Чтение онлайн

— Мне ещё многое предстоит узнать, — понимал Аякс.

— Да. Фундамент победы завтра мы закладываем сегодня.

Ещё на этапе поисков гробницы Граста о своём предке Актей прочёл немало. Выведал он и о его ужасающем воинстве, что превратило большую часть провинций в бесплодные пустоши. Это был поток ярости, выжигавшей всё на своём пути. Ламбезис хотел вернуть свиту Неназываемого к жизни.

Так, Равновесный Мир и Деспотат исчезнут. А на руинах былых империй воспрянет новый Порядок. И совсем неважно, что под эгидой мёртвых.

Архонт не был обыкновенным сосудом, каким суждено стать большей части Киафов. И Граст высоко ценил его, и сам Ламбезис обладал незаурядной мощью: в Храме Бурь других попросту не держат.

Неназываемый и его Киаф соединились в подлинном симбиозе. Этот союз до основания разрушит что Власть Людей, что Правду лживых Богов.

Однако это потом. Всё потом.

Как бы там ни было, Актей тоже был в начале своего пути. Он ещё должен сперва научиться овладевать Жизнью и Смертью, перемешивая их воедино ради достижения подлинного равновесия. Ведь только так он мог воссоздать армию, которая заставит мир живых содрогнуться.

— Идём же, друг мой, — призывал Прародитель, выдаваясь вперёд. Аякс, расправив плечи, последовал за ним грузными шагами. — Я покажу тебе наши новые владения. У нас уже есть войска. Авангард, который расчистит нам путь. И очень скоро Погибельная Сотня вновь понесёт штандарты Костяного Лавра. Нам нужны не только воины, не знающие усталости. Нам нужны военачальники, в чьей преданности и холодном уме не придётся больше сомневаться.

Для Аякса речи Граста были слаще мёда. И хотя никто не видел, он улыбался. Рыцарь Смерти отчаянно хотел верить: на сей раз Пантеон должен быть разрушен.

Неся дружбу сквозь тысячелетия, Бог и его преторианец шли по Саргузам. Впервые за века прозябания в глухих снах у них выдалась такая возможность.

Прародитель объяснял личу, что было, есть и будет.

Актей не вмешивался: пока Граст созывал нежить под знамёна Смерти, его Киаф озаботился разведением, взращиванием и воспитанием новой Жизни. Безобразной — и оттого всего-навсего переходной.

Однако надо ведь было с чего-то начинать…

День пятый, до заката

От самых Каналов до северного края городской бухты Альдреда преследовало непреодолимое чувство сатисфакции. Удивительно даже.

Каким бы оружием он ни пользовался по дороге в Акрополь, ничто и близко не могло подарить то, что дал ему примитивнейший мордобой.

Чезаре Стокко принял на себя всё, что накипело у его жертвы за эти пять дней. Никого и никогда в жизни Флэй так не избивал, как литоманта. Каждый удар служил отдушиной, доставляя боль и ренегату, но приятную. Самум был подонком и убийцей, так что дезертиру казалось, корить себя не за что.

Преследователь поплатился физиономией и целостностью костей за всё. За то, что задержал предателя. За причинённую боль. За пережитый катарсис. Даже за Прощальную Розу и кинжал, поглощенные иловым дном. Сполна заплатил.

Радость не длилась долго. Близился вечер. Мало того, что солнце покидало юг Ларданского Герцогства, так ещё и тучи из-за Экватора степенно наползали на Саргузы. Пускай ренегат уже испытал на себе ужасы мора, а чёрный нектар кочевал по кровотоку, он сомневался, что перестал быть гулям добычей.

С ними следовало держать ухо востро. Особенно с голыми руками.

Никаких иллюзий насчёт своей удачи Альдред не питал. Знал, что если хоть где-то ошибется, этот марафон для него действительно станет последним. Вообще. Поэтому он бежал, не жалея ни сил, ни ног. Лишь иногда поглядывал на небо, пытаясь примерно понять, какая у него фора. Достаточно одному облачку затмить солнце, и ему крышка.

И всё же, ему пришлось попридержать коней.

Он услышал на соседней улице, со стороны Оружейной Мануфактуры хлопки перепончатыми крыльями. Словно кто-то встряхивал коврик.

Дезертир насторожился, как вдруг услышал противный, протяжный вой, от которого кровь стыла в жилах. Будто по доске кто-то заскрежетал ногтями. Вероятно, чудовище было настолько же безобразно, насколько и его голос.

Вслед за тем последовал душераздирающий крик человека, им пойманного. Его то и дело заглушала неведомая тварь. Судя по какофонии, там было ещё несколько неизвестных личностей.

Они в ужасе удирали прочь, срезая через осветлённые переулки. Бросили товарища на растерзание монстру. Группа выбегала на улицу, где остановился Флэй. Кто-то из них даже в экстренной ситуации сумел консолидировать остальных вокруг себя и подгонял их ором. Наверняка и бежал впереди всех:

— Живо! Бегите! Не оглядывайтесь! На солнце безопасно!

Альдред понимал, выжившие бегут к нему. Пересекаться с ними почём зря он не хотел, поэтому мигом огляделся. Совсем рядом стояла карета. Видать, кто-то не доехал до своей яхты на частных пристанях. Он бросился туда и спрятался за ней. Припал к борту у края, осторожно выглядывая из-за него.

Беглец поступил по-настоящему осмотрительно. Из переулка высыпалась целая ватага мятежных магов. Отнюдь не сектанты: обычные оранжевые хламиды. Чародеи понятия не имели, как жить эту жизнь под пятой Чёрной Смерти. Полное истребление отряда — всего лишь вопрос времени. Но вносить свою лепту в это Флэй и не думал.

— Что это за тварь, мать вашу? Не, ну вы видели? Никто даже и опомниться не успел! — верещал один из них, самый суетливый. — Луиджи, оно летает! Это что-то новенькое. Ты же тоже видел?!.

— Ви-и-и-идел!.. — не то пророкотал, не то простонал устало тот.

Тварь действительно летала. Она взмыла в воздух, таща в лапе подвешенного за ногу апостата. Он ещё был жив и не переставал орать. Летающее нечто с ним расправлялось прямо на ходу. Перебирало множественными конечностями, не переставая взмывать вверх. Маг пытался что-то сделать, но всё бесполезно. Челюсти монстра сомкнулись на его голове. Ему она съедобной не показалась: выплюнул.