Чтение онлайн

Потом Половод тяжело опустился на кровать.

— Слушать меня сюда, — заговорил он тихо и устало. Наверное, эта вспышка энергии здорово его подкосила. — Хозяев уважать. Не мешать им. Не орать. Никогда и ни при каких обстоятельствах. Если что им потребуется — помогать немедленно. Я сказал. Поняли?

Подельники, отдуваясь и кривясь от боли, согласно кивнули головами.

Барин хотел еще что-то произнести, но не успел: глаза его закатились, и он неуклюже рухнул на кровать. Повязка на боку стала быстро наливаться кровью. Карина тихонько выругалась и бросилась к главарю. Паша поднялся и, высунувшись в коридор, просто позвал:

— Надя!

И Надя через секунду появилась в комнате, подключаясь к оказанию помощи главарю. Сергей понял, что ему тут пока делать нечего, и вышел в коридор. Ирина, казалось, уже успокоилась. Однако это было не совсем так.

— Ты с Егором говорил? — спросила она Сергея.

— Насчет интернета? — тихо переспросил Лихоманов. — Говорил. Он сказал, что дает железное слово не вмешиваться.

— Ладно, если так… Сережа?

— Да?

— На что этот Паша намекал? Под какой статьей ты ходил? Что-то я ни разу про подобное не слышала. Или мне этого лучше не знать?

— Ну, это давно было. Я тогда как раз, только из-за границы вернулся, хотел дело открыть. С деньгами было туго, а тут Пашка неожиданно подвернулся. Ты, говорит, с автомеханикой круто разбираешься? Я сказал: есть немного. Ну он меня и свел с одним авторитетом. Его устроила моя квалификация, он мне и предложил хорошо заработать. Устроил в мастерскую за городом… Словом, заказы порой были очень странные. Но зато денег хватило, чтобы потом открыть свое дело.

— Угнанные машины перекрашивал?

— Насчет того, угнанные или нет, не знаю. Но перекрашивать приходилось. Пашка мог бы и не вспоминать, давно действительно было.

— Удивительно, что тебя так легко из этого «бизнеса» отпустили…

— Ничего удивительного. Тот авторитет считал, что лучше кадры обновлять чаще, чтобы застойных явлений не возникало.

… Сергей слегка покривил душой, сказав что «ничего удивительного». Упомянутый авторитет по прозвищу Секач действительно периодически менял своих автомехаников, только вот «уволенные» как правило, пускались в длительное плавание по Вантаю, из которого, конечно, уже не возвращались.

Не простая СТО была у Секача. И не простые слесаря-механики трудились там, а «скоробеи». Так называли специалистов по оперативному перебиванию серийных номеров, быстрой перекраске и мгновенному разбору машин, а нередко и такой же скорой сборке автомобилей из запасных частей.

В Сергея же Секач вцепился мертвой хваткой, быстро поняв, что у парня золотые руки, а лишних вопросов он задавать не будет. В общем, перекрашивать угнанные машины Лихоманову почти не приходилось. Зато, если возникала необходимость сделать из криминальной машины «легитимную» — вот тут Сергей был незаменим. Если в мастерскую привозили переднюю часть от одной машины и заднюю — от другой (но одинаковых моделей, конечно), из рук Сергея вскоре выходило полностью исправное транспортное средство. Впрочем, за «простой» ремонт Лихоманов тоже брался охотно и с неизменно отличным результатом.

Вот только имелся риск, что в мастерской он скоро остался бы один. Матвеич, пожилой костоправ, пошедший в «скоробеи» из-за долгов, наделанных им еще при покупке «мавродиков», так и сказал Секачу: с этим парнем он работать не может — приемы у Сергея какие-то неправильные . Секач, будучи человеком прагматичным, в конце концов уволил Матвеича вниз по Вантаю, но тут неожиданно разболелся красильщик Иван, ровесник Сергея, тоже с руками, растущими откуда надо. Да и разболелся он как-то странно: приходя на работу, принимался жаловаться, что у него в глазах темно и что он ни черта не видит. А потому и работать не может. При этом, когда он покидал мастерскую, «куриная слепота» вдруг исчезала. Получив строгое предупреждение, Иван счел за лучшее сбежать из города. Плавать по Вантаю ему, к счастью, не пришлось.

Но сравнительно благополучный развод с Секачом произошел даже и не поэтому. Вполне естественно, что Секач был автомобилистом, и что техническим обслуживанием его «Прадо» занимались «скоробеи». В один прекрасный день, прислушиваясь к тихому шелесту мощного двигателя, по пути к мастерской Секач анализировал странную статистику. Выходило так, что у его клиентуры то и дело возникали проблемы, если кто садился за руль машины, побывавшей в руках у Лихоманова. Так, один за другим попали с поличным осторожнейший Боров — специалист по ювелирным изделиям и не менее осмотрительный Табак, охотно бравшийся за «мокрое». Любовница известного вантайского банкира ни с того ни с сего выбросилась из окна, причем далеко не первого этажа. С кем-то случилось что-то еще… В общем, Секач намеревался серьезно разобраться, какая чертовщина происходит в его вотчине. И прекратить ее любым способом.

Но разобраться ему было не суждено. Сергей и сам точно не знал, почему Секач в тот день не доехал до мастерской и куда он делся. Во всяком случае, когда вечером в милицию поступило несколько анонимных звонков о брошенном на дороге джипе с открытой дверью, приехавшие автоинспекторы убедились в том, что у обочины действительно стоит «Прадо» с работающим двигателем, и дверь со стороны водителя открыта. Лишь на следующий день кто-то из начальства потребовал любой ценой найти исчезнувшего. Прибывшая ищейка взяла не совсем еще остывший след и привела проводника к берегу Вантая. Затем села возле воды и печально уставилась на реку.

Сергей, конечно, не мог не видеть, что «коллегам» понятны далеко не все приемы его работы, а кое-кто действительно их побаивается. Матвеич во всеуслышание говорил, что Лихоманов работает «не по-русски». А то и «не по-человечески». Сергей не очень обращал на это внимание: если кубинцы научили его обходиться ключом там, где Матвеич возьмет кувалду, то это, конечно, должно быть «плюсом» именно ему, Сергею. И неважно, кто там и чего говорит. Главное — результат.

Но случаи с машинами, которые Сергей ремонтировал по особой , только ему известной здесь технологии, действительно напугали Лихоманова. Примерно в то же время до него дошла та информация, которая озадачила Секача. Но Сергей знал еще и то, чего не знал Секач: машина, на которой ездил автомобильный авторитет, тоже была из таких…

Вопль повторился. Начавшись просто криком страха, он в секунду поднялся до визга, словно от дикой боли, а потом превратился в прерывистый громкий стон. На его фоне были слышны чьи-то голоса.

Я уже не сомневался, что в боксе орудуют те, кто расправился с мужчиной в дизельной. Судя по крикам, теперь их жертвой стала женщина.

Рука словно сама потянулась к пистолету. А вот ноги требовали немедленно драпать отсюда и как можно скорее и дальше. И, вероятно, лучше всего было бы прислушаться именно к «голосу» ног.