Чтение онлайн

Я скольжу рукой между бедер.

— Непослушная, — рычит он, дергая меня за волосы с восхитительной болью. — Ты знаешь, что эта сладкая киска принадлежит мне, игрушка. Ты знаешь, что у тебя нет разрешения трогать мое.

«Может, я и хочу, чтобы меня наказали», — думаю я, погружая пальцы глубже, чувствуя, насколько я мокрая.

Кончаю через несколько секунд.

— О боже, — кричу в подушку, заглушая звук. Биение сердца отдается в ушах, тело вздрагивает, пока оргазм накрывает меня.

А потом я поднимаю голову — и понимаю, где нахожусь.

Лежу на животе в кровати, одеяло сброшено в сторону.

Я убираю руку, которая онемела, застряв под моим телом.

Черт возьми. Вот это да. Первый раз, когда я действительно разбудила себя во сне, мастурбируя.

Я переворачиваюсь, тяжело дыша. Тело покрыто тонкой пленкой пота.

Что за безумие.

Медленно сажусь, стараясь заставить сердце вернуться к нормальному ритму. Я забыла написать в дневник перед сном, но, возможно, записывать свои сны — хорошее начало.

Я уже тянусь включить прикроватную лампу, как вдруг слышу, как за дверью скрипит половица.

Щурюсь, глядя на щель под дверью. В коридоре пробивается тусклый свет, но по нему скользит тень, словно кто-то проходит мимо.

Я поднимаюсь и тихо иду через комнату, ноги словно налились свинцом. Замираю, протянув руку, слишком боясь открыть дверь и увидеть кого-то вроде Клэйтона, подглядывающего оттуда. Боже, возможно ли, что я стонала слишком громко, разбудив кого-то? А если я произносила имя Кинкейда? Черт, надеюсь, что нет.

Вместо этого я прикладываю ухо к двери и прислушиваюсь.

Кто-то шепчет.

Я вздрагиваю, отдергивая голову.

Что за хрень?!

Страх накатывает на меня, как ледяная вода. Я задерживаю дыхание, застываю на месте.

Медленно нахожу в себе смелость снова прижаться ухом к двери.

Слышится низкое шипение, будто кто-то спускает воздух из шин, но в этом шипении есть что-то… похожее на слово.

— Пожаааааааалуйста, — шепчет оно.

А потом наступает тишина.

Само собой, после этого я уже не смогла уснуть, что было совсем неприятно, ведь на часах было три утра. Я не спала, включив везде свет, и коротала время за книгой по микологии, которую взяла в общей гостиной. Только когда первые лучи рассвета разогнали тьму в пять утра, я наконец немного успокоилась, чтобы обдумать случившееся. Проблема была в том, что эротический сон и голос, умолявший о чем-то за дверью, начали сливаться воедино, и я уже не могла понять, не приснилось ли мне и это.

Безопаснее было думать, что да.

Утренняя лекция Кинкейда вышла странной, но только потому, что я сама ее такой сделала — все время думала о своем сне и его странном поведении прошлой ночью. Заходил он в мою комнату или нет? Если да, то зачем? Это он принес мне обувь, или они всегда там лежали, а я просто не заметила? Чем больше пыталась вспомнить, тем сильнее все размывалось в памяти.

Поэтому я изо всех сил старалась не пялиться на него и сосредоточиться на лекции о роли грибов в водных экосистемах и биогеохимии. Все это было безумно интересно, особенно то, как это связано с темными грибами. Мое эго подсказывало, что он подготовил эту лекцию специально для меня после нашего разговора — настолько она задела нужные струны в моем сознании и заставила все нейроны работать на полную.

На обед подали сытный чили из индейки с белой фасолью — одно из моих любимых блюд. Аппетит немного вернулся, и я даже смогла осилить целую тарелку, хотя ела медленнее, чем когда-либо в жизни. Лорен меня даже похвалила.

Сейчас мы все стоим на причале, ожидая Кинкейда и Ника. Группа по микологии должна отправиться на лодочную экспедицию в место, куда не добраться на машине и которое слишком далеко, чтобы идти пешком.

— Как волнительно, — говорит мне Лорен, пока влажный ветер путает ее волосы. — Надеюсь, увидим китов.

— А я хочу увидеть мегалодона, — отвечает Мунавар. — Джейсон Стэтхем отдыхает, — как и обещал, он одет в футболку с надписью «Один ОдиВешенка», которую сейчас прячет, застегивая куртку. Холодно, туман густой, но, по крайней мере, дождя нет.

Кинкейд и Ник появляются на вершине рампы и спускаются друг за другом — Кинкейд намного выше серферского парня. Оба одеты в прочные дождевики: у Кинкейда оливково-зеленый, у Ника — ярко-желтый.

— Похоже, вы все одеты по погоде, — говорит Кинкейд, встречаясь со мной взглядом на мгновение, которое кажется вечностью, напоминая о моем сне. Мои щеки вспыхивают, и я отворачиваюсь. — Если понадобятся шапки, перчатки или пончо, они в ящиках на «зодиаках». Погода может измениться в любой момент. Мы разделимся. Мунавар, Наташа, Лорен и Тошио пойдут с Ником. Сидни, Патрик, Клэйтон, Рав — со мной. — Он указывает на изящный черный катер слева от нас.

Я удивленно смотрю на Лорен, жалея, что нас разделяют, и она драматично хватает меня за руку.

— Нет-нет, Сидни, — восклицает она. — Я никогда не отпущу тебя.

Я знаю, что она шутит, но мне действительно не хочется расставаться с ней, особенно учитывая, что в моей группе будут и Клэйтон, и Кинкейд — два человека, к которым я испытываю совершенно противоположные чувства.

— Спасательные жилеты лежат на ваших местах, — добавляет Кинкейд. — Наденьте.

Я сажусь в катер, который выглядит так, будто на нем возят туристов на наблюдение за китами — сиденья расположены по двое в ряд. Даже ремни безопасности есть, чтобы нас удерживали на местах. Я занимаю первое место и благодарно улыбаюсь Раву, когда он садится рядом. Он мне нравится, и по тому, как они с Лорен переглядываются, я понимаю, что на территории зарождается еще один роман.

Надеваю спасательный жилет, который едва налезает на мою грудь, затем натягиваю ремни, пристегиваясь к сиденью.

— Будем выходить из бухты медленно, — говорит Кинкейд, усаживаясь за штурвал в задней части катера и дергая шнур стартера, пока мотор не оживает с ревом. — Здесь есть лежбище выдр, которое мы не хотим тревожить, а еще цапли гнездятся вдоль берега. Они могут быть довольно сварливыми. Как только мы выйдем из защищенных вод и минуем барьерные скалы, станет немного неспокойно. Помните: там, за пределами бухты — северная часть Тихого океана. Между нами и Японией нет ни единого клочка суши. Ветер немного усиливается, так что будет небольшая волна, но сегодня она должна быть терпимой. В любом случае, сначала пойдет группа Ника — они будут нашими подопытными кроликами. Если станет слишком плохо, они сообщат по рации, и мы останемся в бухте.