Чтение онлайн

Полуян посмотрел на техника, который с невозмутимым видом возился внутри машины, протирая откинутую лавку у борта тряпкой, пропитанной хлоркой.

— Тухлятину перевозили, что ли? — спросил Полуян и брезгливо поморщился. — Ну, навоняли…

Техник оторвался от дела, посмотрел на него. Встряхнул тряпку, окунул ее в ведро с хлоркой, и, не скрывая раздражения, сказал:

— Это сейчас от вас потом пахнет. А повезем назад «двухсотым» грузом — успеете провонять…

Полуян ошеломленно смотрел на техника, не зная, что и сказать. Запах тлена был ему хорошо знаком. Вертолет, который должен был увезти их туда, живых и здоровых, оттуда уже привез отработанный материал войны — мертвые тела людей, которые еще недавно о чем-то думали, что-то любили, испытывали голод и жажду, пели песни и травили анекдоты. И для них вдруг все внезапно кончилось…

— Прости, — сказал он технику и покаянно сдернул кепку.

— В первый раз, что ли? — спросил тот с пониманием.

— Нет, не в первый. Этого я уже нанюхался вдосталь, но не здесь…

— Выходит, не узнал, — усмехнулся техник. — А надо бы. Все мы в отработанном виде так вот воняем… Если честно, это запах будущего. Для любого из нас. Жаль только, что молодых пацанов, которым надевают военную форму, сразу не знакомят с тем, как пахнет смерть… И еще скажу так: кому не нравится, могут и остаться.

Базар легко угадать по шуму и запахам. Со стороны торжища тянуло дымом и дразнящими аппетит духом жареного мяса. Из киоска с надписью «Аудио-видео», что стоял у входа на рынок, неслись гортанные звуки песни. Надрывный женский голос, наполненный слезной тоской, выводил слова, скорее всего турецкие.

Тот же мрачный технарь-философ с вертолета, узнав нужду Полуяна, посоветовал ему найти на базаре Аббаса Багирова, который за хорошие деньги достанет все, что угодно покупателю.

Найти Аббаса оказалось нетрудно. Это был тощий мужчина неопределенного возраста с козлиной бородкой, большим кадыком и жилистой шеей. Когда Полуян сказал, что ему нужно, Аббас почтительно приложил руку к животу.

— Пройдем, уважаемый, к месту, где животные ждут новых хозяев, а их старые владельцы шевелят пальцами, чтобы пересчитать деньги.

И они прошли к месту, где продавали баранов, овец, ишаков и лошадей.

— Товарищ, — обратился к Полуяну первый же продавец ослов, едва они оказались рядом. — Вот хороший ишак. Очень лучший, — продавец потрепал животное по щетинистой гриве. — Работать любит.

— Нет, — сказал Аббас, — нам глупый ишак не нужен.

— Он умный, уважаемый Аббас-оглы, — сразу же заступился за животное хозяин. — Очень умный!

— Тогда почему любит работу? Любят ее дураки. Умные любят власть.

— Вах! — сказал хозяин сокрушенно. — Где ты видел у власти умных? Ишаков там хватает, но где умные? Назовите хотя бы одного, и я уступлю скотину бесплатно. И потом, уважаемый, я вам предлагаю все-таки не депутата, а осла. Есть разница, верно?

Аббас засмеялся. Посмотрел на Полуяна.

— Может возьмем? Ишак так себе, посредственный. Но мне понравился продавец.

— Хозяин, — сказал Полуян, — какой язык понимает ваш умный ишак? Русский или аварский?

— Э-э, дорогой, умный ишак понимает все языки, если они похожи на плетку.

Животное, будто поняв хозяина, открыло желтозубую пасть и разразилось диком воплем:

— И-а, и-а!

— Меня такой ишак увезет? — Полуян пытался на глаз прикинуть, сколько в этом осле лошадиных сил.

Продавец оглядел покупателя. Почмокал губами.

— Два, — сказал он. — Два таких увезет. — Подумал и добавил. — Можно с бабой ехать.

Бритвин, ведавший казной, расплатился наличными и взял ишака за повод.

Когда Полуян отошел от продавца, к нему приблизился молодой крепкий парень. Глаза быстрые, бегающие. Руки в карманах. Что там — оружие? Граната, пистолет или нож?

— Слушай, — сказал он, глядя почему-то в сторону, — патроны есть?

Полуян сделал вид, будто не уловил вопросительной интонации. Сказал, понизив голос:

— Если есть автоматные, возьму целый цинк.

— Э, — парень был явно разочарован, — сам думал у тебя купить…

Полуян понимающе кивнул.

— И я ищу.

Они разошлись. Парень, вихляя задом, обтянутым потертыми джинсами, не вынимая рук из карманов, отошел в сторону.

Некоторое время спустя он снова очутился возле Полуяна. Подтолкнул его локтем в бок.

— А я тебе патроны нашел. Возьму немного — пять процентов.

— Спасибо, друг, — Полуян в свою очередь подтолкнул парня локтем. — Уже купил.

Парень отошел, потолкался в толпе и снова возник возле Полуяна.

— Может пистолет нужен? Макаров, Стечкин, ТТ?

В это время к ним подошли Бритвин и Таран. Каждый вел в поводу по ишаку. И парень поспешил отойти. Лишние свидетели его пугали.

Они еще потолкались на торжище и к паре ишаков прибавили двух новых. Прощаясь с Аббасом, Полуян протянул ему бумажку в пятьдесят рублей. Тот взял ее, поднес к губам, и, не касаясь самих денег, сделал вид, будто поцеловал банкноту.

— Спасибо вам, уважаемый, — сказал он Тарану. — Не потрудившись, нельзя обладать сокровищем желания. Ибо сказано, что нет богатства без мужей, и нет истинных мужей без доброты.

Они распрощались, пожав друг другу руки.

Пресс-конференцию для иностранных и российских журналистов, аккредитованных при штабе направления, генерал Шалманов решил провести в палатке, которую по размерам можно было именовать шатром. Здесь размещалась полевая столовая армейского штаба. Палатка, судя по всему, за срок своей службы видала виды: ее парусина, при рождении имевшая цвет хаки, выцвела от дождей и солнца, стала серой.

Внутри в несколько рядов солдаты расставили легкие стулья для гостей. Те себя ждать не заставили. За десять минут до времени, назначенного Шалмановым, стол, за которым он должен был сидеть, заняли микрофоны разных форм и марок, плотно притиснутые друг к другу.