
Грубое лицо Пити окаменело.
– Ладно.
– Что прикажете?
– У вас это лучше получается.
– Как?..
– Сэндвичи с ветчиной, – сказал я официантке, чтобы разрядить ситуацию.
Пити нервно сунул сигареты обратно в карман.
– Пару бутылок "Будвайзера".
Когда она отошла, я посмотрел вокруг, стараясь убедиться, что посетители располагаются достаточно далеко и не слышат нашего разговора.
– Ты имеешь в виду – не смог себя заставить вернуться?
– Тот человек... он постоянно твердил, что мама и отец никогда не примут меня назад.
– Что?!
– После того, что он сделал со мной... Он говорил, что я буду отвратителен своим родителям и они...
Я почувствовал, как меня охватывает глубокая печаль.
– Отрекутся от тебя? Они бы никогда так не поступили.
– Теперь мне это понятно. Но когда я убежал... скажем так, я был не в себе. Меня держали под замком, да еще и под землей.
– Боже...
Лицо брата исказилось:
– Я семь лет не видел белого свет. Когда выбрался на волю, мне потребовалось время, чтобы разобраться, что к чему.
– Но чем же ты занимался?
Пити покосился на меня:
– Бродяжничал. Работал на стройках. Водил грузовики. Всего понемногу. Вскоре после того, как мне исполнился двадцать один год, случилось ехать по трассе в Коламбус. У меня хватило духу заехать в Вудфорд и бросить взгляд на наш дом.
– К тому времени мы его уже продали.
– Да, мне так и сказали.
– А отец умер.
– Об этом я тоже услышал. Никто не помнив, куда переехали миссис Дэннинг и ее сын Брэд.
– Мы жили в Коламбусе, у родителей мамы.
Пити удрученно покачал головой:
– Так близко. Я не знал девичьей фамилии матери, поэтому не мог разыскать ее.
– Но ведь полиция наверняка сумела бы помочь тебе найти нас.
– И задала бы кучу вопросов, на которые я не хотел отвечать.
– Они арестовали бы мужчину и женщину, похитивших тебя.
– Да какую пользу мне это могло принести? Я бы обрек себя на адовы муки. Пришлось бы давать показания. Газеты, телевидение... для них эта история – сущий клад. – Он беспомощно махнул рукой. – Я себя чувствую так, будто...
– Теперь с этим покончено. Постарайся обо всем забыть. Ты ни в чем не виноват.
– Мне до сих пор кажется...
Пити хотел подобрать слова, но замолчал, потому что официантка принесла пиво. Сделав большой глоток из бутылки, он заговорил о другом:
– Как там мама?
Вопрос меня озадачил.
– Мама?
– Да, как у нее дела?
Мне потребовалось несколько секунд, чтобы собраться с мыслями и ответить:
– Она умерла в прошлом году.
– Что?!
– Рак.
– Ох...
У Пити стало такое лицо, будто его ударили. Он смотрел на бутылку в руке, но, похоже, видел что-то совсем другое.
4
Когда я вошел в кухню, обычно приветливое лицо Кейт показалось мне напряженным. Она мерила шагами помещение, а пальцы ее то и дело нервно пробегали по длинным белокурым локонам.
Потом Кейт увидела меня и облегченно вздохнула.
– Он только что вошел. Я перезвоню.
Я улыбнулся, когда она повесила трубку.
– Где ты был? Тебя все обыскались. Люди волнуются, – сказала Кейт.
– Волнуются?
– У тебя после полудня были назначены важные встречи, но ты на них не явился. В офисе думали, что ты попал под машину или...
– Все отлично. Я просто совсем забыл о времени.
– ...на тебя напали хулиганы, или...
– Все даже лучше, чем отлично.
– ...случился сердечный приступ...
– У меня замечательные новости.
– ...или бог знает что еще. Ты же у нас мистер Надежность. Уже почти шесть, а так мне и не позвонил, не сообщил, что все нормально и... Да от тебя спиртным пахнет! Пил, что ли?
Я улыбнулся шире.
– Еще бы.
– Днем? Наплевав на встречи с клиентами? Да что с тобой происходит?
– Я же тебе говорю: у меня замечательные новости.
– Какие еще новости?
– Пити нашелся!
Кейт недоуменно посмотрела на меня.
– Кто... – начала она и внезапно все поняла. – Боже милосердный, не хочешь же ты сказать, что нашелся... твой брат?