Чтение онлайн

Перебирая в уме имеющиеся в наличии предметы, я вспомнил о патронах. Достав бумажную упаковку патронов калибра 7,62 мм, я приложил их в разных местах сумки, посмотрел, как всё смотрится со стороны. Оказалось, что вышло даже очень оригинально, только это уже какая-то адская смесь стиля хиппи с милитари. Пришлось извлечь из патронов порох, чтобы не произошло случайной детонации. Без заклинаний этот процесс был бы довольно сложен, но при помощи чар удалось без проблем извлечь пули и вставить их обратно в гильзы после изъятия пороха и капсюля. Патроны приклеил заклинанием Вечного приклеивания в разных местах сумки и чарами покрасил гильзы в разные яркие цвета: розовый, салатовый, оранжевый, голубой. Сумка получилась сюрреалистичная.

Проснувшись рано утром, я накидал нехитрое поздравительное письмо.

Дорогая Сивилла!

От всего сердца поздравляю тебя с этим замечательным праздником, с Днём Рождения! Оставайся такой же красивой, весёлой и милой. Я точно знаю, что второй такой же прекрасной девушки как ты, невозможно найти.

Желаю тебе всего наилучшего! Живи счастливо и всегда оставайся собой.

Г.А.

Поднявшись на башню, где обитают почтовые совы, я отправил послание вместе с подарком Сивилле Трелони.

После этого меня поглотила школьная рутина, я вновь ушёл с головой в занятия, налегая на окклюменцию и с нетерпением дожидаясь Пасхальных каникул.

***

На Пасхальные каникулы я ехал, находясь в приподнятом настроении и предвкушая приличный куш. На вокзале между платформами 9 и 10 возле выхода с платформы 9 3/4 меня встретил отец. Поскольку поезд прибывает вечером, то на рынок идти не было смысла.

Проснувшись рано утром, я сразу же налетел на отца.

– Привет пап, отвезёшь меня на рынок Камдем.

– Здравствуй, сынок, – сказал отец. – Зачем тебе надо на рынок?

– Я продал там старые мантии, но у продавца не было денег, мы подписали договор, по которому деньги мне должны заплатить сейчас.

– Хорошо, у меня сегодня выходной, почему бы не съездить в Камдем... И в кого ты у нас такой шустрый? – удивлённо вопросил отец.

– Кстати, папа, тут недавно выяснилось, что у меня в предках отметились чистокровные волшебники, по меньшей мере, Блэки. Но все поговаривают о неких Аддамсах, волшебном роде потомственных некромантов. Мы случайно им не родня?

– Ох, сынок... – Отец тяжело вздохнул. – Я не хотел поднимать эту тему... Видишь ли, мой отец, Пагсли Аддамс, был родом из семьи волшебников, но не имел волшебного дара. Его семья, мягко говоря, была довольно специфической... Мой отец, твой дед, рассказывал мне как-то о доме, в котором он вырос, я думал, что он всё это выдумывает. В качестве дворецкого – зомби, в качестве прислуги – живая рука, почти все развлечения смертельно опасные, его бабушка постоянно варила какие-то зелья, кузен его отца вообще нагулян от Йети и жутко волосат, а его мать обожала свою оранжерею с хищными растениями, которые кормила телятиной! Повторюсь, когда отец рассказывал об этом, мне казалось, что он выдумывает, поэтому воспринимал всё как страшную сказку. Сам я не волшебник и о магах в полной мере узнал только когда к нам заявилась та шотландская стерва из школы волшебства... В общем, когда твой дед, Пагсли Аддамс, подрос, его отправили учиться в Кембридж, но документы у него были оформлены на Адамса с одной буквой «Д». Там в колледже он познакомился с твоей бабушкой, они поженились... А когда мне исполнилось двадцать лет, и я женился на твоей матери, мои отец с мамой переехали в США. С тех пор мы с родителями почти перестали поддерживать контакт, в лучшем случае переписываемся раз в несколько лет. Я не писал им о том, что ты волшебник.

– Наверное, и не стоит об этом писать. Первое, о чём меня спросили в российском посольстве: «Являетесь ли вы родственником семьи потомственных некромантов Аддамсов». Полагаю, если бы я ответил: «Да», – то вряд ли получил бы визу.

Как много узнаёшь о своей семье... Стоит покопаться в шкафу и оттуда такие скелеты полезут, что мама не горюй!

Мы дошли до магазина, в котором я оставил на продажу вещи. Отец остался снаружи, разглядывая на уличном прилавке привлёкшие его внимание побрякушки из автомобильной тематики, я зашёл внутрь магазина. За стойкой стояла та же девушка, с которой мы договаривались, кроме неё в помещении никого не было. Я повернул на двери табличку с «Открыто» на «Закрыто», чтобы никто не беспокоил во время получения денег.

– Добрый день, мадам. Я пришёл за деньгами.

У девушки подозрительно забегали глаза.

– За деньгами? О чём это вы? – изображая ничего не знающую дурочку, сказала девушка. – Мальчик, я тебя впервые вижу!

– Мадам, у нас с вами заключён договор, по которому вы берете на реализацию товар и обязуетесь до третьего апреля заплатить семь тысяч фунтов.

– Не знаю, о каком договоре идёт речь, – наглым тоном заявила девушка.

– Вот этот договор, – издалека показываю свой экземпляр договора.

– Дай посмотреть, – девушка настойчиво и нагло потянулась к бумаге, перегибаясь через стойку.

– Мадам, у вас есть свой экземпляр, изучайте его. Этот мне ещё пригодится в суде, если вы не выплатите указанную в договоре сумму.

– Мальчик, что ты несёшь?! – возмущённо заявила девушка. – У тебя договор с какой-то фирмой «Пласт-трейд», а мой магазин называется «Одежда Сэнди». Ты мошенник! Иди отсюда, или я вызову полицию!

С каждой фразой, сказанной девушкой, во мне поднималась волна гнева. Какая-то дамочка хочет меня кинуть на приличные деньги! Нет, это же надо? Я с ней честно веду бизнес, а она вот так в наглую меня ставит раком и имеет по полной программе! Да даже наркоторговцы честно расплатились, хотя там была гораздо большая сумма наличности.

– Мадам, в этом помещение точно есть мошенник, но это не я. Если не хотите работать честно и договариваться по-хорошему, то придётся перейти к крайним мерам.

– Ты мне угрожаешь? – радостно заявила девушка. – Ну, всё, теперь я точно вызову полицию!

– Дезо!

Направляю заклинание дезориентации из перстня в девушку, причём я сильно разозлился и приложил со всей силы, от чего глаза продавщицы собрались в кучку и её стало шатать, как сильно пьяную.

– Отдай мне все имеющиеся наличные деньги.

– Отдать все деньги, – безэмоциональным голосом, словно зомби, произнесла продавщица, после чего шатаясь, как матрос во время сильного шторма, пошла в подсобку.

Девушка вернулась через пару минут, удерживая несколько толстых пачек денег, которые положила на стойку. Я пересчитал наличность, оказалось, что там двадцать три тысячи фунтов. Вначале в душе шевельнулись остатки совести, внутренний голос предложил взять только своё и на этом успокоиться. Но злость, которую разожгла во мне девица, требовала наказать нахалку, посмевшую посягнуть на святое, на мои деньги. Злость взяла верх над совестью, и я решил прикарманить всю наличность.