Чтение онлайн

–  Итак, Найджел, - обратился Сиссоко к куратору ЗИФ-ЮСА, - полагаю вы выбрали именно этот день, потому что меня не должно было быть в Капитолии. Но вам не пришло в голову, что вместо выходного, я могу прийти посмотреть "му баилвик"!

Найджел, видимо почти столь же ошеломленный, как Мадам, покачал головой:

–  Нет, просто это День Совпадений. И чистое совпадение, что…

–  К чертям совпадения!
– оборвал его Сиссоко.
– Ладно. Судья очистите зал и я все вам объясню. Хотя - за каким дьяволом очищать зал? Только пойдут слухи…

–  Благодарю вас, - Коркоран собрал остатки достоинства.
– В конце концов это мой зал, и ваш приказ очистить его граничит с неуважением к суду.

–  О, неуважение проявил кое-кто другой, - фыркнул Сиссоко. Он подошел к судье и зашептал слишком тихо, чтобы репортеры могли разобрать. Роботу-асессору пришлось вытянуть свои механосенсоры во всю: прислушавшись, он объявил во всеуслышание:

–  Информация подтверждает предварительные предположения. Грубое нарушение прав личности. Рекомендуется арест Мадам Сеньор-Джонс с соучастниками. Основание: общественный вред, нарушение порядка… - только тут судья дотянулся и выключил его.

Однако, шок был слишком силен: Мадам рухнула навзничь в обмороке.

–  Ну это будет, пожалуй, лишнее, - проворчал Сиссоко.
– Думаю с нее уже хватит. О'кей, ребята, - обратился он к репортерам.
– Закругляйтесь. Все кончено. Если вы еще не сообразили, загляните в "Биографический словарь", статья "Сеньор-Джонс" и прочтите о его кампании против создания ЗИФ-ЮСА.

Возможно они остались в недоумении насчет фразы робота о "грубом нарушении прав", но пока никто не докопался до истинного ее значения, все было в порядке.

–  Мне ужасно жаль, Чук-Алук, - запинаясь сказал Найджел по-агассиски, когда они вновь оказались в диспетчерской зоопарка, - наверное такой финал помешает вам сделать правильные выводы!

Чук-Алук успокаивающе положил щупальца на его плечи и произнес фразу, означавшую приблизительно:

"Ничего. Даже этот краткий опыт дал мне ключ ко многим загадкам, ранее меня озадачивавшим".

Гадая про себя, вежливость это или правда, Найджел все же признательно улыбнулся и оглядел комнату. Улыбка его угасла: вместо Миджи перед ним был мрачный как туча Сиссоко.

–  Теперь вам обоим придется мне кое-что объяснить,

–  прогремел он.
– А ну-ка, выкладывайте! Да начистоту: судье я сказал, что это продолжение компании Сеньор-Джонса против ЗИФ-ЮСА. Злой умысел тут доказать было легче легкого, вы только подзуживали ее, чтобы поднять больше шума. Стыдно!

–  Нет-нет, уверяю вас, это было сделано с лучшими намерениями, - промурлыкал Чук-Алук. Найджел перевел взгляд на Сиссоко.

–  Понимаете, конгрессмен, Чук-Алук с самого приезда вел исследования беспорядков в человеческом обществе: как недовольство и жалобы принимают организованную форму и как этот процесс выливается или не выливается

–  в действие. Ну, понятно, у него была куча информации из вторых рук, но сам он ни в одной компании не участвовал, и это, хм!-беспокоило Миджи и меня. Ведь, в конце концов, именно на Агассис-4 мы собираемся ехать на свой срок экспонатами в зоосад. Поэтому мы хотели сделать для него все что можно. И тут удачное совпадение подсказало нам решение.

–  Мне сегодня дьявольски много толкуют о совпадении, - проворчал Сиссоко.

–  Но это было именно так!
– Миджи глядела на него округлившимися глазами.
– День совпадений - это все равно много шума, а мы слышали, что здешняя самая горластая - то есть…, я хочу сказать… а, черт возьми, это же правда! самая горластая, профессиональная любительница поскандалить как раз оседлала своего конька. Так что нам стоило только послать нашу брошюру и пару слов без подписи - призыв к действию. Мы знали, что намек на фамильную честь сделает все, что нам нужно.

–  Мы случайно-хм… да, совершенно случайно узнали от Лобана Хоу, что он собирается навестить Чук-Алука перед новой экспедицией.
– Найджел нервно пригладил волосы.
– И мы убедили его встретить эту Мадам, если получится. Это получилось, и он сыграл свою роль отлично.

–  Болтун, чего вы так сияете?!
– осадил его Сиссоко.
– Вы же, черт вас побери, страшно рисковали! Что бы случилось, как вы думаете, всплыви только на открытом суде, что вы так называемый куратор ЗИФ-ЮСА, имеете в нем не больше власти, чем я, что это кооператив, руководимый его обитателями, и что места в клетках занимают добровольцы, записавшиеся в зоопарк на других планетах? А?!

–  Это бы не всплыло, - пробормотал Найджел.
– Я принял меры.

–  В результате этих ваших мер агентства новостей всей провинции заняты вами, - оборвал Сиссоко.
– Жаль, что нам вообще приходится держать зоопарк. В лучшем случае это неважная маскировка.

–  Но очень полезная, - вставил Чук-Алук.
– Трудно было ожидать, что человеческие существа сохранят естественное поведение в присутствии пришельцев в скафандрах. А как же иначе мы могли бы проводить изучение вашего вида на воле? Но будучи в окружении только себе подобных и неразумных - а следовательно не судящих их животных, - они спокойны и ведут себя непринужденно.

–  Протест принят, - согласился Сиссоко, когда Найджел перевел.
– Ладно. Но скажите мне: что вы собираетесь делать, чтобы правда не всплыла и не погубила наши столетние усилия?
– Он скорчил гримасу.
– Вообразите себе только, как бы этот тупица - провинциальный сенатор - расселся и пошел разглагольствовать про обман, мошенничество и бесчестные сделки, и что в человеке не должно позволять такое копание, и… Молодой человек вы что же, хотите сказать, что добровольно решили унизить свое человеческое: достоинство, согласившись поехать туда и стать …э…э…э…

Пародия на беспомощное удивление и праведное возмущение сенатора так удалась, что Сиссоко в конце сам не удержался от улыбки.

–  Случайно, - сквозь смех проговорила Миджи, - у меня тут есть образчик того, чем мы собирались убить такие толки в зародыше.
– Она выдвинула ящик и подала Сиссоко ярко раскрашенный листок.

Похожий при ближайшем рассмотрении на фотографию он оказался отпечатанным трехмерным рисунком в натуральных цветах хорошо знакомого места в ЗИФ-ЮСА, только видимого изнутри клетки. За барьерами, отделяющими клетки, однако, четко различимые были люди, и каждый неуловимо, но определенно напоминал Мадам Синьор-Джонс.