Чтение онлайн

— А что, господин Уэмура, вы без толпы за спиной ничего не можете?

Уэмура переливчато засмеялся и, шагнув к Асахине, приподнял его голову за волосы:

— Могу ли я что-нибудь, господин инженер? Например, в одиночку, дважды раненым, сразить вооруженного противника? А, господин инженер?

Асахина улыбнулся, глядя ему в глаза, и ударил ногой в колено. Навыки убийцы не подвели — нога Уэмуры подломилась, и он устоял лишь потому, что держал Тэнкэна за волосы. Поэтому, рванувшись из рук кёнси, Асахина сумел выскочить из мундира и освободиться на миг — но тут же с разворота Уэмура швырнул его об опорный столб.

Убил бы — но коротко стриженные, взмокшие волосы инженера выскользнули из пальцев и удар пришелся по касательной.

— Да, — сказал инспектор. — Возвышающее душу зрелище. Мои соболезнования, Тэнкэн.

Ах, как будет хорошо, если удастся приковать к себе внимание. Ну хоть на две минуты. Такаока — хороший офицер, без инициативы, но в своей области дело знает. За две минуты он разберется.

Инженер, обхватив столб, мотал головой и что-то бормотал. Сайто было знакомо это неверное, полубессознательное состояние — он был в таком же, когда Харада его схватил и поволок.

— Какая трогательная приязнь между бывшими врагами, — Уэмура сладко прищурился. — Ах, я не верю своим глазам — вы тоже научились любить недругов, инспектор? Буду ли я иметь честь войти в число таковых? Мне любопытно — что испытываешь, когда тебя любит враг.

И тут — заморский ли бог расстарался, местный ли хозяин горы устал терпеть этого надоеду — но грохнул за спиной взрыв, тугой воздух ударил в уши, а земля колыхнулась под ногами. Кёнси, как и ожидал инспектор, отвлеклись на миг. А вот сам инспектор — нет. Сквозь рукав хаори он выстрелил в того, что был справа, — и ударом меча снес ему голову. Левый дернулся вперед — и сам себе перерезал горло, да, меч можно держать и так. Нет времени добивать — зарастет так зарастет. Вперед, мимо, к тем, кто держит Хараду.

Нет, не зря они кроме мечного, штыкового и ружейного боя учились дзю-дзюцу. Харада тоже встряхнулся, выдрался из лап своих вчерашних товарищей, оставив им немного кожи и плоти, — и кинулся… чего-чего ожидал инспектор, но только не этого.

Кинулся в контору.

Черное марево впереди Сайто рубанул чуть ли не вслепую — но в кого-то попал: заверещали, отскочили. А солдаты и охранники в оцеплении не успели, кажется, не то что понять — заметить, что произошло. Все их бычьи глаза были выкачены на взорванную плотину. Вероятно, увлекательное зрелище. Особенно если сообразить, что сюда вода не дойдет. Где там Тэнкэн? Не затоптать бы.

Когда черное марево перед глазами на мгновение разошлось, Сайто увидел Асахину. И услышал.

Они катались с Уэмурой по земле, схватившись врукопашную, и Тэнкэн выкрикивал что-то по-английски, не то песню, не то… Сайто успел только заметить, как замедлены движения чудовища — и на него снова навалились.

Он выстрелил, выстрелил, и снес голову, и еще дважды выстрелил, и опустевшим пистолетом дал по зубам самому наглому. Несколько раз его рванули когтями со спины, но он сам вертелся быстро, да и они тоже почему-то двигались как под водой.

Вот чего они пока не попробовали — это задавить, навалившись кучей. С такой живучестью, как у них, — странно… Или они боятся даже случайно коснуться амулета Тэнкэна?

Что-то вылетело из конторы и упало на землю рядом с Асахиной — а вокруг инспектора вдруг образовалось очень много пространства, как всегда бывает, когда на месте действия появляется копейщик. Хороший копейщик. Это он что-то копьем подцепил и выбросил. Что-то, до чего не мог дотронуться рукой.

