Чтение онлайн

А Корнелиус все не объявлялся. Прошел еще один Свободный день, потом был зачет по Алхимии, который тоже нужно было сдавать Сомалии. Это зачет дался мне куда труднее, чем экзамен, потому что пришлось быть очень близко от профессора.

Тот день вообще не задался с самого утра. Сначала я проспал завтрак, потом надел шиворот-навыворот мантию, затем на нее же вывернул кисель, который добрая Тетушка Тама дала мне, чтоб «бедный мальчик не помер с голоду». Так что пришлось возвращаться назад к себе в комнату, чтобы переодеться. И конечно же я опоздал на зачет.

— Доброе утро, мой хороший! — приторно сладко улыбнулась мне профессор, когда мы столкнулись с ней в дверях. Я теперь был на несколько голов ее выше, но дым до меня все равно долетал.

— Здравствуйте, профессор Сомалия! — ответил я, стараясь не дышать и пропустил ее вперед, открыв ей дверь.

— Спасибо, мой хороший. И удачи на экзамене.

И она мне понадобилась.

Я пробрался к своему месту на скамье, где уже сидели мои друзья. Гэн смотрел на меня обеспокоенно, а Пар понимающе — он и сам часто опаздывал.

Профессор Сомалия устроилась на своем месте за столом внизу аудитории и обвела наш класс сияющим взглядом.

— Доброе утро, мои птенчики! Все готовы к зачету?

— Да!!! — прозвучало дружно.

Орали все, кроме меня и ее детей, но это было обычно. Ой! Оладка перепеченная! Похоже, профессор заметила, что я даже рта не раскрыл, и я поторопился крикнуть:

— Да!

Фух, вроде бы пронесло.

Уже половина нашего класса получила зачет, в том числе и Гавриус с Корнелией — дети профессора Сомалии, они вообще первыми пошли. Наверняка все подумали, что им легче всех, но они ошибаются. Если мне так противно рядом с ней быть, то представляю, как «хорошо» ее родным детям.

— Ну, мои птенчики, кто следующий?

И все тут же подняли руки, и даже наш вечно неуверенный Гэн.

— Ой! Так много желающих! Я так рада, мои птенчики. Кого же выбрать, кого же выбрать…

Только не меня, только не меня!

— Тогда… пусть идет школяр… Тамиус.

Ура!

— Ой! Он же болеет! Тогда пусть идет… школяр Марвус!

Оладка перепеченная! Ну, почему так всегда?

— Школяр Марвус?

Я мысленно застонал, но заставил себя встать и пойти к профессорскому столу.

— Тяни билет, мой хороший!

Стараясь не показать вид, что мне тут очень неприятно, я взял ближайший билет к себе, прочитал и передал его профессору.

— А! Тебе очень повезло, мой хороший! Самый легкий билет.

Ну да, самый легкий. Конечно. Оладка перепеченная! Ну, почему я такой «везучий»? Билет мне достался под номером три. И по нему мне нужно было сначала рассказать, как готовится зелье правды. Это я как раз-таки хорошо протараторил, а вот когда пришла пора практического задания… Вот тут мне пришлось ой как не сладко. А все потому, что мне нужно было приготовить зелье влюбленности. Приготовить — это одно, а вот то, что мне еще и выпить его надо, чтоб показать, что оно работает — это совсем другое. Тем более, что влюбиться я должен именно в профессора Сомалию. Хорошо хоть, что зелье всего пять минут действовало. Эх, щас как опозорюсь!

Наверное, это был первый раз, когда я обрадовался, что Триссы здесь нет.

— Ну, мой хороший? Готов?

А! Была не была!

— Готов, профессор Сомалия.

— Тогда начинай. У тебя десять минут, — промурлыкала она, а у меня глаз задергался. И я в нее влюбиться должен?! — А пока тянуть билет пойдет… Ну, мои птенчики? Желающие есть?

— Да!!!

Оладка перепеченная. Ладно, пора к делу. Справа от профессорского стола стоял еще один, на котором лежало видимо-невидимо всяких интересных штук для зельев. С чего я там начать должен? А. Точно. Вспомнил. Так, сначала нужно взять горсть лепестков алых роз, высыпать их в глубокую миску. Потом добавить щепотку сахара, полстакана яблочного сока, немного ягод черники и волос возлюбленной. Все это хорошенько перемешать и выдохнуть заклинание.

Месиво зашипело, прозвучал хлопок, пошел нежно розовый пар, а в миске осталась ярко-малиновая вода. Ее я перелил в хрустальный кубок (это обязательно!) и, чтоб не мучиться, сразу же и выпил.

И что тут началось!

Я знал, что должно было произойти, но не думал, что это так здорово! Зелье было очень вкусным, и, пока я его пил, настроение мое становилось все лучше и лучше. Ах! Как же я всех люблю! Как я счастлив! Как же хорошо жить на свете! А это кто? Профессор Сомалия? Почему я раньше не замечал, как она прекрасна? О! Да я ж ее люблю!

А кто это там ржет как лошадь? Да какая разница! Сомалия! Моя красавица Сомалия!

— Школяр Марвус? — моя любимая повернулась ко мне. — Ну как? Получилось? А. Вижу, что получилось.

А я уже бухнулся на колени.

— О, профессор Сомалия! И почему я раньше не понимал? Как же Вы прекрасны! Пожалуйста, выходите за меня замуж!

— Тебе же еще шестнадцати нет! — рассмеялась она, а я подумал, что ее смех прекраснее и желаннее глотка студеной воды в пустыне.

— Ничего! Сомалия! Я готов подождать! А Вы, моя любовь, дождетесь меня?

Моя красавица захлопала в ладоши от радости, а я готов был расплакаться от счастья! Что я и сделал, подползая к моей любимой на коленях. Как же она хороша… Как же она чудесна… Как же… Как же от нее воняет! Оладка перепеченная! Что я тут делаю?

— О! Школяр Марвус, ты молодец, — уважительно закивала профессор. — Целых семь минут продержался. Я такого не припомню. В прошлом выпуске был очень талантливый школяр, так он и то только пять с половиной минут смог. Молодец, мой хороший! Зачет!

Оладка перепеченная! Как же противно во рту! Словно я смолы нализался, а потом еще и помоями закусил. Эй! А почему я на коленях? И тут я все вспомнил. Оладка перепеченна-я-я-я-а! Да как мне теперь всем в глаза-то смотреть?!

Но я зря беспокоился, потому что мой одноклассник Ганвиус, что вышел за билетом сразу за мной, очень быстро обрастал серой шерстью. Ого! А ему что за зелье такое досталось? По ползущим вверх бровям профессора Сомалии я понял, что здесь что-то не так. А тем временем сквозь мантию Ганвиуса уже вылез пушистый серый хвост, а сам он вдруг как завыл, что все бросились наутек. Все, кроме профессора и меня. Она тут же принялась выдыхать заклинания один за одним, а я просто стоял, открыв рот.