Чтение онлайн

Быстро вскочив, он увидел, как бугорок разделился на два, потом на четыре, восемь, шестнадцать тридцать два, на целую сотню маленьких, едва заметных пузырьков, которые надвигались на край простыни. Он попятился. Потрясенный, он смотрел, как на его подушку наползают муравьи.

Его первым инстинктивным желанием было смахнуть их ладонью. Он вовремя одумался. Должно быть Себастьен Сальта и остальные тоже собирались смахнуть их рукой. Нет худшей ошибки, чем недооценить противника.

Тогда Жак Мелье бросился бежать от этих крошечных насекомых, он ни секунды не сомневался, для чего явились эти гости. Муравьи последовали за ним, но, к счастью, на входной двери был всего один замок и комиссар успел выскочить из квартиры до того, как войско могло бы его настигнуть. Он бежал по лестнице, когда услышал жуткие вопли бедной Марии-Шарлотты, ее терзали эти проклятые насекомые.

Все произошло как во сне, как в ускоренной съемке. Босиком, в одной пижаме, Мелье удалось поймать на улице такси и убедить шофера гнать в центральный комиссариат.

Теперь комиссар был уверен: убийца узнал, что ему удалось разгадать загадку гибели химиков, и спешно направил к нему своих маленьких убийц.

Но о том, что он разгадал загадку, знал только один человек. Только один!

Дуальность: Всю Библию можно кратко изложить в одной книге — Книге Бытия. Всю Книгу Бытия можно уместить в одну первую главу. Ту, что рассказывает о сотворении мира. Саму главу можно свести к ее первому слову. Берешит. Берешит означает «вначале». Само это слово может выразить первый слог Бер, который означает «то, что было рождено». Этот слог можно, в свою очередь, сократить до первой буквы Б, которая произносится «Бет» и представляет собой открытый квадрат с острием в середине. Этот квадрат символизирует дом, или матрикс [11] , покрывающий яйцо, зародыш, маленькую точку, призванную быть рожденной.

Почему Библия начинается со второй буквы алфавита, а не с первой? Потому что Б символизирует дуальность мира, в то время как А является первоначальным единством. Б — это эманация, проекция этого единого. Б — это другое. Выйдя из одного, нас двое. Выйдя из А, мы попадаем в Б. Мы живем в дуальном мире тоски (ностальгии) и даже поиска этого единства, Алефа — точки, откуда все вышло.

Бивуак закачался от падения кленовой крылатки — эта растительная спираль далеко разносит семена. Вращение двойного мембранного крыла делает крылатку опасной для муравьев. На этот раз лагерь крестоносцев просто развалился, и все они рассыпались по земле, но совсем скоро они снова продолжили путь.

У солдат появилась прекрасная тема для разговоров. Обсуждают и сравнивают опасность природных метательных снарядов. Самые опасные, по мнению некоторых, — это парашютики одуванчиков: они прилипают к усикам и нарушают всякую связь. Для 103683-го в этом смысле ничто не сравнится с бальзамином. Как только коснешься его плодов, стручки резко разворачиваются и выбрасывают семена на большое расстояние, иногда даже превышающее сто шагов!

И хотя они болтают о всяких пустяках, но эта длинная процессия ничуть не замедляет ход. Время от времени муравьи трутся брюшками о землю: их Дюфурова железа оставит пахучую дорожку — она укажет путь братьям, идущим следом.

В небе летает множество птиц; они еще опаснее, чем крылатки. Южные славки с голубоватым оперением, лесные жаворонки, но больше всего дятлов пестрых, черных и зеленых. Это самые распространенные птицы в лесу Фонтенбло.

Один из них, черный дятел, опасно приближается. Он зависает над колонной рыжих и целится клювом. Входит в пике, затем летит на бреющем полете. Обезумевшие муравьи разбегаются во все стороны.

Однако птица вовсе не собирается довольствоваться несколькими жалкими беглецами. Зависнув прямо над одним из отделений солдат, дятел выпускает белый помет и заливает солдат. Повторив так несколько раз, он поражает десятка три муравьев. Над армией пролетает крик тревоги.

Не ешьте! Не ешьте!

На самом деле, экскременты дятлов часто заражены цестодами. Те, кто их попробует…

Цестоды: Цестоды — это одноклеточные паразиты, которые во взрослом состоянии живут в кишечнике дятла. Цестоды выбрасываются вместе с пометом птицы. Можно подумать, что птицы это осознают: они довольно часто бомбардируют Города муравьев своими экскрементами.

Очищая Город от этих белых следов, муравьи их съедают и заражаются цестодами. Паразиты не только нарушают их рост, но и меняют пигментацию панциря, делая его более светлым. Зараженный муравей становится вялым, его рефлексы сильно замедляются и впоследствии, когда какой-нибудь зеленый или черный дятел атакует Город, то зараженные от помета муравьи — его первые жертвы.

Эти муравьи альбиносы не только медленнее двигаются, но светлый хитин делает их легко заметными в темных коридорах Города.

Птица-бомбардировщик снова возвращается. Дятел применяет хорошо отработанную тактику: сначала отравить, а потом во время следующего рейда съесть ослабевших муравьев.

Солдаты чувствуют себя бессильными. 9-й кричит в небо, что они идут на войну с Пальцами и что, атакуя их, глупая птица защищает их общих врагов. Но дятел не реагирует на эти пахучие послания. Он делает мертвую петлю и обрушивается на колонну крестоносцев.

Все на противовоздушную оборону! — сигналит старый воин.

Тяжелая артиллерия торопливо поднимается по высоким стеблям. Они стреляют по птице, но она слишком быстра для них. Мимо! Хуже того: встречными выстрелами два артиллериста убивают друг друга!

Но когда черный дятел в очередной раз готовится выдать порцию помета, он замечает перед собой невиданное зрелище. Жук-носорог завис почти неподвижно, благодаря несинхронным взмахам крыльев, а на кончике его рога, как на насесте, пристроился муравей в атакующей позиции. Это 103683-й. Кончик брюшка дымится: он заполнен гиперконцентрированной 60-процентной кислотой.

Но с трудом удерживая равновесие, муравей понимает, что он не опасен для птицы. Она запросто может повергнуть его: она неизмеримо больше, сильнее и быстрее. Неконтролируемая дрожь охватывает живот 103683-го, он никак не может прицелиться.

Тогда он вспоминает о Пальцах. Страх перед Пальцами гораздо сильнее всех остальных страхов. Теперь он не дрогнет: когда выступают против Пальцев, то не робеют перед птицей-охотником.

Он выпрямляется и одним выстрелом опорожняет содержимое своего ядовитого кармана. Огонь! Дятел не успевает набрать высоту. Ослепленный, он сбивается с курса, врезается в ствол дерева, отскакивает и падает на землю. Но он успевает взлететь до того, как отряды мясников могли бы наложить на него лапу.