А потом пространство снова сжалось — и возникло знакомое, надежное чувство прикрытой спины. Нападающих стало ощутимо меньше. До Сайто наконец донеслись посторонние звуки: далекий шум воды и грохот сталкивающихся бревен, близкий гомон толпы и щелканье возводимых затворов… Асахина больше не выкрикивал свою… да, кажется, молитву — видимо, было незачем. От Уэмуры осталась чуть ли не половина прежнего. Нет, ничего ему Асахина не отрубил, и даже выглядеть менее опасным чиновник не стал — но сейчас человеческого в нем не осталось. И жемчужная белизна лица, и невесть каким демоном сбереженная юношеская красота — все исчезло. В изрезанном мундире перед оцеплением кружила сгорбленная, мертвенно-синюшная тварь с зубищами в сун длиной. Инженеру от этих зубов крепко досталось, но держался он хорошо и в исходной позиции стоял твердо, меч в руках не «танцевал».

— Сдохни! — провизжала тварь.

— Мне есть для кого жить, — с последним словом Тэнкэн перенес вес на правую ногу, и…

…Вот после такого и нашли семерых зарубленными и одного живым — того, кто не добежал. Твари было уже не до нападения, но, повинуясь ее неслышному приказу, все выжившие кёнси кинулись на Асахину одновременно.

— Взво-од! — скомандовал совсем рядом звонкий голос Такаоки. — Цельсь!

— Пли! — дал отмашку Сайто. Более удобного случая, чем такая куча-мала, не будет.

Харада — если бы он еще вне боя так соображал, цены бы не было человеку — оторвался от противника и подсек Тэнкэну ноги древком копья, а потом навалился сверху, закрывая от пуль. Залп. Второй. Третий. Молодец Такаока. С такой плотностью огня они до твоих стрелков просто не дойдут. Кости не выдержат.

…Но тварь ушла. Без разбега и почти не помогая себе руками, она вскочила на крышу конторы и исчезла с другой стороны. Это было очень плохо — ни Сайто, ни Асахина не имели сил за ней гнаться, Харада все-таки поймал две пули и тоже не мог, а остальные… это все равно что послать корову преследовать волка. Инспектор поднял руку, давая знак прекратить огонь, и крикнул оцепеневшим охранникам:

— Делай как я!

Оттащил одного кёнси за ноги и быстро, не давая ему прийти в себя, отсек голову.

Мечи есть не у всех — но у штыка, у неевропейского листовидного штыка отменная режущая кромка.

— Там еще один! — рявкнул кто-то, и Асахина, едва поднявшийся с земли, увидел, что вокруг него стало пусто.

Сайто оглянулся на здание конторы. Госпожа Мияги исчезла. Кровавый след тянулся к двери и пропадал за ней. Сайто хотел было позвать пятерых солдат, чтобы войти в дом, — но это было уже не нужно. Ато вышел на крыльцо сам. Ёко-сан лежала на его руках — теперь уже, вне всяких сомнений, мертвая. Он ее выпил, ему нужно было встать и он ее выпил.

— На плечо! Целься! — Сайто опустился на колено и поднял меч.

— А вот и господин инспектор, Ёко, — Ато безумно улыбнулся. — Поприветствуй его.

Он взял руку женщины за запястье и несколько раз махнул ее ладонью. Передние ряды зрителей давно уже пытались убраться подальше от «дороги цветов» — но им мешали задние. На сей раз шарахнулись все.

— Пли, — с легким раздражением в голосе сказал инспектор.

Инженер не заметил, как встал. Асахина знал, что сейчас произойдет, но бессилен был предупредить криком или жестом — мог только действовать. Ато бросил женщину перед собой, на вооруженных людей — и, конечно же, почти все они, издерганные и напуганные, выстрелили в труп. Лишь у двоих хватило выдержки дождаться прыжка Ато — но ружейные пули, пройдя его тело насквозь, не остановили живого мертвеца. Он летел прямо на Асахину — и тот знал, еще до броска знал, что именно он, а не кто-то другой, станет целью.