Деревня
Шрифт:
– Горе луковое,- покачал головой Альберт Рафаилович и поднял с земли рюкзак.- Все, идемте.
17
Дима ползал по траве, время от времени натыкаясь на фрагменты фундамента, проглядывавшие из земли. По его щекам текли слезы. Исцарапанные в кровь пальцы скребли раскисшую почву в поисках улик, подтверждающих существование Анфисы. Штаны на коленях протерлись до дыр, дыхание сделалось тяжелым и болезненным. Изредка ему попадались металлические чашки, осколки глиняных статуэток, навесной замок - проржавевший, того и гляди, готовый рассыпаться в прах.
Краснов восстанавливал в памяти расположение комнат, особое внимание уделяя кухне. Ничего, что могло бы пролить свет на происходящее накануне вечером. Никаких следов, кроме примятой травы, да...
Наткнувшись на что-то твердое, он едва не вскрикнул от радости, и, не думая ни о чем ином, принялся рыть землю. Содрал два ногтя об мелкие камни, прежде чем сумел высвободить верхнюю часть неведомого артефакта. Пальцы прошлись по гладкой поверхности сферического предмета, и от этих прикосновений по телу парня прошла легкая дрожь. Дима ощутил внутри себя разливающееся умиротворение. Дождь и холод отошли на задний план, сердце застучало вдвое быстрее, разгоняя по жилам кровь. Казалось, само провидение заставляло копать все глубже, извлекая из сырой земли останки юной красавицы...
Катя продолжала сидеть на земле, обхватив себя руками. Ее трясло как в лихорадке. Пальцы ног онемели. С посиневших губ слетала едва слышимая молитва. Несколько раз девушка порывалась отправиться на поиски друга, но уставшее и замерзшее тело отказывалось подчиняться. И, когда глаза уже стали слипаться, из зарослей показалась шатающаяся фигура Краснова. Он медленно брел в ее сторону, не поднимая глаз. Правой рукой прижимал к себе какой-то предмет. Не будь они посреди глухого леса, Катя могла бы решить, что Дима нашел котенка или щенка, и несет показать ей этот маленький пушистый комочек.
Собравшись с силами, Савицкая поднялась на ноги. Ее качало из стороны в сторону, отяжелевший от сырости рюкзак тянул вниз и, понимая, что далеко с этой ношей не уйти, Катя скинула его со спины и зашвырнула в болото. Послышался едва различимый всплеск, и почти сразу же загрохотало небо.
– Дима, ты как?- Катя бросилась к другу, но замерла в паре метров от него, скривившись от отвращения. Именно с такого расстояния она сумела различить то, что так бережно прижимал к себе Краснов. Подавив первую волну шока, девушка сделала еще один шаг навстречу.- Ты совсем е...анулся что ли?- Проговорила она с откровенным презрением.
– Я нашел ее,- парень развернул потемневший от времени череп в сторону Кати.
– Ты сошел с ума,- прошептала Савицкая.- Выбрось эту пепельницу.
– Ты не понимаешь,- парень протянул руку с черепом вперед.- Вчера я спал вот с этим.- Из его глаз брызнули слезы, но для Кати они остались незаметны.- Я должен его оставить в напоминание.
– В напоминание о чем?
– Что я, как раз, не сошел с ума. Что это произошло на самом деле.
На споры сил совсем не осталось. Савицкая покачала головой и зашагала к лесу.
– Делай, как считаешь нужным. Только, прошу тебя, давай поскорее уберемся из этого места.
Дима снял рюкзак, не глядя, бросил в него череп, и двинулся вслед за подругой.
18
Дойдя до кратера, Штелль объявил привал. Он очутился здесь впервые, но не испытывал и сотой доли той радости, что захлестнула в свое время Баранова.
Пренебрегая безопасностью, они устроились под могучим стволом лиственного дерева. Защищенные с трех сторон от дождя, достали термосы и принялись за чай.
– Надеюсь, молния не ударит в нас,- высказал опасение Дольский, но никто не обратил на его слова внимания.
Дальше предстояло идти на юго-запад. Альберт Рафаилович достал из кармана компас и прикинул направление, прочертив взглядом невидимую прямую линию.
– Почему мы просто не подождали их в лагере?- Не понимал Остроухов.
– Потому что я за вас отвечаю,- ответил профессор.- За каждого. А ребята, похоже, попали в неприятную ситуацию.
– Мы могли бы переждать грозу. Если они в деревне, то до сих пор в ней. В тепле, с крышей над головой...
Штелль не дослушал до конца. Шикнув на парня, он отставил кружку и поднялся на ноги.
– А это что такое?- Рукой указал в сторону разлома.
– Где?- Тут же вскочил Женя, вглядываясь в указанном направлении.
– Да, вот же, на десять часов от холма. Видите?
– Я ничего не вижу,- как ни вглядывался Леонид Иванович, но не различил ровным счетом ничего. Носовым платком протер очки, но эффекта данное мероприятие не возымело.- Хоть убейте.
– Над землей, парит,- дополняя слова жестами, пытался объяснить Альберт Рудольфович.- Вон же. Как вы не видите? Какой-то газ, или что-то в этом роде.
– Кажется, я что-то вижу,- встрепенулся Женя.
– Капли воды преломляются, обтекают со всех сторон. Должно быть, газ бьет ключом, под давлением.
– Нужно взять образцы,- смекнул Дольский.- Это может пролить свет на феномен землетрясения.
– Да, Леонид Иванович, вы правы,- достав из кармана рюкзака две пробирки, Штелль протянул их Остроухову.- Давай, молодежь, твой выход.
– Что нужно делать?- Женя захлопал глазами, перекатывая на ладони стеклянные колбы.
Декан расстегнул еще один карман и вытащил на свет противогаз и резиновые перчатки.
– Зачем вы взяли с собой средства хим защиты?- Парень не понимал, к чему такая осмотрительность, а когда увидел карманный барометр, и вовсе перепугался.
– Потому что твои друзья и твой преподаватель уже два дня как живут в несуществующей деревне. Как подобное могло произойти? Они объелись мухоморов или употребили иные психотропные препараты?
– Ни Дима, ни Катя никогда не стали бы употреблять наркотики. Я их знаю.
– Однако что-то повлияло на них. В этом я практически уверен. Какой-то внешний раздражитель. А попасть в организм он мог только тремя способами: с пищей, с водой и по воздуху.- Декан снова указал на разлом.- И перед нами первый подозреваемый. Нужно взять образцы, и исследовать их по возвращению. Но, до тех пор, пока это вещество не опознано, следует быть крайне осторожными.