Чтение онлайн

Я оценивающе посмотрел на костер.

– Гаряченького хочется...
– произнес задумчиво я.

– Ага, - со вздохом согласился со мной Елин.

– Тренога есть, в чем готовить есть, из чего готовить есть, - Елин просто расцвел, - а воды нет... или есть?!
– уточнил я, жестко глядя на разом поникшего Елина.

– Э-э нет, точнее есть...
– смутился Елин.

– Так есть, или нет?!!
– чувствуя, что начинаю свирепеть уточнил я.

– Есть...

– Есть?!!

– Нет...

– Нет?!!!

– Ну... Ну я не знаю-ю!
– не выдержав морального давления сорвавшимся голосом и слегка отодвигаясь в сторону Алины ответил Елин.

– Эх...
– вздохнул я, получив свежий осуждающий взгляд от Алинилинель, и снова поняв, что перегибаю палку, молвил я, - пионер... марш за остатками воды... Быстро!!!

Вода была мигом доставлена.

Я не торопясь установил треногу, повесил котелок, налил воды, накрыл крышкой, чтобы быстрей закипела, и, решив, что обычной Мивины мы еще наедимся, порывшись, надо признать совсем не долго, обнаружил обезвоженную картошку быстрого приготовления со сливками. Убеждать себя в том, что там действительно есть сливки, как в прочем и разубеждать я не стал, а просто приготовил нужное количество герметично запакованных пакетов, и стал ждать, пока закипит вода. Вода вскоре закипела, и, сняв ее с огня и засыпав картошку в воду, я стал тщательно мешать заблаговременно приготовленной ложкой, памятуя о том, что если не домешать, будет не очень вкусно, а так очень даже ничего.

Алина тоже выглядела голодной, но это старательно не демонстрировала, а так заглянула под крышку и все. Елин как обычно был на грани голодного обморока, но стервец, все же упер, как галимый кошак, из одной из открытых мною банок, кусок сардины и чтоб было особо незаметно, так, не жуя, и глотнул, спалив себя с потрохами громким звуком. А так же, последовавшим за ним "ик-ком". Я погрозил ему ложкой, но наезжать не стал. По слезящимся глазам было понятно, что уже наказан. Не пошло. Или не туда... А нечего не жуя в два горла жрать!... Поделом.

Раскидав стряпню по мискам, я поделил на всех консервы, доложив кусочки рыбы туда же, в смысле в миски, и улыбкой отдал отмашку, раздав всем по миске, - в смысле, кушать подано милости просим приступать.

– Приятного аппетита!
– скромно пожелал всем вежливый Елин.

– И тебе тоже, не подавиться...
– криво улыбнувшись, ему пожелал я.

Елин сделал вид, что намек не понял. Или понял и очень хорошо, и начал громко чавкая, (и где спрашивается дворцовое воспитание?), уплетать пюре. Картошка получилась действительно на удивление, хотя приправа в виде голода скрасит и не такое.

Насытившись, я удовлетворенно отставил миску, и громко ляснул по руке Елина, потянувшегося за мизерными остатками воды в одной из бутылок.

– Пить очень хочется...
– мигом убрав руку, уведомил меня Елин.

– Ты свое уже выпил, а здесь, только на одного, мы с тобой мальчики, значит для девочки...

– Но...

– И никаких "но"!
– испепеляющее взглянув на него, отрезал я.

– Мылся пресной, вместо соленой, теперь если желаешь попить, хлебай соленую вместо пресной.

Я кивнул в сторону моря.

– Море рядом, воды - МОРЕ... Вперед. Хлебай.

Елин обиженно засопел.

– Я не очень то и хочу...
– начала было Алинилинель.

– Не хочешь сейчас, оставь себе на утро. Утром захочешь.

– Засунешь в бутылку лицо, - я покосился на Елина, с мученическим выражением на лице взирающего на Алинилинель, - оторву башку вместе с лицом. Утром поедем искать воду. Пресную. До утра как-нибудь перетопчешся.

Елин догнав, что даже если разжалобит Алину, много ему это не даст, точнее попить то он попьет, но смущают обещанные последствия, заглянул под крышку котелка.

– Во! Тут еще картошечка осталась...
– обрадовался он.

– Доедай, это тебе бонус за выполненную работу.

– Какую?
– насторожился Елин.

– Ту, которую ты сделаешь, когда доешь.

Елин опустил крышку.

– Перемоешь посуду, вместе с котелком, и уложишь все на место.

Выслушав, Елин снова заглянул под крышку, и, решившись, молча, приступил к продолжению банкета, прямо из котелка. Доев, собрал миски ложки, в общем, всю посуду в котелок и побежал к морю.

Дисциплина начинает давать, свои первые плоды. Я удовлетворенно вздохнул, и покосился на улыбающуюся Алинилинель.

– Круто ты его...
– произнесла она, - никогда бы не подумала, что Елинотонель может быть таким послушным.

– На тренировки бы его к нашему неповторимому тренеру. Тот бы из него в момент сделал бы мужика. Всю дурь выбил бы. Мы думали он по жизни такой, обесбашенный, а оказалось, просто в армии сильно задержался, рассказывал, что прожил семь лет на казарме... Нас учил шапки к полу гвоздями прибивать, чтоб не сп... э-э-э, скомуниздили... Кто интересно у него отваживался их таскать?!
– я почесал ногу, - кулачища "во", - я приблизительно показал, - как два моих, и мастер спорта по боксу, все-таки.

Одного его взгляда достаточно, чтобы почувствовать не преодолимые позывы к дисциплине...

Я снова поцеловал сладкие губы Алинилинель и пошел складывать треногу. Спать уже совсем не хотелось.

– Смотрите, море светится!!!
– донесся к нам восхищенный возглас Елина.

Я улыбнулся, наверное, мелкие рачки и медузы по всплывали. Должно быть красиво.

– Пошли, посмотрим, - предложил я, беря за тонкую руку и помогая встать любимой, - такое редко можно увидеть.

Она оглянулась на кусты, из которых продолжали на нас таращиться отраженным светом костра, местные лемуры.

– Ничего, покрывало не утащат, оно не съедобное, - улыбнулся я, - да и потом, кое-кого из них мы уже обучили, костер горит. Если не съели нас спящими, то теперь нам точно, ничего не угрожает.

Так за ручку мы и пошли к воде.

Определенно мне здесь все больше и больше нравится. Море светилось не ярко и таинственно, призрачным зеленоватым светом. Присмотревшись можно было выделить россыпи отдельных мелких особей плававших в его толще, медузоподобного и креветочного вида. Размеры креветок вызвали мой неподдельный гастрономический интерес, так как составляли от двух до шести сантиметров. Не "королевские" но очень даже около того...