Чтение онлайн

Карта ложилась на карту, Карлос совершал ходы быстро, ему не терпелось увидеть новые цифры в записи горы Виллема. Антон медлил, словно над каждым ходом ему требовалось как следует подумать. В начале игры он даже достал из внутреннего кармана кителя белоснежный носовой платок и протер стекла очков.

Ход, еще ход…

– Что ты делаешь, Тони?! – Карлос вдруг схватился за голову.

Не верящий своему счастью Виллем быстро скинул девятку на даму Антона.

– А что такое? – удивился майор. – Куда он от нас со своей восьмеркой денется?

– Заход! – экспансивный Карлос едва не плакал. – Заход, Тони! Я ведь тебе его теперь не передам!

Секунд десять Антон с удивлением рассматривал предавшие его карты.

– Дьявол! – наконец сказал он, сняв очки и засунув их себе в карман. – Приношу свои извинения, господа, сыграл как гимназист.

– Ну, передо мной можешь не извиняться, Тони! – Виллем откинулся на спинку кресла.

Потеряв еще с полминуты на ничем уже не способный помочь анализ ситуации, Карлос еще вышел в черви, проверяя маловероятный вариант экзотического сноса ван Дейка. Но тот, как и следовало ожидать, с торжественно-победным видом положил на стол восьмерку пик.

– Сыгран, чего там, – Карлос махнул рукой.

– Сыгран, – подтвердил Антон, виновато разведя руками.

Георгий потянулся к планшету и приплюсовал десять баллов к пуле Виллема. Тот тут же буквально выхватил планшет из его рук и принялся с любовью рассматривать запись.

Следующая раздача прошла вяло и скучно. Играющие явно находились под впечатлением чудом получившегося мизера.

– Чтобы вернуться в игровой тонус, неплохо бы снять напряжение, не находите? – предложил Карлос.

– Находим, – живо подхватил Виллем. – Да и за мой мизер не мешало бы… Так я спущусь?

Он плотоядно потер руки и посмотрел на Антона. Все-таки полностью субординацию не отменишь никакими правилами. Да и просто по возрасту Старовойтов был самым старшим из играющих.

Майор помедлил с ответом.

– Хорошо, – словно нехотя сказал он.

Сухой закон на базе строго соблюдался только в случае учений и тренировок. Ну и военных действий, разумеется, если до них когда-нибудь дойдет. В остальное же время… Мудрое военное руководство считало, что толика алкоголя не повредит пятерым взрослым мужчинам, на длительное время предоставленных обществу друг друга. Правда, на крепкие напитки накладывалось табу, зато база была оборудована небольшим, но вполне добротным винным погребом.

Виллем кивнул и с готовностью встал из-за стола.

– Раздай сначала, – посоветовал Карлос.

Виллем застыл на полдороге.

– Давайте прервемся ненадолго, – предложил Антон. – Карлос, составь компанию Вилу, захватите с кухни что-нибудь пожевать. До ужина еще два часа… да и напиваться без закуски – дурной тон.

Карлос с готовностью начал вставать, но его жестом остановил Георгий, поднялся, одернув мундир.

– Сиди, я разомну ноги. Тебя страшно отпускать с Вилом, ты воткнешь ему в спину вилку.

Он легонько подтолкнул Виллема к выходу.

Не прошло и десяти минут, как на коммуникатор майора Старовойтова поступил вызов от капитана Пака. Антон удивленно вскинул брови.

– Они что, не способны самостоятельно выбрать бутылку вина? – улыбнулся он Карлосу, принимая вызов. Однако первые же слова Георгия стерли улыбку с его лица.

– Господин заместитель командующего, докладывает капитан Пак. Полковник Трошин мертв. Его тело находится в погребе, мы с лейтенантом ван Дейком там же, ожидаем ваших распоряжений.

***

Смерть исказила лицо полковника. Или наоборот – вернула ему подлинный вид, сорвав маску добродушного рассеянного старикана. На полу винного погреба мертвыми глазами смотрел в потолок жесткий, решительный и волевой офицер. Надежды на то, что он жив, не было никакой. След от выстрела лучевого пистолета – а подобным табельным оружием был оснащен каждый офицер базы – чуть ниже правого глаза не оставлял малейшего повода для сомнений – локальный взрыв плазмы в мозгу убивал гарантировано.

Желваки заиграли на скулах Антона, когда он увидел мертвого друга. Но тратить время на эмоции и переживания майор себе не позволил.

– На правах старшего офицера принимаю на себя командование базой вплоть до особого распоряжения, – отчеканил он. – Капитан Пак, представьте подробный отчет о всех ваших действиях с момента выхода из игровой комнаты.

– Есть! – Георгию не требовалось при докладе вытягиваться по стойке смирно – он так и стоял с того самого момента, как майор зашел в погреб. Впрочем, и Виллем, и прибывший вместе с майором Карлос тоже ничем больше не напоминали вальяжных картежников.

– Мы с лейтенантом ван Дейком покинули игровую комнату в семнадцать часов одиннадцать минут, – начал рапортовать Георгий. – Я смотрел на планшет перед уходом. Сразу же направились на кухню, где лейтенант приготовил сырную тарелку и канапе с копченым лососем, а я занялся фруктами.

Одними глазами он указал на два поставленных на пол в углу погреба серебряных подноса и продолжил.

– Время прибытия и убытия на кухню я не фиксировал, по моим субъективным ощущениям там мы провели четыре или пять минут. И зашли, и вышли с кухни мы с лейтенантом вместе, оба находились в поле зрения друг друга. Взяв каждый по подносу, спустились на лифте к погребу. От кухни до лифта и от лифта до погреба мы шли друг за другом, я впереди, лейтенант ван Дейк сразу за мной. Дверь погреба была закрыта, но не заперта, открыл ее я. Я же первым увидел тело полковника на полу, прошел внутрь, следом зашел лейтенант. Мы ни о чем не говорили, за исключением эмоциональной фразы лейтенанта, не несущей смысловой нагрузки. Я констатировал биологическую смерть полковника. Отметив время – семнадцать часов двадцать минут – связался с вами, после чего до вашего прибытия никаких действий не предпринимал. Доклад закончил.

– По каким признакам вы констатировали смерть, капитан? – спросил Антон после недолгой паузы.

– Синдром «кошачьего глаза», господин майор.

Быстро наклонившись к телу полковника, майор посмотрел тому в раскрытые глаза, после чего выпрямился и около минуты переваривал полученную информацию. Разумеется, никто из подчиненных не смел нарушать тишину. Лица у всех были напряжены, даже у капитана на выпуклых скулах проступили красные пятна.

Врачей среди персонала базы не было, однако краткие медицинские курсы прошли все – это обуславливалось нежеланием командования держать на подобных секретных объектах штатного медика. Сколько времени должно пройти после смерти, чтобы зрачок погибшего при сдавливании остался деформированным, знал каждый, и это точно больше озвученных девяти минут… Случившееся можно было бы смело объявить невозможным, если бы не упрямый факт в виде трупа на полу. Антон снова наклонился и осторожно заглянул за отворот кителя полковника. Табельное оружие находилось в кобуре, на своем законном месте.