Чтение онлайн

— Как вы помните, серра, вчера днем нас не кормили, так что не разбрасывайтесь завтраком.

Вариантов было много, один лучше другого. Я могла размазать завтрак по его лицу (или хотя бы попытаться), или швырнуть о стену, или в Гилбера, или…

Или заплакать, схватиться за Риона и уткнуться в его грудь, умоляя опровергнуть сказанное Гилбером, даже если я знаю, что это правда.

Но нет, плакать я не стану. Мужчина должен заслужить право видеть меня слабой.

Я взяла тарелку и села на пол у стены. Рион пытался заговорить со мной, даже сел рядом, но я отвернулась.

Вкуса еды я не почувствовала.

Как только пелена опала, я вскочила на ноги и кинулась вперед.

И провалилась во тьму.

«Светлые силы, умоляю вас, только не змеи! Все, что угодно, только не змеи!» — шептала я. Неосторожные молитвы — причина многих проблем.

Я шла вперед в кромешной тьме. Не видя пути, не зная, что дальше. Земля под ногами была твердой и сухой, воздух стылым. Единственным звуком, который я слышала, было дыхание. Нервное, испуганное, оно вызывало дрожь. Было оно моим или эхом остальных участников, не знаю. Я заткнула уши, не желая слушать мелодию человеческого страха.

Когда перед глазами появились серые точки, ужас приковал меня к земле.

Но это были не змеи.

Испытание страхом — вот, что уготовил Треост. Он словно пытался доказать, что знает обо мне все самое тайное, даже то, что я пыталась забыть. Я оказалась на крыше приюта, где пряталась от детей и воспитателей, от ежедневной жестокости, подавляющей твою волю, убивающей надежду на лучшее. Кусочки сломанной черепицы выскальзывали из-под ботинок, отправляясь в головокружительный полет на землю. Я с детства боялась высоты. Забираясь на крышу, я дрожала и с трудом подавляла тошноту. Но все равно пряталась там каждый день.

Потому что люди пугали меня сильнее, чем высота.

Я боялась воспитательницы, плевавшей мне в лицо и бившей прутом, мальчишек, которые меня поколачивали и дразнили, девчонок, таскавших меня за волосы…

За то, что у меня был дар, и я заинтересовала гильдию. Они считали меня удачливой и завидовали.

Никто из нас не знал, что за удачу иногда приходится расплачиваться жизнью.

Треост ни о чем не забыл. Он протащил меня через все детские страхи. Как только я замедляла шаг, картинки отступали, но я знала, что столь желанная передышка закончится проигрышем, поэтому упорно шла вперед.

Я не сдамся.

А потом точки стали расти, сливаться вместе, поменяли цвет. Передо мной появилась дорога с сугробами по краям, дома с медовым светом окон. Стало холодно, запахло морозным воздухом и сладостью.

Я застыла, немая от ужаса и отчаяния. На краю прошлого, которое изменило мою жизнь.

— Зря мы не остались в таверне, — раздался знакомый и когда-то любимый голос Эмира. Он обнял меня за талию, и от этого по телу разбежались ледяные мурашки. — Аннет, оставайся сегодня у нас, а то поздно! — сказал он подруге.

Треост вернул меня на ночную улицы окраины. Я ощущала пронизывающий холод, слышала хруст снега под ботинками.

— Остаться у вас? Нет уж, спасибо! — захихикала Аннет. Я и хотела, и боялась увидеть ее лицо. Ее живое и любимое лицо. — В прошлый раз вы полночи кувыркались в постели, и стоял такой ор, будто вы пытались друг друга прикончить!

— Завидуешь? — Эмир ткнулся носом в мою шею и, прижав ближе, поцеловал в губы. Его дыхание было сладким и вязким от желтого пунша.

— Ха! Нет уж… Если бы мне так часто вставляли, я бы подала жалобу патрулю! — Аннет рассмеялась и побежала вперед.

— Спорим, не подала бы? — Эмир выпустил меня из рук и побежал следом.

Я смотрела на веселящихся друзей, на темное, не предвещающее беды небо, и не могла сдвинуться с места. И закричать тоже не могла. В чем бы ни состоял смысл испьлания, Треост не позволит мне предупредить друзей заранее.

Иногда мы мечтаем о шансе изменить прошлое, переиграть его, потому что уж во второй раз точно не допустим ошибки. Все сделаем правильно. Но снова погружаясь в ужас прошлого, я теряюсь. Потому что «правильного» выхода нет, мне не спасти обоих друзей. Эмир предал меня, но он не заслуживает смерти.

Небо впереди расцветает синевой патрульной дуги, и только тогда магия Треоста отпускает мое тело. Я бегу, кричу, раскрываю зеркало, растягиваю его. Я толкаю Аннет в сторону и только потом спешу к Эмиру, уже лежащему на земле. И попадаю под удар дуги.

Я снова опоздала.

И тогда, рыдая от боли и отчаяния на промерзшей земле, я понимаю, что мою судьбу не изменить. Если бы я спасла Аннет, я бы все равно попала на испытания, только из-за Эмира. Не зная правды о его предательстве, я бы страдала из-за потери любимого мужчины.

Судьба все равно привела бы меня в Амадену.

Одна часть меня все еще лежала на снегу, обнимая тело умирающего Эмира. Другая часть опустилась на колени во тьме Треоста, воя от отчаяния и страха. Хотелось принять поражение, признать свое бессилие. Пусть Август бросит меня на алтарь, пусть Балион покажет свое истинное лицо. Пусть судьба и дальше все решает за меня.

Я боролась с ненавистной слабостью, убивала ее в себе. Стиснув зубы, ползла вперед.

Внезапно я ощутила прикосновение. Неловкое, быстрое и нервное, будто кто-то шарил в темноте. Лихорадочно искал что-то важное, потерянное. Найдя мою руку, схватил за запястье, ощупывая, удерживая сильной хваткой. Пряча мои пальцы в теплой ладони.

Не дергая, не ведя за собой, а просто сжимая. Согревая.

Но этого хватило, чтобы я сморгнула отчаяние. Встав с колен, я пошла дальше. Не задаваясь вопросами, не сетуя на судьбу. Вытерев слезы, я делала шаг за шагом. В темноте.

Однажды я узнаю, в чем смысл испытаний Треоста и что он ищет в победителе. На что надеется, когда оставляет нас в темноте со своими страхами и самыми больными воспоминаниями.

Но я уже кое-что поняла. Пока ты не посмотришь в глаза своему страху, тебя не существует. Ты просто болтаешься по жизни. Если ты сумеешь выбраться из тьмы отчаяния, ты чего-то стоишь.