Чтение онлайн

— Что такое? — посмотрел на меня Сайрус. — К сожалению, от семени не избавиться, — продолжил маг, неверно истолковав мою реакцию. — Но оно никак не будет влиять на твою жизнь в родном мире. Только я буду по-прежнему в некотором роде связан с тобой.

— Я не буду злоупотреблять, — выдавила я, повторив однажды уже принесенное ему обещание.

— Верю, — отозвался Сайрус и, поднявшись на ноги, галантно предложил мне руку.

Сейчас даже его манеры начали меня раздражать. Видимо, мое воображение зашло столь далеко, что возвращаться было просто-таки невыносимо. Как же, я ведь не только стала невестой благородного мага, по которому вздыхала большая часть девушек Ордена, но еще и спасла его. В награду за такую самоотверженность мне рисовались самые дивные перспективы, которым, увы, не суждено было сбыться. Меня вернут восвояси и помашут на прощание ручкой.

— Там, в подземелье, мне померещилась Кара, — вспомнил Сайрус.

Я не стала отвечать, понимая, что если бы маскировка осталась, он задал бы вопрос куда раньше. Видно, переход сметал любые иллюзии, не исключая мои собственные.

Дома прошло совсем немного времени, потому что сиротливая половинка мандарина рядом с кроватью не успела толком ни засохнуть, ни испортиться.

Моя родная квартира и крохотная спальня неожиданно показались мне до отвратительного чужими, а повседневная жизнь — унылой и бессмысленной. Но я старалась не подавать виду, только плотнее сжимала губы, чтобы не выдать своего состояния Сайрусу.

— Спасибо, — Сайрус склонился и поцеловал мне руку. А мне катастрофически не хватало жаркого поцелуя на пустоши.

— Подожди, — остановила я его, когда он уже развернулся, чтобы покинуть мой дом и мою жизнь.

Сайрус замер и медленно обернулся. И снова в его взгляде было что-то такое странное и пристальное, словно он пытался заглянуть куда-то в глубину, в самую сердцевину моего дерева.

— Да?

— Гор, охотник, наверняка ищет меня под обломками. Скажи, что я дома, и что у меня все в порядке. И, — я задумалась, — попрощайся с ним за меня. И попроси прощения, за все.

— Вот как, — удивился Сайрус. — Я полагал, это он сдал тебя Коллегии.

— Что? — поразилась в свою очередь я. — Нет, — усмехнулась и замахала руками. В моей голове не вязались Гор и подобные глупости. — Он помогал Дигину и сопротивлению спасти тебя.

Лицо Сайруса откровенно вытянулось от удивления.

— С какой стати ему это делать?

— Ну, — замялась я, не собираясь открывать ему всю правду, — он чувствовал себя слегка виноватым в том, что с тобой случилось.

— А, значит, все-таки дал себе труд подумать, — немного высокомерно заметил Сайрус, а мне снова стало грустно. — Хорошо, — легко согласился Сайрус, — я передам. Это все? — мне показалось или последний вопрос он задал с вызовом?

— Все, — отозвалась я и, услышав хлопок, мысленно попрощалась со спиной Сайруса.

На сердце было паршиво. Как могло все так обернуться? Я села на кровать и сунула в рот оставшуюся мандаринку. Подсохшая шкурка лопнула, и рот наполнил знакомый вкус. Все должно было быть иначе. Сайрус, признающийся мне в любви, я, дарящая ему свое семя, чтобы стать настоящей парой, парой магов, о которых рассказывали в легендах. И всех проблем только и оставалось, что вернуть семя Гору. И плевать, что это невозможно, наша невозможная пара что-то бы обязательно придумала, ведь мы бы стали всемогущими. Победили Коллегию, отменили законы сто двенадцатого вара, назначили главным Дигина, чтобы у Сайруса оставалось больше свободного времени. Кара бы смеялась и радовалась за нас. А провластных сестер в Ордене сменила бы сестра Мариэтта.

И когда это я только успела стать такой романтичной дурой?

Я горестно вздохнула и пошла к холодильнику, чтобы сообразить себе что-то поесть. Где-то разворачивались драмы, но обед никто не отменял.

— В каких числах Вы планируете поездку? — я с профессиональной улыбкой смотрела на клиента, который уже три раза за время нашего разговора успел позвонить жене, чтобы согласовать ту или иную мелочь. С виду он был вполне зажиточным представительным мужчиной, но его несамостоятельность в принятии элементарных решений просто поражала. Я внутренне усмехнулась, представив себе на его месте Гора. Тот бы наверняка ломанулся на первую открытую дату без лишних раздумий. А Сайрус — о, он бы вымотал все нервы тур-агенту в особо вежливой манере, и его выбор был бы исключительно продуман и тысячу раз взвешен.

Я тяжело вздохнула и снова сосредоточилась на клиенте.

— Мы не хотим с пересадкой, — выдал он, хотя мы с ним только что выяснили, что прямой рейс им с женой не по карману.

— Тогда могу предложить с двумя, — не сдержалась я, и Таня, соседка по столу, посмотрела на меня недоуменно. Раньше я никогда не позволяла себе никаких вольностей с клиентами. Но мужчина меня откровенно раздражал. Больше всего тем, пожалуй, что в моем соотечественнике не было ни капли от Гора или Сайруса. Наш мир, и правда, был до удивительного сер, если всей радости в нем было слетать куда-то на курорт, поваляться на пляже неделю-другую и вернуться назад, чтобы затем еще год пахать до следующего отдыха.

— Что Вы себе позволяете? Это называется сервис? — тем временем начал заводиться мужчина.

— Давайте мы Вам вместе что-нибудь подберем, — включилась Таня, пытаясь спасти ситуацию. А у меня же вместо раскаяния пробудилась какая-то неконтролируемая злость, смешанная с разочарованием оттого, что я вынуждена ублажать подобные ничтожества, лебезить перед ними, сносить любое хамство и улыбаться. Особенно тяжело давалась мне эта улыбка после возвращения из мира магов, когда внутри все разрывалось от боли и одиночества, от осознания безвозвратной утраты.

— …безмозглая дура! — закончил свою речь клиент, и я не выдержала: поднялась, перегнулась через стол и выставила вперед руку, даже не коснувшись мужчины. Но его снесло вместе с креслом к входной двери будто ударной волной. Ошалело посмотрев по сторонам, мужчина встал с кресла и молча убрался из нашего агентства.

— Что ты творишь? — Таня оторвалась от просмотра рейсов и увидела лишь финальную сцену его ухода.

— