Чтение онлайн

— Я помню Шелли в детстве. Не замечал за ней никакой агрессии в свою сторону, и поэтому хотел заверить тебя…

— Не стоит, Лукасгар. Будь осторожен, Шеллин может быть опасна. И очень прошу, не дай моей дочери никуда вляпаться.

— Не переживай, — только и успел заверить Бианку, как она отключилась. Будто не хотела продолжать разговор на неприятную для себя тему.

Вот тогда-то и выяснилось, что Шелли немного с приветом. Жалко, конечно, девочку, такая красивая… Да и ладно, что с патологией, всё равно она забавная, и её энергия мне подходит идеально. Благодаря ей я уже который день на подъёме, а уж когда Шелли рядом, вообще испытываю небывалый азарт и жажду деятельности.

Вот, например, когда вчера мы с ней пришли домой после интервью, мелкая подскочила ко мне и, вырвав из рук свою сумку, принялась возмущаться:

— Я не брала ничего противозаконного с собой в гарнизон, не смейте копаться в моих вещах, — шипел этот нахохленный птенец в костюме вампирши, — вот, смотрите.

Она вывалила вещи из сумки прямо на диван в гостиной и, обнажив искусственные клычки, уперла руки в боки.

— Шелли, — сквозь смех удалось заговорить не сразу, — я не собирался проверять твою сумку. С чего ты вообще такое взяла? Пойдём-ка, лучше я покажу тебе комнату, и дома зови меня, пожалуйста, на «ты». Хочу хоть тут чувствовать себя не официальным лицом, а обычным демоном.

Она на меня очень странно посмотрела, но, сложив вещи обратно, безропотно отправилась за мной знакомиться с новым жилищем. Хоть я и ржал до слёз, но энергией напитался под завязку. Даже не смог ночью уснуть и переделал кучу дел.

Зря, конечно, над ней смеялся, но тогда я не знал, что у неё проблемы.

Зато сегодня после разговора с Бианкой Верис решил быть с Шеллин помягче и проявить участие.

Поднялся на второй этаж и постучал в комнату своей подопечной:

— Птенчик, выходи на завтрак, — крикнул, и с той стороны двери раздался жалобный стон. Да уж. Зарядка бедняжке далась сложно. Обратно пришлось нести её на руках, но зелье снятия усталости должно уже было подействовать. Даже немного встревожился: неужели всё настолько плохо? — Шелли, хочешь, я переведу тебя в резерв?

Дверь распахнулась через минуту, явив мне разъяренную малышку, и энергия, исходящая от неё, ударила потоком прямёхонько мне в грудь, наполняя блаженством, а во рту появился вкус спелой, дикой и редкой, растущей только за серой границей, ягоды берберус — моей любимой. В этот момент до боли в сердце захотелось, чтобы слова Бианки оказались выдумкой, произнесённой с целью защитить от меня дочь. И ведь она права, что пытается это сделать. Как бы я не старался себя убедить, что Шелли совсем юная и мне не подходит, всё внутри вопило, что это не так. Хотелось сгрести её в охапку и рычать: «МОЯ». Опасное чувство.

— Вы… Ты обещал! Я согласилась на твои условия! Вот так верить твоему слову, да?

Какая экспрессия! Аж дух захватило, ну а то, что Шелли легко перешла на «ты», вообще разлилось бальзамом по душе, привнося во вкус энергии нотку интимности.

— Шелл, я просто вижу, что тебе сложно. В резерве не будет таких нагрузок…

— Нет! Я в порядке. Буду. Сейчас, — отрезала девчонка и, поджав губы, захлопнула дверь перед моим носом, а через пять минут спустилась собранная и серьёзная.

Может, и есть у Шеллин этот непонятный сдвиг, но характер у неё волевой. Достойный уважения.

— Беги в столовую, птенчик, и напомни всем, что после завтрака сбор в учебном классе. Я вам сегодня расскажу об испытаниях и финале отбора.

Шелли опять странно на меня глянула и молча вышла из дома. Она постоянно смотрела на меня как-то странно, и то, что я не мог понять, что обозначают эти взгляды, меня немного тревожило.

Глава 12

Эта демонова зарядка оказалась ещё более худшим испытанием, чем я думала.

В пять тридцать утра прозвучал сигнал побудки, а уже в пять сорок пять Лукасгар выгнал меня из дома и заставил бежать за ним трусцой на огромное поле под названием «полигон».

А как только все собрались, капрал запустил в небо хлопушку, возвестившую о начале мучений.

— Личный состав — пять кругов, птенцы — три, резерв — один! — отдал приказ генерал-командор, а сам, между прочим, никуда не побежал.

Он вышел в центр поля скинул с себя футболку и, оставшись в одних широких спортивных штанах, начал разминаться в стиле бойцов демонических единоборств. Я из-за него чуть носом землю не пропахала! Честное слово! Взгляд так и стремился зависнуть на идеальной фигуре, выделывающей немыслимые трюки, а не смотреть под ноги. Демон же внимания ни на кого не обращал, невозмутимо продолжал тренировку.

На третьем круге, когда в глазах уже начало темнеть и даже подпитка целительской магией не облегчала ногам работу, мне в голову начали закрадываться крамольные мысли типа: «Интересно, а кто сильнее — Лукасгар или Кристгарган? Наверняка гарн Септер. Он и выше, и в плечах шире, и двигается вон как стремительно, и вообще красивее».

Встала на месте как вкопанная, не в силах продолжать движение, когда до меня дошла ненормальность таких выводов, но, к счастью, это случилось почти на финише, а бежала я последняя, поэтому меня никто не затоптал.

— Шелли, ты чего там стоишь? Падай рядом, — подала голос Рива откуда-то снизу, и я отмерла. Глянула в ту сторону и, преодолев последние метры дистанции, рухнула рядом с подругой и Микошем.

— А я думал, генерал-командор тебя освободит от истязаний, — очень ехидно заявил Мик, — любимчиков же всегда жалеют.

Эльф уже давно отдыхал, на два круга дольше нас, поэтому выглядел бодрячком и даже принял сидячее положение. Нестерпимо захотелось ему треснуть, чтобы тоже упал и не пиликал.

— Какие любимчики, Мик? — я всё-таки сдержалась и решила попробовать без рукоприкладства убедить друзей в том, что они ошибаются на мой счёт. — Гарн Септер меня терпеть не может и даже вчера не выпустил из дома, когда я попыталась отпроситься к вам. Думала, мы всё-таки отметим праздник вместе, как привыкли.

На самом деле я вчера не очень-то и хотела куда-то идти. После того как Лукасгар опять обидно надо мной посмеялся, настроение пропало, и, разобрав вещи, я завалилась спать. Что очень правильно сделала. Сегодня хоть легко проснулась и смогла подняться, а если бы полночи протусила, вряд ли что-то смогло бы меня сегодня разбудить.