Чтение онлайн

 - Mais… как мне тогда...

 - Воспользуйся руками.

 Аня буркнула что-то под нос, намылила руки и, сильно хлопнув Дэниела по голым плечам, начала разминать тугие мышцы.

 - Вероятно, тебе будет удобней, если присоединишься ко мне в ванной, - предложил Дэниел, умирая от желания видеть ее лицо после сказанных им слов.

 - Но я промокну.

 - Так я этого и добиваюсь.

 Аня со стоном встала. Обошла его в воде и присела рядом на краешек ванной.

 Дэниел поднял ногу и положил ей на колени.

 - Чтобы никакой щекотки, - приказным тоном предупредил он.

 - Знаете, Господин, вообще-то моё платье не предназначено для того, чтобы его мочить...

 - Можешь снять.

 Она метнула в его сторону сердитый взгляд.

 - Я лишь предлагаю, это не приказ, - подмигнул ей Дэниел.
– Знаешь, а для человека, который уверяет в своей нищете и предположительно отсылает все деньги брату, ты одеваешься... шикарно.

 - Я сама шью себе одежду. Это платье...

 - Это платье?..
– переспросил он, передразнивая её французский акцент.

 Она высунула язык:

 - Oui, это платье, - продолжила она, намеренно утрируя своё произношение, - на него ушёл всего день, ну и, может, долларов десять-пятнадцать. Мы с maman шили одежду всем моим младшим братьям и сёстрам.

 Дэниел окинул платье оценивающим взглядом, пытаясь не замечать, насколько красиво оно сидит и сосредоточиться исключительно на красоте кроя и шитья.

 - Ты невероятно талантлива. Не думала пойти в школу дизайна? А то и начать выпускать собственную линию одежды?

 Нагнувшись, она сложила ковшом ладони и, зачерпнув воды, вылила ему на ногу.

 - Когда дети окончат школу, тогда об этом и подумаю, - ответила она, безразлично пожав плечами.

 - Сколько самому младшему?

 - Sept [14] ... семь.

 - Семь? И ты собираешься ждать пятнадцать лет, прежде чем он закончит школу?

 Не ответив, Аня снова намылила руки и пробежалась скользкими пальцами по его ногам. Возле колена она остановилась, словно опасаясь двигаться дальше. Мудрое решение, пожалуй. Прикосновения её деликатных пальцев такие возбуждающие и вместе с тем трогательные. Эта девушка настолько моложе, такая неопытная. Была ли у него когда-нибудь девственница? Нет. Никогда. Даже Элли, с которой он лишился невинности, уже с кем-то переспала.

 - Аня?

 - Мне будет тридцать семь, - улыбнулась она.
– По-моему, возраст идеальный.

 - А мне тридцать восемь.

 Она издала полный демонстративного отвращения вздох.

 - Ужасно. Придётся выстругать тебе трость.

 На слове «трость» Дэниел схватил Аню за руку и рывком затянул под воду. Та сначала боролась, но прекратила, когда он посадил её себе на бёдра, дав почувствовать через кружевные трусики силу своего желания.

 - Никогда не говори доминанту «трость», - прошептал ей на ухо Дэниел, приобняв за талию.
– Нам в головы приходят опасные идеи.

 Она попыталась отстраниться, но Дэниел прижал её к себе. Пусть скажет сначала стоп-слово , иначе он не сдвинется ни на дюйм.

 - Ты об этом фантазируешь?
– Дэниел по-хозяйски поднялся по спине Ани, чувствуя, как под ладонями намокает ткань её платья.
– О побоях?

 Она зажмурилась и упёрлась лбом ему в плечо. Его руки скользнули выше, правая обхватила затылок. Аня не ответила словами, но Дэниел почувствовал, как она утвердительно кивнула.

 - Ты говорила, что в четырнадцать рассказала подруге о своих мыслях.
– Он скользнул второй рукой ей под платье, в горячей воде ванны нежная кожа бедра казалась такой тёплой и гладкой на ощупь. Так и отдал бы всё за возможность прижать к себе обнажённую Аню.
– Что именно ты рассказывала ей о своих фантазиях?

 Аня низко простонала.

 - Отвечай.
– Дэниел сжал ей бедро, его рука проползла чуть выше.
– Это приказ.

 Аня медленно обняла его за плечи, её руки, нервно стиснутые в кулаки, начали разжиматься.

 - Прикоснись ко мне, - велел он ей на ухо.
– Это тоже приказ.

 Распластав ладони у него на спине, она погладила кончиками пальцев лопатки.

 - Отвечай на вопрос. Я тебя даже в глаза мне смотреть не заставляю.

 Её пальцы добрели от плеч к середине спины.

 - Она, моя подруга Л и, спросила... как я себе это представляю.

 - Ты о сексе?

 Аня кивнула:

 - Ни её, ни меня ещё не целовали. Моя ошибка в том, что я ответила первой.

 Дэниел передвинул руки с её бёдер к промежности, и слегка прижав два пальца к кружевным трусикам, даже через ткань почувствовал набухший клитор.Аня напряглась, но не издала ни слова протеста.

 - И что ты ей сказала? Как ты себе представляла секс?

 - Я сказала, что мне кажется...
– она вздрогнула, когда он начал ласкать ей клитор.

 - Отвечай.

 - Я призналась, что хочу грубости, когда мужчина займётся со мной любовью. Что хочу назавтра увидеть синяки у себя на запястьях. Что он даже может привязать меня к кровати, помыкать мной и отшлёпать, если чем-то не угожу. И заставить говорить, как сильно хочу его... вырвать мои тайны, даже если этим вынудит меня разрыдаться. Говорили, девственницам всегда больно, и я сказала, что предвкушаю эту боль... сказала...
– Аня подняла голову с плеча Дэниела и заглянула ему в глаза.
– Я сказала, что хочу этой боли.

 Дэниел протолкнул пальцы глубже, те задвигались чаще. Она, ахнув, подалась ему навстречу.

 - И твоя подруга сочла тебя сумасшедшей?

 - Да.
– Аня положила голову на плечо.
– Она сказала я fou. Tr`es fou. [15]

 - Почему?
– Ничего, подумал Дэниел, не может быть эротичнее, чем взять эту юную девственницу так, как она мечтала в четырнадцать... подмять под себя, привязать к кровати, приказать подчиниться своей воле, заставить извиваться от боли первого проникновения, а затем извиваться снова всю долгую ночь, но уже от радостей плоти, которые он доставит.