Деньги
Шрифт:
Александра. Вы ребенка не касайтесь!
Беркут. И ребенка к родным сплавила, чтоб руки себе развязать!
Александра. Сергей Иванович, я могу ударить!
Беркут. Я тебе так ударю, что руки отсохнут! Зачем в город ездишь?
Александра. Хочу — и езжу.
Беркут. Рыбу ворованную сбываешь?
Александра. Это еще надо доказать!
Беркут. Докажем. Еще попляшет ваша семейка перед судом! Жена советского офицера на базарах ворованную рыбу продает?! Позор!
Александра. Не жена, а вдова... А на базарах не бываю, гражданин инспектор.
Беркут. Эх ты! (Направляется к калитке.)
Александра (заслоняя собой калитку). Сергей Иванович, выслушайте меня...
Беркут (остановившись). Ну?
Александра. Не уходите так... Будьте справедливы...
Беркут. О какой справедливости еще говоришь?
Александра. Вчера же только шептал, что полюбил меня... Неправду говорил? Ну, скажи: неправду?
Беркут. Я не имею привычки обманывать.
Александра. И я говорю правду, самую большую правду для меня... Как только пришел ты к нам тогда... ну, первый раз... сразу... сразу голова туманом пошла. Ни о чем не думала, только хотела с тобой быть. Неужели поверить не можешь?
Беркут. Я бы хотел поверить...
Александра. И поверь... поверь... Поверь мне! Не уходи так. Знаю я, поймем друг друга, только не надо расставаться... Не надо, Сережа... Женщина я, не боюсь тебе говорить... Просить не боюсь!
Беркут. Не надо меня просить. Мне самому тяжело от всего. У меня тоже колыхнулось сердце к тебе...
Александра. Так что же еще? Еще что?
Беркут. Я же тебе сказал, спрашивал...
Александра (в запале). Ты думаешь, мне легко здесь? В доме этом? Я и Клавоньку свою, доченьку, отсюда отправила, чтоб не видела она дома этого...
Беркут (снова настороженно). А чем же он плох, дом ваш? Ну, говори, говори!
Александра (в замешательстве). Что я скажу? Не люблю его — и все.
Беркут. Но это ж твой родной дом?!
Александра (уже с раздражением). Родной, родной... Не все же время жила я в нем. Вернулась шесть лет назад.
Беркут. Но чем он все-таки плох для тебя, для дочери твоей?
Александра (отчаянно). Не пользуйся, Сергей, что полюбила я тебя!
Беркут (ошеломлен). Ах вот ты в чем меня подозреваешь! Вот в чем! Пусти! (Отстраняет Александру от калитки.)
Александра. Уходишь?
Беркут. Ухожу.
Александра (уступая дорогу). Ну что ж, иди...
Некоторое время стоят, смотря друг другу в глаза. К калитке подходит Прасковья Филипповна. Беркут и Александра не замечают ее.
Прасковья Филипповна. Сергей Иваныч, товарищ Беркут, что ж это вы у калитки стоите? Александра, приглашай гостя...
Беркут обернулся и вышел со двора.
(С изумлением смотрит ему вслед. Александре.) Ты что ж это гостя плохо принимаешь? Он нужный нам человек.
Александра (в ярости). Нужный?! Вам нужный? А я вам нужная?!
Прасковья Филипповна. Да ты что? На колючку налетела?
Александра. Подавитесь вы своей колючкой! Ходите здесь... к чему ни прикоснетесь — все прахом идет. Как же я вас ненавижу!
Прасковья Филипповна (отступая от Александры). Ты что? Кому говоришь?
Александра. Вам, вам говорю! (Раздельно.) Ма-ма-ня.
Прасковья Филипповна(испуганно). Заболела? Ах, боже ж ты мой! Да ты ляжь, пойди ляжь... Я тебе лекарства какого принесу...
Александра. Отравите еще!.. Кончилась я для вас агентом быть. Слышите? Кончилась... Поймают вас с братом моим! Вытрясут медяки вонючие!
Прасковья Филипповна. Тише ты! Тише!.. Оглашенная...
Александра. Боитесь? Страшно стало?
Прасковья Филипповна. А ты чья? К какому стаду приписана?
Александра. К какому ни приписана, все одно с вами не бывать мне больше!
Прасковья Филипповна. Доказывать будешь на брата?
Александра. Решилась бы — минуты здесь не стояла!
Прасковья Филипповна. А ты решись, — оправдание вынесут.
Александра. Детей вам родных не жалко.
Прасковья Филипповна. А тебе свою жалко?
Александра. От вас такое слышу?! Вовек не прощу! Слышите, вовек! (Уходит в дом.)
Прасковья Филипповна (садится на скамью, бормочет). Господи... господи... (Крестится, тяжело дыша.)