Чтение онлайн

— Что вы хотите? — поинтересовалась Хийтри, когда они следом за ней прошли в дом. — Я занята, работаю, у меня нет сейчас времени.

— Мы хотим принести свои извинения, — выступила вперед Девятая. — За вчерашний инцидент. Мужчины вели себя грубо, и…

— И что с того? — Хийтри зевнула. — За грубость я их не виню. Что еще можно ожидать от боевиков? Они мужланы.

— Двое из моей команды тоже вели себя нехорошо, — Бонни опустила глаза. — Фадан не имел права сомневаться в ваших словах. Мы же видим, что вы хотите помочь, а они… они… простите, пожалуйста! Им, может, и не стыдно, а мне стыдно.

— Глупости, — фыркнула драконица. — Это обычные рабочие дрязги. Когда просидите в Официальной с моё, тоже перестанете обращать внимание на подобные прецеденты. Конечно, неприятно, но не смертельно.

— Неприятно — это не то слово, — вдруг сказала Девятая. — Я вообще планирую уходить из этой группы. Уж больно часто мне там… неприятно. Да и напарнице тоже, — добавила она. — Есть причины.

— И какие же? — равнодушно поинтересовалась драконица.

— Можете посмотреть моё досье, поймете, — дернула плечом Девятая. — Я тридцать лет топчусь на месте. Мне не поднимают зарплату, не помогают продвинуться. Мне ужасно нужна рекомендация, чтобы уйти оттуда, и перейти повыше. Но Первый мне никогда ее не даст.

— Ясно, — хмыкнула драконица. — И что ты мне хочешь предложить в обмен на доброе слово? Вы ты именно к этому ведешь, так?

— Так. Что угодно, — Девятая вскинула голову. — Хийтри, вы можете мне не верить, поэтому я прошу еще раз: посмотрите моё досье, проверьте. Мне правда нужна рекомендация. Очень.

— А почему он за вас держится? — с интересом спросила драконица.

— Четыре основных специализации, плюс я еще и врач в команде, — с неприязнью ответила Девятая. — За такие деньги…

— Я подумаю, девочка, — Хийтри задумалась. — Знаешь, что? Я, пожалуй, могу сделать следующее. Подам прошение о твоем переводе, пару месяцев просидишь здесь, а дальше — рекомендация туда, куда попросишь. Как тебе такой вариант?

— Это было бы великолепно! Как хорошо, что вы согласились мне помочь. Я просила раньше, но никто не хотел связываться. А в центрах… ну, вы сами понимаете, что можно услышать в центре, имея восьмой класс, — Девятая махнула рукой.

— Ты сама в этом виновата, — строго ответила ей драконица. — Позволила сесть себе на плечи, а теперь жалуешься. Вот тебе урок, новенькая, — повернулась она к Бонни. — Видишь, что получается, если сразу неправильно позиционировать своё место в команде? Себя нужно уважать. Ладно, идите.

— А как мы вам сможем помочь? — спросила Бонни. — Что нужно будет сделать?

Драконица рассмеялась.

— Ничего, — ответила она. — Уж поверьте, мне ваши услуги не требуются. Помогу, но чисто из альтруистических соображений и женской солидарности. А теперь идите, у меня много дел.

— Клюнула, — удовлетворенно заметила Девятая, когда они с Бонни возвращались обратно. — Даже как-то странно. Я не ожидала.

— Разве клюнула? — удивилась Бонни.

— Конечно. Видишь, она сейчас копается в моем досье? — перед Девятой в воздухе возникли какие-то картинки и строчки, которые Бонни не могла прочесть. — Давай разберем ситуацию, хочешь?

Бонни закивала. Еще бы, конечно.

— Драконица нервничает. Сильно нервничает. Уже хороший признак. Первый всё рассчитал совершенно правильно, я, номинально, действительно слабая фигура в команде, и вполне возможно, что об меня, так сказать, вытирают ноги. Всякое бывает.

— А на самом деле? — с интересом спросила Бонни.

— На самом деле всё иначе, я тебе потом расскажу, — улыбнулась Девятая. — Сейчас она будет думать. Прикидывать, анализировать. И есть вероятность, что она рискнет. Вопрос — как именно?

— Она нам может приказать кого-то убить? — Бонни вспомнила очередную постановку, в которой была девушка-шпион, которая притворялась герцогиней, и, когда мужчины в нее влюблялись, их убивала, чаще всего — ядами. — Ничего себе!..

— Убить? — Девятая расхохоталась. — Дурочка… конечно, нет. Убивать никто никого не собирается, по крайней мере, пока. У нее на нас другие планы. Кое о чем я уже догадываюсь.

— О чем же?

— Не скажу. Мне интересно, сумеешь ты сама понять, или нет.

Операция по заброске агентов на Равор-7 была назначена на вечер, и подготовились к ней весьма основательно — когда Фадан и остальные увидели агентов и боевиков, выходящих из своего дома, они диву дались, до чего натурально и достоверно те сумели сделать себе внешности. Четверо мужчин теперь выглядели в точности, как черные греваны, причем внешность их изменилась почти до неузнаваемости — прибавился возраст, изменилась манера двигаться, говорить; у Первого, которого Фадан признал только по насмешливому взгляду, появились залысины и объемистое брюшко, а Второй обзавелся бифокальными тяжелыми очками и неопрятным полуседым хвостом засаленных, давно не мытых волос. Но больше всего команду поразило, как выглядели Десятая и Пятый. Потому что те превратились… в Олку Гит и Кестала Амсунати. Сходство было просто поразительным, Десятая сумела скопировать даже манеры Олки, даже то, как та двигалась.

— И это всё — по короткому рассказу? — изумился Фадан, когда обе группы направились на Холм, к ожидающему их Гингку. — Невероятно.

— Не только по рассказу, — покачала головой Десятая. — Мы же смотрели вашу память. А там много что имеется.

— Круто, — одобрил Шини. — А волосы не оторвутся?

— Нет, — засмеялся Пятый. — Можешь подергать.

Шини не преминул воспользоваться предложением.

— Как настоящие, — одобрил он. — Крепко держатся.

— А они и есть настоящие, — заверила Десятая. — Парни, смотрите, не подставьтесь там. И сделайте завесу погуще. Нам нужна паника. Хорошая и качественная. На пару минут. Можно на одну минуту. Хотя бы.

— Сделаем, сделаем, — заверил Третий. — Лучше закладки проверь, советчица. И не заигрывайтесь. Через сутки обратно.

— Двое суток, — покачал головой Пятый. — Не успеем.

— Двое — это максимум.

— А как они попадут обратно? — с тревогой спросил Фадан. — Проход ведь, наверное, охраняют.

— О, конечно, его охраняют. Особенно после вашего бенефиса, — покивал Первый. — А после нашего бенефиса его будут охранять втрое тщательнее. Но не волнуйтесь, всё будет хорошо. Не в первый раз, поверьте.