Чтение онлайн

Но, на их беду, одной силой такую проблему было не решить.

Харон в этот раз без всяких финтов с разбегу нырнул в воду и, быстро перебирая лапами, поплыл в нашу сторону.

Преследовавшие его дикари, выскочившие на берег, заулюлюкали вслед псу, а едва заметили наши плоты, так и вовсе взвыли в уже знакомом экстазе.

— Ну, давайте… — пробормотал я, знаками показывая, чтобы первый плот с новобранцами подплыл чуть ближе к берегу.

Гоблины послушно заработали вёслами, а дикари на берегу, коих с каждой минутой становилось всё больше, начали метать копья.

Однако, к их огромному разочарованию, коротышки вовремя остановились, и метательное оружие не долетало считаные метры до столь желанной добычи.

— О, первый пошёл, — прокомментировал я, глядя, как один из аборигенов не выдержал и, нырнув воду, размашистыми гребками отправился вслед за Хароном в сторону плота, где коротышки изображали лёгкую панику.

Хотя это же не первое или второе отделение. Так что, может, и не изображали…

Видя, как к ним приближается первый туземец, а за ним в воду последовали ещё несколько десятков, гоблины тут же скинули в воду якорь, сооружённый из верёвки и кривой железки, и подняли с палубы простенькие щиты с копьями.

И едва только дикарь попробовал взобраться на плот, как ему в голову тут же угодило остриё копья. Правда, удар гоблина вышел так себе. По крайней мере, его противник хоть и заорал истошно, однако на плавсредство залезать продолжил.

— Молодец, Харя! — не спуская взгляд с первого плота, к которому стремительно приближалась группа пловцов «в полосатых купальниках», я выдернул из воды пса. — Готовьтесь отплывать.

Держащие вёсла гоблины кивнули и опустили их в воду, медленно разворачивая плот.

Тем временем обстановка на первом плавсредстве накалялась. Водоплавающие дикари буквально «кипятили» воду, махая руками и ногами, в попытках забраться на плот и получая в ответ удары копьями.

— Подавай сигнал, пусть приступают, — приказал я гоблину, что буквально лежал у края плота, держа по камню в каждой руке.

Едва услышав приказ, он опустил руки под воду и принялся стучать, сигнализируя о начале третьей фазы операции.

— Три… два… раз… вышел Жабыч погулять… — удовлетворённо произнёс я, глядя на то, как один из дикарей внезапно забил руками, поднимая брызги пуще прежнего, а спустя мгновение, несмотря на это, исчез под водой. — Всё, гребём в темпе!

Специально отобранные гоблины синхронно заработали вёслами, разгоняя неповоротливую посудину до приличной скорости.

Нам в спину понеслись издевающиеся крики, а улюлюканье стало нестерпимо громким. Дикари, видя, что один из плотов спасается бегством, а на втором сопротивление вот-вот будет сломлено, радостно вопили, а с берега то тут, то там продолжали прыгать воины, стремясь приобщиться к победе, а может, и отведать свежего мяса.

И никто из них не обращал внимания, что вода вокруг плота с обороняющимися гоблинами стремительно краснеет, а их товарищи периодически ныряют, но почему-то забывают выныривать.

— Возвращаетесь. Добивайте выживших и собирайте трофеи. Жаболюдам скажите, чтобы трупы дикарей на плоты грузили и сюда свозили. Нечего водоём трупным ядом отравлять, — перед самой высадкой приказал я гребцам. — И пусть трупы кто-нибудь охраняет, а то знаю я Систему, по-любому какая-нибудь пакость мимо пролетать будет. Харон, за мной!

Активировав ускорение, я помчался в сторону кристалла, матеря всё ту же Систему, что не удосужилась придумать какую-нибудь менюшку для удалённого управления Аллодом.

Третьего с Арни в лагере уже не было, так что я, подключившись к кристаллу и, затаив дыхание, отдал приказ на отстыковку.

— Спасибо, Кнопа, ты определённо задала тон этому дню, — улыбнулся я, глядя на системное сообщение о том, что отстыковка возможна.

Хотя заслуги Клеща с его командой и гоблинов с жаболюдами я, естественно, принижать не собирался.

Указав Аллоду, куда и какой стороной я хочу причалить к Осколку, отключился от кристалла и побежал к ожидающим меня «десантникам».

Перепарковка не заняла много времени, благо, нам нужно было сместиться всего на три гекса, но отдышаться и выпить чашечку кофе я успел. Как и успел выслушать гонца, прибывшего от поселения жаболюдов.

Там после моего убытия всё прошло по плану.

Несмотря на азарт охоты, до предводителя или предводителей дикарей довольно быстро дошло, что горстка гоблинов чересчур успешно отбивается от превосходящей их по численности толпы.

А потом кто-то глазастый заметил странные исчезновения пловцов, даже не успевших и половины проплыть до осаждаемого плота.

Так что численность желающих искупаться резко подсократилась. А уж когда из воды периодически стали подниматься жаболюды в своих странных шлемах из рыбьих костей да трясти копьями, на которые были насажены головы дикарей, туземцы стали судорожно выбираться из воды.

Но удалось это далеко не всем. Конечно, обитатели салатового Осколка пытались швырять копья в воду, пытаясь попасть в жаболюдов, но те были неуловимы в родной стихии, так что дикари лишь своих соплеменников калечили.

Однако и кидаться у туземцев долго не вышло.

Как только основная масса отступила от воды, как им в спину ударил Клещ со своими партизанами.

Разместив ловушки в высокой траве, гоблины-разведчики принялись метать копья, стараясь заманить аборигенов в капкан. Что у них успешно вышло.

Дикари, поняв, что ловить в воде нечего, рванули за коротышками и тут же обзавелись лишними дырами в телах от сработавших ловушек, а в рюкзаках у Клеща и его подчинённых смертельных штук было с избытком.

Таким образом, на момент отсоединения жаболюды прикончили всех, кто не успел выбраться, а изрядно поредевшее племя отступило от границы, заняв оборону на поляне, боясь делать лишние движения, дабы не угодить в очередную ловушку.