Чтение онлайн

Даосский идеал состоит в том, чтобы править, «наполняя желудки и укрепляя кости», – то есть заботиться об обществе следует, начиная с низов. Сегодняшние же правители, бизнесмены и промышленники «заботятся об обществе», выделяя всё больше и больше денег и власти тем, кто наверху. И Доллар Оседает Там. Подобную ситуацию описал и Лао-цзы:

Пух нашёл Пятачка, и назад к Лесу в Сотню Акров они пошли к вместе.

– Пятачок, – немного помолчав, чуть застенчиво начал Пух.

– Да, Пух?

– Помнишь, я когда-то сказал, что должен сочинить Хвалебную Песню Пуха Сам-Знаешь-О-Чём?

– Ой, Пух, – сказал Пятачок, чуть порозовев вокруг носа. – Неужто она уже…

– Она уже написана, Пятачок.

Румянец медленно перебрался с носа Пятачка на его ушки, и разлёгся там.

– Уже, Пух? – немного хрипловато переспросил он. – А… а… а когда же будет?… Ты имеешь ввиду, что она уже совсем-совсем написана?

– Да, Пятачок.

Кончики ушей Пятачка вдруг вспыхнули ярко-красным, и он попытался что-то сказать, но даже после того, как он раз или два кашлянул, ничего не вышло. Потому Пух продолжил.

– В ней семь куплетов.

– Семь? – как можно небрежней сказал Пятачок.

– Кхм, – сказал писклявый голосок.

– О, Пятачок?

– Ага. Ты не видел Пуха?

– Давно уже не видел… Но, раз уж ты здесь, я хотел бы спросить тебя кое о чём… Как у тебя дела?

– Просто замечательно, – ответил он. – Вчера два человека попросили у меня автограф.

– Ух ты. Тогда это должно было попасть и в новости.

– Да. Это в самом деле было просто что-то захватывающее…

– А как твои отношения с Иа?

– Даже и не знаю… – сказал Пятачок, – Мы с ним давненько не виделись.

– Ну, это само по себе уже неплохо. Извини меня. Бедный старина Иа… Мне надо быть более терпимым.

– Да, у него хватает поводов для волнений, – сказал Пятачок. – Это такая печальная штука, быть Иа…

– У всех у нас хватает поводов… – сказал я. – Ты сам был склонен немного поволноваться. Но, не взирая на все поводы для волнений, ты что-то предпринимал. В этом разница между тобою и Иа. Ну, во всяком случае, одно из различий.

– Всё равно, – сказал Пятачок. – Мы не должен быть слишком строгими к Иа. Я уверен, он оценит даже небольшую Доброту.

– Мне надо бежать, – добавил он. – Я должен найти Пуха. До свидания.

Вот так.

– У тебя ведь не часто получается целых семь куплетов в шумелке, правда, Пух?

– Никогда не получалось, – сказал Пух. – Я, кажется, про столько никогда даже и не слышал.

– А Все-все-все её уже слышали? – спросил Пятачок, на мгновение остановившись, чтоб подобрать и тут же выбросить палку.

– Нет, – сказал Пух. – Я как раз хотел с тобой посоветоваться. Я могу прошуметь её сейчас, или подождать, когда соберутся остальные, а потом спеть её тебе при всех.

Пятачок чуть подумал.

– Я думаю, что я хотел бы, Пух… я хо… я хотел бы, чтобы ты спел её мне сейчас и… и… ещё потом, при всех. Потому что когда Любой сможет её услышать, я мог бы сказать «О, да, Пух уже пел её мне» и притвориться, будто не слушаю.

