Чтение онлайн

– Даже не знаю… – Ее предложение застает меня врасплох. Я не любитель шумных вечеринок и не представляю, как отказаться, поэтому выпаливаю первое, что приходит в голову: – У меня статья еще не дописана.

– Да брось, будет весело.

«Весело» – ключевое слово, которое меня подкупает. Я соглашаюсь и удивляюсь своей храбрости. Да, мне надо веселиться. Честно, не помню, когда в последний раз выходила в свет. Джулия чуть ли не визжит от восторга. И я еле удерживаюсь, чтобы не засмеяться вместе с ней. Давно не отдыхала на вечеринках, даже мой выпускной прошел в одиночестве: я ждала звонка из полиции. Пора мне начать студенческую жизнь и забыть обо всем плохом. Благодаря этой девушке, я верю, что у меня получится стать чуточку счастливее.

– Завтра к девяти.

– О'кей.

Мы прощаемся как лучшие подруги, целуя друг друга в щеки.

Подхожу к кассе и слышу, как урчит желудок. Легкое головокружение сигналит о снижении сахара в крови, так что дома, не церемонясь с готовкой, первым же делом я съедаю готовые сэндвичи, запивая их вредной колой.

Весь день я провожу за домашним заданием, прослушиваю запись с рассказом Джулии и составляю статью. Когда в тексте появляется последняя точка, я с облегчением выдыхаю и чувствую себя свободной от постоянных мыслей о психиатрической больнице, от безумных взглядов и надрывного пения. Порой кажется, что я до сих пор слышу возгласы душевнобольных.

Все. Больше никаких дополнительных заданий, никаких больниц, ограблений и криминала. Может, мистер Блэк прав, и мне стоит задуматься о писательстве? Никогда не писала даже рассказы, не говоря уже о книгах, но попробовать как-нибудь стоит.

Я смотрю на часы: семь вечера. У меня остается всего ничего, чтобы подготовиться к знакомству с мамой Тома.

Отличное первое свидание!

Неприятное чувство не дает мне покоя: не люблю я подобные встречи. Даже в школе, когда одноклассницы звали меня домой, я отказывалась. С тех пор, как пропала мама, тема родителей стала болезненной. Когда я вижу проявление материнской любви, я вспоминаю о маме, и мне становится больно. Я сильно нервничаю, сердце стучит быстрее, и с каждой минутой час «икс» все ближе и ближе. Привожу себя в порядок, накручиваю волосы и крашу ресницы. Достаю шифоновое платье темно-вишневого цвета и завершаю образ лодочками на небольшом каблучке.

Заканчиваю приготовления и остаюсь довольна собой – из зеркала на меня смотрит красивая, стройная девушка с немного перепуганным взглядом.

– Спокойно, Эмили, – говорю я. – Все будет хорошо.

Девушка в зеркале недоверчиво хмурится, и я вздыхаю, жалея, что не отказалась от ужина. Придется отвечать на стандартные, но такие колючие вопросы: почему я живу одна, кто моя мама, кто мой отец, почему я переехала из Лос-Анджелеса.

Ровно в восемь часов я слышу звонок в дверь. На пороге появляется Флинн. Он отлично выглядит: на нем черные брюки, идеально выглаженная белая рубашка, а темные волосы аккуратно уложены назад. Как же мне не по себе! Я натянуто улыбаюсь и выхожу к нему навстречу.

– Боже, Эми, ты прекрасно выглядишь, – шепчет мне на ухо парень, и по моей спине пробегают мурашки.

Том ведет себя как истинный джентльмен: открывает дверь машины и помогает мне сесть. Затем садится сам и проверяет, пристегнула ли я ремень безопасности. Излишнее внимание с его стороны смущает, горло пересыхает. Я стараюсь не подавать вида, хотя с каждой минутой желание выпрыгнуть из машины усиливается. Том периодически поглядывает на меня с загадочной улыбкой, и его рука накрывает мою. Вижу, как он счастлив, как он смотрит на меня, и понимаю, что абсолютно ничего не чувствую. Все мои эмоции куда-то испарились, моя решительность улетучилась. Я не могу понять, что происходит. Том – мой единственный друг, и только сейчас до меня доходит, что мне не хочется портить с ним отношения.

– Все хорошо?

Нет, я хочу домой.

– Все отлично.

Мы оказываемся перед огромным, красивым домом бежевого цвета. Том нажимает на кнопку, ворота открываются, и мы въезжаем в просторный гараж, где стоят еще две дорогих иномарки. Просто сказка: красивый принц, живущий в шикарном особняке, красивые ухаживания и многочисленные знаки внимания; знакомство семьей. Любая девушка позавидовала бы мне. Вот только я сижу в кресле и ищу причины, чтобы удрать. Сердце предательски сжимается, а внутренний голос подсказывает, что я совершаю ошибку. Если следовать логике, мы с Томом созданы друг для друга, только непослушный орган за ребрами говорит обратное.

Мы выходим из гаража и направляемся к крыльцу. Том звонит в дверь, и через мгновение ее открывает ухоженная женщина и впускает нас внутрь, приветливо улыбаясь. С первых секунд я понимаю, что своими сапфировыми глазами мой друг обязан маме.

– Здравствуй, Эмили. Как же я рада с тобой познакомиться! Меня зовут Элизабет. Том много о тебе рассказывал. – Ее бархатный голос успокаивает меня.

– Мам, – смущается парень, но женщина не обращает внимания.

Лишь целует его в щеку.

– Здравствуйте, миссис Флинн.

– Прошу, просто Элизабет. Проходите, ужин уже стынет.

Их дом прекрасен: интерьер выдержан в светлых тонах, на стенах висят картины, на полках – цветы и дорогие вазы. Здесь все идеально: каждая вещь будто знает свое место. Ни пылинки, ни соринки, – как в музее. Несмотря на красоту и изящество коридоров, мне становится некомфортно. Я не привыкла к подобной роскоши, и мне страшно даже ходить по этому полу из белого мрамора. Мы приближаемся к большому столу, заставленному различными деликатесами. Том присаживается рядом и одаривает меня очаровательной улыбкой.

Элизабет занимает место, и вечер начинается.

Как я ни пытаюсь отвлечь комплиментами и вопросами хозяйку, мне не удается уйти от болезненных тем, приходится рассказывать о своей жизни.

Чтобы не было лишних вопросов, я говорю, что моя мама осталась в Лос-Анджелесе.

– Ты никогда мне об этом не рассказывала, – подмечает Том.

– Ты и не спрашивал.

К концу вечера мое напряжение спадает. Мы смеемся и вспоминаем веселые истории. Элизабет рассказывает о том, каким хулиганом в школе был ее сын, и парень заливается румянцем, что меня искренне поражает.

Никогда не поверю, что Том когда-то слыл сорванцом.

– Они с Адамом вечно устраивали какие-то шалости: то туалет взорвут, то сбегут с уроков, – смеется женщина, а я округляю глаза. – Нас с отцом по несколько раз на неделе вызывали к директору.

Поворачиваюсь к парню, но тот внезапно встает из-за стола.

– Кажется, нам пора, – сухо отрезает он.

Мама улавливает его недовольство и виновато прикусывает губу.

Вечер завершается настоящим шоком. Пытаюсь поймать взгляд Тома, но тот упрямо отворачивается. По его резким движениям ясно, что он хочет поскорее уйти. Парень берет меня за руку и ведет к двери. Его поведение обескураживает. Я замечаю его расстроенную маму.