Чтение онлайн

– Извини. Наверное, забрался в рюкзак, когда я на кухню ходил.

Подув на укушенные пальцы, я нацепил самую невинную улыбочку и вновь оглядел помещение. Поймал ещё один острый взгляд рыжей девчонки, но библиотекарш, слава богу, на горизонте не заметил.

Матвей только поморщился: сатана карабкался по его рукаву, чтобы возлечь на плечах наподобие страхолюдного шарфика.

– Так что насчёт запеканки? – с фальшивой невозмутимостью спросил я и вновь подсел к парте.

– Я ведь уже говорил. – Матвей с отсутствующим видом уставился в монитор. – При нынешнем положении вещей идти к тебе наверняка небезопасно.

– Да почему?

– Боюсь, теперь я слишком много знаю.

Поясню кое-что: Матвей – не хакер. Противозаконных намерений у него нет, и криминальной славы ему даром не надо. Он просто, понимаете, очень хочет знать… как всё устроено, что ли. Вникнуть в суть. Уловить смысл. Чем больше информации – тем легче ему мириться с непостижимостью нашего загадочного мира.

К этому прилагается жестокая паранойя: Матвей убеждён, что из каждого угла за честными гражданами непрерывно ведётся тотальная слежка. А каждый наш чих контролируют некие таинственные спецслужбы.

– Я специально отложил завершающие итерации, чтобы провести проникновение с нейтральной территории. – Он пару раз хлопнул глазами, на полном серьёзе именуя районную библиотеку нейтральной территорией, и прибавил: – У тебя ведь семья.

– Спасибо, друг, – прочувствованно сказал я, впрочем, и вправду слегка тронутый, – я ценю. А как ты думаешь… Не может ли быть такого, что всё это не настолько уж серьёзно, а?

Матвей покачал головой с видом тайного агента, убеждённого в провале:

– Эти люди, в чью систему я проник… По-моему, они из спецслужб.

Да кто б сомневался.

– Но ты же не ставил им там лайков со своего аккаунта, ведь нет?

Попытка подбодрить этого человека явно провалилась: ответом мне стал взгляд, исполненный жалости.

– Лекс, современные технологии позволяют в считаные секунды отследить местопребывание любого. Любого жителя планеты. Даже если он не ставит лайков, даже если у него нет зарегистрированных аккаунтов ни на одном сервисе, даже если он вообще не пользуется Интернетом.

– Ну, хорошо, хорошо: теперь мы в смертельной опасности. Но, по крайней мере, дело-то того стоило! Ты ведь сам сказал.

– Стоило, – подтвердил Матвей, возвращаясь к телепатическому общению с компом. В этом коротком слове послышалось благоговение.

И тут мне наконец стало интересно самому посмотреть, что же у него там. Я вытянул шею, заглянул в монитор и узрел…

…По правде сказать, ничего особенного я не узрел. Уж точно ничего такого, что объясняло бы священный трепет, с которым Матвей таращился в экран. В последний раз я видел друга таким в магазине электроники, перед здоровущим толстенным «Эйсером» в пуленепробиваемом и водонепроницаемом корпусе из титана. Ноут весил килограммов десять и стоил как пожизненный запас маминых ягод годжи.

Все экранное пространство было занято разноцветными строчками русско-нерусских букв, цифр и каких-то кракозябр на тёмно-сером фоне.

– Ух ты-ы-ы… – протянул я с подобающим случаю выражением.

– Да-а-а… – вторил мне Матвей. – Это определённо был бэкдор, и я определённо через него прошёл, и определённо нахожусь в системе… В некой, будем говорить так, системе. Только я никак не могу понять, что здесь подразумевается под заклинанием.

– Заклинанием?..

– Ну да. Вот тут, видишь? – Он легонько коснулся экрана резинкой на попке карандаша, и я, к своему изумлению, действительно увидел.

– Яснее ясного же, – пожал плечами я, – под этим подразумевается код доступа. А твои спецслужбы, по ходу, на «Варкрафте» залипают или чём-то таком.

Ответом мне был ещё один жалостливый взгляд. Это начинало слегка раздражать.

– Ты возьми да и проверь, – предложил я. – Появится какой-нибудь доступ – значит, это точно был код доступа.

– Не могу, – подавленно признался Матвей.

– Мощности не хватает?

– Да нет… Мощности, думаю, много не нужно. Но я не понимаю, как.

– Что – «как»?

– Как проверить. – Матвей повернулся ко мне с невозможно опечаленным видом (Вельзевул у него на загривке оскалился, зашипел и чихнул).

Я покачал головой – ну да, заклинивает парня периодически, нелицензионная копия, – и принялся растолковывать, как маленькому:

– Берёшь код доступа. Вводишь. Жмёшь «Enter». Ура, победа!

– Его здесь некуда вводить. – Удрученный Матвей вновь уставился на экран: – Просто совершенно некуда: нет поля ввода. А потом… Он очень странный. Пароли такими не бывают – это противоестественно.

Я тяжко вздохнул: было бы любопытно как-нибудь ознакомиться с представлениями этого человека о естественном.

– Покажи-ка.

– Я ведь уже показываю.

– Покажи. Мне. Этот. Пароль. Пожалуйста.

Матвей поджал губы, исполнил на клавишах быстрый короткий этюд и болезненно ойкнул: Вельзевул съехал по его груди на колени и оттуда задумчиво уставился на клавиатуру.

На экране что-то неуловимо поменялось: часть кракозябр исчезла, а строчки слегка выровнялись. Теперь я и без указки смог вычленить и даже произнести…

– СПЕЛЫЙ ПЫЛЕСОС УПРАВЛЯЕТ ПАРАБОЛОЙ ЗАЙЧИКА МИМО, – медленно и раздельно произнёс я вслух.

Затем взглянул на этого человека. Повторил пароль ещё раз – старательно смакуя каждый слог.

Делюсь житейской мудростью на всякий пожарный: а) на Матвея нельзя повышать голос и б) над Матвеем нельзя смеяться. Ни за что. Ни при каких обстоятельствах. Даже не по морально-этическим соображениям – просто никогда не смейтесь над Матвеем. И не кричите на него.