Если здесь, в этом месте книги, кому-то мы покажемся в какой-то степени Пятачками, относящимися с некоторым Подозрением ко всякого рода искренним слепо-оптимистическим уверениям в будущем бизнеса-как-он-есть, возможно, это потому, что мы живём в стране, которая при населении, составляющем 5% от населения всего мира, потребляет 25% всей энергии, вырабатываемой на планете, извергает в атмосферу 25% всех газов, способствующих возникновению парникового эффекта, и всё же не контролирует выбросы углекислого газа. В то время как Германия и Япония в течение ряда лет получали экономическую прибыль от основных инвестиций, вложенных в экономию энергии – создавая Германскую модель для всего Европейского Экономического Сообщества – американцы, при постоянно увеличивающихся экономических затратах, едва ли не полностью игнорировали подобные вопросы и тратили деньги на сами-знаете-что.

Да, у нас есть серьёзные сомнения в том, насколько в этой стране любят свою землю. Разве эта любовь не начинается дома, в семье? Но даже просто скользнув взглядов внутри типичных американских дома и гаража, обнаружишь ужасающее количество химических препаратов, назначение которых – держать в ежовых рукавицах силы естественного мира, препаратов, к тому же, безусловно вредных для земли. А снаружи… Американцы ежегодно вываливают на свои лужайки и газоны шестьдесят семь миллионов фунтов пестицидов – больше, чем используют все наши фермеры для выращивания всего национальное запаса обогащённого пестицидами продовольствия. Некоторые из тридцати четырех химикатов, используемых в этих Луговых Чудесах, не проходили правительственную проверку ещё с 1940-х годов. А девяносто процентов из остальных семидесяти тысяч химикатов, используемых ежедневно в Соединенных Штатах, вообще никогда не проходили непосредственную проверку на токсичность.

Если мы проявляем определённое Сомнение в том, будто можно продолжать жить на этой планете в прежней безответственной манере без того, чтобы неизбежно не заплатить за это по самой суровой цене, то это, возможно, потому, что мы живём на планете, на которой ежедневно исчезают до семидесяти форм жизни, где ежеминутно срубается более семидесяти пяти акров деревьев, где третья часть поверхности стала пустыней, а катастрофические засухи и наводнения год от года становятся всё более и более обычными явлениями. На юге Чили, под озоновой дырой, вызванной выбросами в атмосферу, – по площади эта дыра в четыре раза превосходит территорию США и продолжает увеличиваться – тёмные очки, шляпы и полная одежда в разгар лета становятся нормой, поскольку уровень канцерогенного ультрафиолетового бэта-излучение подскакивает здесь по некоторым оценкам до 1000% от того уровня, который наблюдался здесь же в пиковые дни до появления дыры. В этом же районе встречаются в совершенно невообразимых количествах кролики, овцы и рыбы, ослепшие от катаракты, вызванной, как полагают, потоками ультрафиолетового излучения. В Антарктических водах дыра в озоновом слое стала причиной 25%-ного сокращения количества фитопланктона, служащего основой всей жизни в океане.

Поэтому когда мы слышим Большие Серьёзные Разговоры о росте уровня экологической культуры и о способности человека решить любую проблему, мы не можем не задаться вопросом «Кто же Кого Дурачит?».

Потом мы отправляемся на природу, наблюдаем и вслушиваемся. И она говорит нам, что Великий Шторм нарастает и что вскоре события станут очень Интересными – воистину очень Интересными.

И нам хотелось бы поведать о том, что мы узнали от самой земли, а также от даосов, тибетских буддистов, коренных американцев, пророка Исайи и других: новый образ жизни приближается – и он настолько отличен от нынешнего, что было бы трудно, если не невозможно, описать его нашими словами. День, когда он наступит, мы могли бы назвать Днём Пятачка.

И прежде, чем он приблизится, мы могли бы сказать людям, не имеющим желания или времени на то, чтобы познакомиться с естественным миром: «Не беспокойтесь – вы познакомитесь с ним так или иначе». Поскольку в течение нескольких последующих лет естественный мир будет приходить к вам (хотя не обязательно так, как вам понравится). Возможно, было бы разумнее и выгоднее для вас начать своё знакомство с ним уже сейчас? Разумеется, это не более чем предложение.