Дэн. Колонист поневоле

«Ну вот и все», — подумал я, глядя на закрывающуюся крышку экспериментальной капсулы длительного погружения.

И ведь самое главное сам во всем виноват. Ну на хрена я тогда полез не в свое дело?

От резко нахлынувшей злости на несправедливый мир сердце забилось быстрее, а от прилива адреналина стало тяжелее дышать. Я дернулся, пытаясь вырваться из этого пластикового гроба, но голова вдруг слегка закружилась, а дыхание замедлилось.

— Внимание, высокий уровень сердцебиения. Для нормализации состояния введены успокоительные препараты! — приятный женский голос раздался, казалось, прямо у меня в голове.

Пока я осмысливал откуда идет звук, прозрачная крышка с тихим щелчком закрылась, отделив меня от внешнего мира. А по внутренней поверхности капсулы побежали непонятные цифры и диаграммы.

Слева и справа на потолке горели лампы, заставляя глаза слегка слезиться. Я попробовал повернуть голову, чтобы избавиться от неприятного ощущения, но к своему удивлению понял, что у меня ничего не получается.

Тут же зачесался кончик носа, но правая рука, которой я хотел почесать зудящее место, не сдвинулась ни на миллиметр. Как, впрочем, и левая. Да и вообще, я вдруг осознал, что все что я могу, это думать и слегка вращать глазами.

Снова накатила волна паники. Синяя полоса пульса, вдруг покраснела, амплитуда увеличилась, но через пару секунд очередная прохладная волна пробежала по всему телу.

Показания приборов пришли в норму, а мне стало так хорошо и спокойно, как бывало только в детстве.

Длилось это состояние не долго.

Сперва я увидел какой-то силуэт, склонившийся надо мной. Затем услышал характерный звук, как будто кто-то постучал костяшками по толстому стеклу.

Звук раздражал и мешал погрузиться в столь желанное состояние покоя, и я недовольно сфокусировал взгляд на силуэте названного гостя.

Несколько ударов сердца, и я увидел смутно знакомое лицо молодого человека в белом халате.

— Ну что, Дениска, вот мы и свиделись, да? Хах, как забавно получилось! Кто бы мог подумать, да? После таких случаев начинаешь верить в судьбу и карму. Что, не узнаешь меня? — он вопросительно вскинул брови. — Хотя неудивительно, учитывая сколько в тебе сейчас наркоты, по ошибке, именуемой успокоительным. Не, так не интересно… Сейчас мы это слегка исправим, да? А то какой смысл глумиться над человеком, который не может адекватно воспринимать реальность.

Судя по слегка сосредоточенному лицу парня и движению его рук, он производил какие-то манипуляции с моей капсулой.

По телу в очередной раз прошла волна, на этот раз смывающая состояние эйфории и проясняющая мозги. Я наконец-то смог проморгаться и смахнуть выступившие слезы.

Опять вернулся бывший минуту назад таким уже не существенным и далеким зуд на кончике носа. Однако пошевелиться я так и не смог.

Зато лицо продолжающего что-то бормотать себе под нос парня стало четче. И, кажется, более знакомым. Где же я его видел? Эти бегающие глаза, слегка безумная улыбка и субтильное телосложение вызывали смутные воспоминания.

— Так лучше, да? Прием-прием. Ты понимаешь меня? — Я попытался кивнуть. Естественно безрезультатно. — Ааа, точно, ты же не можешь. Ну моргни тогда два раза. Уж это ты точно в силах сделать.

Машинально моргнув, я почувствовал, как теперь вместо носа, у меня зачесалось левое ухо.

— Давай уже, соображай, времени у нас буквально пара минут. Полгода назад, парк. Ну?

Полгода назад… Это, что, было осенью? Парк… Постойте, неужели это один из тех упырей?

В памяти медленно, но верно проявлялся тот самый день…

***

Вечерние пробежки давно уже вошли у меня в привычку, помогали расслабиться, разобраться с событиями, произошедшими за день и распланировать следующий.

В тот день я слегка задержался на работе и на пробежку вышел уже часиков в десять.

Прохладная, осенняя погода не располагала к длительным прогулкам, поэтому людей в парке было немного. Ну как немного, мало.

За первые десять минут я встретил всего пару парочек и одного собачника, да и те двигались в сторону выхода. Еще минут пять я бежал к центру парка, где дорога выходила к фонтану, оббежав который, обычно разворачивался и бежал обратно.

Я уже видел его впереди, как неожиданно из-за кустов, на которых было еще довольно много пожелтевшей листвы, раздался приглушённый расстоянием полувздох-полувсхлип.

Я на автомате пробежал еще пару метров, старательно убеждая себя, что мне просто показалось, но все же замедлил ход.

– Будь мужиком, Дэн! Иди и проверь, вдруг кому стало плохо, – сказал я сам себе и повернул назад.

Вернувшись к кустам, где, как мне показалось, и услышал настороживший меня звук, я еще раз внимательно прислушался, не решаясь сойти с дороги.

Попереминавшись с ноги на ногу еще пару секунд, я сделал глубокий вдох и, стараясь унять забившееся вдруг сердце, сделал шаг в сторону кустов. Потом ещё один и уже увереннее второй.

Фонарей в этой части, как назло, не было, а севший за день телефон я оставил дома, поэтому шел осторожно, старательно таращась в темноту и ощупывая землю перед собой ногой.

Луна, по закону подлости, скрылась за облаками, что лишь усугубляло мое положение.

«Может показалось? — подумал я. — Хожу по кустам, как идиот…

От внезапно раздавшегося тихого стона слева от меня, я чуть было не открыл кирпичный завод.

Голос был явно мужской, и я вдруг почувствовал себя уверенней – наверняка какой-нибудь пьянчуга споткнулся и расшиб себе нос.

Тащить его на себе я точно не собирался, поэтому вернулся на дорожку, я подбежал к ближайшему столбу с алармкой – тревожной кнопкой для вызова помощи, которые начали размещать в парках последние лет пять.

Обычно их использовали, чтобы вызвать наряд, для успокоения пьяных компаний, хулиганов и вызова скорой помощи, что в моем случае было как нельзя кстати.