Декамертон
Шрифт:
Ольга помнила, как Юрка и Боб двинулись ее провожать. Причем Боб опять остался ночевать у нее в доме. Помнила, как ухмыльнулся Юрка, и каким тоном пожелал ей спокойной ночи. Ольга хотела оставить Боба спать в саду, но ничего у нее не вышло. Он опять улегся в ее комнате. На Ольгину "радость" туда же заявился и Крыс. Час он не давал ей заснуть своим шипением, потом обнюхал Боба, поиграл с ним и, в конечном счете, не лег спать на своем любимом месте (у нее на ушах), а устроился на ушах Боба. Тот, не обращая на Крыса внимания, видел уже десятый сон. Время – забавная вещь. Котенок Крыс стал толстым и ленивым котом Васькой, Боб постарел, но все так же лез целоваться к ней при встречах, а они с Юркой практически не изменились. Только повзрослели. Но так ли на много?
–
Мучилась я своей безответной и безнадежной любовью кошмарно. На счастье, август месяц подходил к концу, и я уехала домой. Разумеется, Юрке я об этом ничего не сказала. Только дома я заметила отсутствие диска медляков и вспомнила, что отдала его послушать Юрке. Диск, конечно, было жаль, но я посчитала, что легко отделалась.
Ольга удивленно приподняла бровь. И с чего это она решила, что ей надо с Юркой расстаться? Какой в этом был смысл? Зачем из возникшего интереса надо было делать трагедию? Господи, какой дурой она иногда была!
Кончился август, наступил сентябрь, и начались мои студенческие будни. Разумеется, я старалась выкинуть Юрку из головы как можно быстрее. Но неосторожные слова, которых он никогда не прочтет, писались ему сами собой:
"Я жду тебя. Сижу и жду уже несколько дней. За стеной продолжает осыпаться звездами в лужи очередной мутный вечер. Без тебя. Конечно, ты где-то есть, только вот большой вопрос – где именно. Если бы я знала ответ. А впрочем… Что бы это изменило? До тебя час дорог. Много? Мало? Для кого как. Где-то там, за этими дорогами, стоит дом, в котором ты спишь, не слыша срывающихся с моих губ слов. Я бы сделала что-нибудь совершенно сумасшедшее, если бы это хоть что-нибудь для тебя значило. Да. Я бы нашла тебя. Если б посмела. Только что толку? Вроде бы, мне не с руки к тебе цепляться и не стоит писать сумбурных стихов, но… "
Убей, не помню, что это был за день недели. У нас было четыре пары, и я устала, как неизвестно кто. В окружении друзей я вышла из учебного заведения на сентябрьское солнышко, задержалась с кем-то на пару слов и заметила, что оживленные взгляды наших девчонок направлены куда-то в бок. Я с любопытством обернулась и… чуть не села. Метрах в шести от меня стоял Юрка и смотрел на мою персону с нехорошей улыбочкой. Он был (как всегда) неотразим. Недаром наши девочки, даже самые "крутые", слюнки пускали на крыльце, стреляя в него глазками. Я судорожно сглотнула. В тот самый момент, когда мы встретились с ним взглядами, я поняла, что меня ждет крупная нахлобучка. Я кивнула ему головой и нервно оглянулась. Когда до стоявших дошло, что это чудо направляется прямиком ко мне, они офонарели. Юра подошел, по-хозяйски меня обнял и, чмокнув в щечку, сказал:
– Привет, золотце, я тебя уже полчаса жду. – после этого он буквально потащил меня за собой. Мне, в свою очередь, ничего не оставалось, как последовать за ним.
– Ты откуда здесь взялся?
– Вопросы потом. Иначе я сверну тебе шею прямо здесь, и прямо при них. – я разозлилась и попыталась вырваться. Ни фига. – Не рыпайся! – бросил Юрка.
– А менее эффектно ты никак не мог появиться? Совсем?
– Не мог, – буркнул Юрка, а потом ехидно добавил: – должен же я был всех поразить.
– Угу. Поразил. Мне теперь неделю кости промывать будут.
– Будут. Если я тебя сейчас не убью.
– А куда мы, собственно говоря, тащимся? Где ты меня убивать собрался?
– У себя дома, – проинформировал меня Юрка, буквально втащил меня в свою квартиру и закрыл дверь.
– Интересно, как ты меня нашел? – полюбопытствовала я, пытаясь отвлечь Юрку от назревающей разбираловки.
– У меня есть свои секреты. – не повелся на мою хитрость Юрка. – Кстати, это было не так уж сложно.
– Тогда второй вопрос –
– Было интересно – почему ты так слиняла неожиданно? Не расскажешь?
– Прощаться не люблю.
– Между прочим, Оль, так никто не делает. Ты соображаешь, о чем я вообще подумать должен был? Вдруг с тобой случилось что-нибудь? Да еще и с Надькой заставила меня общаться. Ты же знаешь, как я к ней отношусь!
– Извини – Юрка молча походил по комнате, а затем хмыкнул. – Ну наконец-то! Не я перед тобой, а ты передо мной извиняешься.
– Извини. Я не подумала, что ты будешь за меня волноваться.
– Я уже все передумал, что только мог. Я даже подумал, что чем-то тебя обидел.
– Нет.
– Это радует. Тогда прядется мне разубедить тебя со мной расставаться. Попробую тебя соблазнить. – я так и села.
– В смысле?
– Что ты скажешь о человеке, у которого можно взять почитать всего Кинга, всего Желязны, всего…
– Юрка, так нечестно!
– А что ты скажешь о авангардном молодежном театре, в котором собираются ставить "Голую певицу"?
– Юрка!!!
– Так ты согласна?
– Да кто от такого откажется?
Была "Голая певица", выставка, походы к интересным людям. Было все. И было все хорошо. Если бы я не была в него влюблена… Но я была! Я не могла издеваться над собой бесконечно. Я сделала вид, что он мне неинтересен и стала постепенно от него отдаляться. Наверное, я неплохая актриса, потому что Юрка, в конечном счете, ушел. Я отплакала в подушку все свои желания и стала привыкать жить без него. Мне даже показалось, что это намного легче. Легче, чем страдать по мечте, которая никогда не сбудется. Я так устала притворяться и манерничать! Жизнь не кончилась, она продолжается дальше!
Ольга чувствовала себя довольно странно. Как будто здесь, в этот самый момент, столкнулись две реальности: та, которая есть сейчас, и та, которая была когда-то. Сколько мелочей воскресила ее память! И сколько