День Дракона
Шрифт:
«Думай!»
«А что думать? Вскрывай ближайший тюк, пока эти кретины заняты, и делай то, за чем пришел!»
Витольд сделал шаг назад…
И с ужасом почувствовал, что за его спиной открывается портал.
— Ну все, доходяги? — с презрительной улыбочкой поинтересовался Булыжник.
— Все, — подтвердил Отвертка, забрасывая на штабель последний тюк. — Наш лежит, где тот лежал.
— Мля… — Маркер медленно сполз на пол, стащил бандану и вытер мокрую от пота голову. — Ни фига себе легкая работенка…
— Не ной, боец, — приказал уйбуй. — Немножко поработали, зато славно выпьем…
И выхватил ятаган — из-за штабелей донесся вопль.
На все про все Урбек выделил помощникам пять минут. Не потому, что его «Обжора» мог переполниться — запаса прочности хватало и на полчаса, просто не хотел, чтобы Красные Шапки шныряли по хранилищу дольше необходимого. Мало ли что им в головы придет? Наследят, набезобразничают, а то еще и тюк какой вскроют из любопытства… Нет, доверять дикарям — себе дороже.
Именно поэтому оставшийся возле фургона Трубка активизировал «Дверь» через четыре с половиной минуты после предыдущего открытия перехода. Увидев вихрь, дикарь храбро шагнул в него, намереваясь позвать приятелей, и…
И вылетел обратно на улицу Марины Расковой.
Приложился головой о железный борт «Форда» и затих. Но сигнал подать успел.
Если кто-то думает, что стокилограммовым рюкзаком удобно отбиваться от трех бойцов с ятаганами, то пусть попробует повторить опыт Витольда сам. Хорошо еще, что предусмотрительный Урбек не позволил Красным Шапкам взять на дело огнестрельное оружие («Пальнут сдуру в стену, бегай потом полночи, замазывай штукатурку»), и схватка шла врукопашную, иначе бы чуду наверняка пришлось спасаться бегством… Впрочем, он и так не скучал.
Первый выпад Булыжника принял на себя рюкзак. Повредить его уйбуй не сумел, зато оступился, потерял равновесие, но едва Витольд собрался врезать дикарю ногой, как сбоку его атаковал Отвертка. Пришлось уклоняться. Потом еще раз — уже от Маркера. И снова от Булыжника. Знай не отличающиеся особой смелостью Красные Шапки, что бьются с Драконом, они бы сто раз подумали, прежде чем обнажить клинки, но дикари видели перед собой лишь неясную фигуру, одинокую и, судя по всему, невооруженную, а потому демонстрировали чудеса агрессивности.
Великий фюрер был бы доволен.
— Мочи придурка, нам некогда!
— Ща я ему ноги отрежу!
Маркер попытался ударить Ундера в бедро.
— А я — ухи!
Ятаган просвистел в дюйме от головы чуда.
— В пузо! В пузо ему пыряй!
Шарахнуть взбесившихся дикарей магией? Хорошо бы. Но отбивающийся от града ударов Витольд никак не мог сосредоточиться должным образом. Какая магия, когда тебя пытаются изрубить на куски?
— Скорее давайте! Портал закрывается!
Спасло Ундера чудо. Точнее, даже не оно, а несогласованность противников. Булыжник на мгновение оказался позади бойцов, а Маркер и Отвертка, не сговариваясь — какой может быть сговор в скоротечном бою? — попытались нанести Витольду одинаковые удары. Одновременно. Первым движением рюкзака Ундер отбил ятаганы в сторону, тут же развернулся вокруг оси, тем самым позволив тяжеленному мешку набрать приличную скорость, и одним ударом сбил дикарей, как кегли.
— А-а!!!
Дрались посетители хранилища рядом с открытым порталом, и удача улыбнулась чуду — бойцы исчезли в темном вихре.
«Нас засосало, клянусь печенкой Спящего — засосало!» — делился впоследствии впечатлениями Маркер.
«Чвак — и все! — подтверждал Отвертка, уверяющий слушателей, что сражаться им пришлось с Огромным Черным Чудовищем, скорее всего — самим князем Темного Двора, потому что даже Сантьяга мелко выглядел на фоне исполина. — Он рычал, мля, страшно рычал! А потом как пыхнет колдовством…»
Оставшийся без поддержки Булыжник повел себя именно так, как обязан был поступить любой дикарь, когда ситуация «три против одного» неожиданно превращается в «один на один». Уйбуй истошно завопил, выставил перед собой ятаган, закрыл глаза и побежал вперед. Ундер, прекрасно понявший тактический ход дикаря, отступил в сторону и поставил Булыжнику подножку, позволив уйбую рыбкой нырнуть в портал.
«Мы еще бились много, — рассказывал потом Булыжник. — Но он стал расти на глазах. Раз — и уже до потолка стал!»
Слушатели кивали и вздыхали.
Расправившись с конкурентами, Витольд, на ходу вызывая портал, бросился к оставленной ими добыче, швырнул в появившийся вихрь рюкзак, а затем, с трудом подняв выбранный Красными Шапками тюк, шагнул в переход сам.
ГЛАВА 5
«Трагический финал драматической истории. Сегодня рано утром патрульная группа обнаружила на окраине Красноярска тело Риммы Симонович. Пресс-служба полицейского управления пока отмалчивается, обещая дать информацию ближе к вечеру, однако неназванный источник сообщил, что на теле несчастной нет следов насилия и в настоящее время эксперты пытаются определить причины смерти Риммы. Напомним, что восемнадцатилетняя девушка, пропавшая во время туристического похода, была найдена спустя двое суток, однако вскоре исчезла из больницы…»
«Что происходит в Зеленом Доме? По не подтвержденным, но и не опровергнутым сведениям несколько дней назад внушительная группа боевых ведьм совершила стремительный вояж за пределы Тайного Города. Куда именно? Как ни странно, это осталось загадкой: наши белокурые красавицы изменили традиционной словоохотливости и держат рот на замке. Остальные Великие Дома не проявляют беспокойства…»
Муниципальный жилой дом, Москва, улица Шаболовка,
9 августа, среда, 03:03
— КРАСНЫЕ ШАПКИ?!
— ДА!
— Быть не может, — выдохнул Итар.
— А чего мне врать? — огрызнулся Витольд. — Говорю как есть. Захожу в хранилище, а они там шлындают, ищут нужный тюк…
— Этот? — Кумар нежно посмотрел на распотрошенный мешок. Точнее, нежность предназначалась деньгам.
— Ага, — кивнул Ундер. — Нашли, заменили и собрались сматываться. Тут я с ними и повстречался… Случайно…
Стоит ли говорить, что удачное окончание дела подействовало на Итара не хуже наркотика? Но не сразу, разумеется, не сразу.