Чтение онлайн

— Лучше бы они экономикой занялись, а не войной, — вставил веское слово Шрек.

— Yo! — согласилась Пума, — Но первое без второго у них как-то не получается.

— А почему? — спросила Гэйдж.

— Не знаю, — Пума пожала плечами, — В нашем мире есть вещи, которые через жопу. Поэтому бывает война. А начинаешь это исправлять — опять же, получается война.

— Давайте уже пойдем стрелять и кататься на пузыре, — вмешалась Фиона.

— На пузырях, — поправил Монти, — Там еще два, но они еще разобранные. Рон, Пума, можно, мы сами их надуем и соберем? Мы аккуратно, мы инструкцию посмотрим!

— Что скажете? — спросил Эдо.

— Пускай, — ответил Рон, — Наш шеф-инженер утверждал, что эти штуки даже ребенок может собрать. Если что, скажем: типа, провели такой тест, и вот результат.

— Я думаю, так, — сказала Пума, — Мы обкатаем эти штуки здесь, а если у детей будет хорошо получаться, то поедем на Ихопуаа. Там и пострелять можно.

Возвращение всей компании на островок Ихопуаа (само собой ставший полигоном с ведома локальной полиции) произошло уже на глазах нескольких десятков зрителей, вышедших в лагуну на своих рафтах, «Зодиаках», проа и тримаранах. Откуда-то даже появились несколько моторных дельтапланов и небольших летающих лодок. Гонки на трех УПСах с участием всех желающих продолжались до самого обеда. Тарионейцы и наиболее шустрые подростки из восточного поселка получили отличный бесплатный аттракцион, констебль и волонтеры местной спасательной службы — хорошую порцию адреналина, а Рон и Пума — выполненную программу тест-драйва, с которой в других обстоятельствах им вдвоем пришлось бы возиться неделю, не меньше.

К обеду, дальновидный дядюшка Цзи подогнал на рейд Ихопуаа сампан (мобильный сегмент своего ресторанчика) и, в ожидании второго отделения шоу (стрельб из «карманных пулеметов»), в лагуне пошла бойкая торговля съестным и выпивкой. В процессе подготовки, кто-то привез пару ведер 8-миллиметровой картечи (этот вид боеприпасов используется и в популярных помповых «Remington» 12-го калибра). Нашлись волонтеры, которые быстро обметали будущий сектор обстрела буйками с мозаикой красных и белых квадратов (код «uniform» международного свода морских сигналов — «вы идете к опасности») и привезли на островок кучу пустых пластиковых бутылок, старых канистр, бочек и прочей ерунды, пригодной в качестве мишеней.

В 3 часа после полудня, Рон позвонил Фонси, директору филиала «Taveri-Futuna» на Ореор-Палау и спросил, какой бонус тот даст за непрерывную видеосъемку стрелков любителей, производящих из двух «palmagun», в полевых условиях порядка 10.000 выстрелов, или столько, сколько выдержит это оружие. Они торговались примерно четверть часа в лучшем канакском стиле, и сошлись на взаимовыгодной сумме…

… Стрелковая вакханалия длилась до самого захода солнца. Сначала баловались подростки, потом их сменили ребята постарше, потом взрослые и даже пенсионеры. Малобюджетные машинки трещали четыре часа с короткими перерывами на смену магазинов. В воздух взлетали фонтаны белой известковой пыли и клочья пластика. Многие жители так или иначе разбирались в оружии, и не верили, что пневматика способна выдержать такое количество выстрелов. Некоторые не уезжали домой в ожидании момента, когда резиновые детали, все-таки, выйдут из строя, и заключали разные пари на эту тему. Рон и Пума намеренно не сообщили присутствующим, что резиновых деталей в «palmagun» просто нет, и снимали удивленные лица местных стрелковых авторитетов на видео, на фоне непрерывно работающих пулеметов…

Когда половина солнечного диска уже утонула за горизонтом, публика, все-таки, разъехалась. Последними островок покинули двое муниципальных уборщиков на плавучем мини-кране с грэб-манипулятором, которым они собрали и увезли остатки мишеней. Центнер картечи, оставшийся на островке и вокруг, по общему согласию признали безразличным для эстетики и экологии и уборке не подлежащим…

Едва мини-кран отвалил от берега, Рон и Пума разложили инструментальный столик, включили фонари и видеокамеры по углам и, не торопясь, разобрали оба «карманных пулемета» на детали. Судя по довольному ворчанию, ситуация им нравилась.

— Что вы такое делаете, а? — поинтересовался лейтенант Теллем.

— Это называется «мастер-контроль», — пояснил экс-коммандос. Прикинь, Майо, эти машинки сделали примерно по 15.000 выстрелов в полевых условиях. Пыль, соленые брызги, все такое. Если у механики есть слабые места, то они должны проявиться.

— Я стерла налет свинца. Стволы, как новенькие, — объявила Пума, — Прикольно.

Майо взял в руки блок с тремя стволами и покачал перед глазами, глядя в каналы.

— Да, как будто только что с фабрики. Что это за сплав?

— Титан с чем-то, — ответила она, — В сертификате написано. Рон, помнишь как мы выбирали на озере прозрачные камешки с волосками? Там ведь был титан, ага?

— Кварц с диоксидом титана, — уточнил он, — По крайней мере, так объясняла Брют.

— Ну! Я и говорю! Интересно, а вот это… — Пума щелкнула ногтем по зеркальной поверхности цапфы, — … Из того африканского титана или из папуасского?

— Это вы о чем? — спросил преторианец.

— Есть такая классная девчонка, Брют Хапио с Новой Каледонии, — ответил Рон, — Она геолог, мы с ней познакомились в стране Шонао, в Транс-Экваториальной Африке..

— Там был кое-какой беспорядок из-за гуманитарной войны, — добавила Пума, — Брют прилетела на Удеди раньше прикрытия, и мы ее охраняли, а она нам рассказывала про Землю в разрезе, и про минералы, из какого что делают, и что это по деньгам. А Тигра сцепился с ней и со Штаубе про титан: выгодно ли его возить оттуда в Меганезию.

— С Герхардом Штаубе по прозвищу Камикадзе? — удивленно переспросил лейтенант.

— Ага! Он приехал вместе с генералом Ндунти. Вообще, если рассказывать с начала…

В последних лучах заходящего солнца, «Yeka» скользил в метре над волнами, как охотящийся альбатрос. Геолог Брют Хапиа, вздремнувшая на полчаса, открыла глаза, зевнула, подняла левую руку и глянула на табло пластикового браслета-органайзера.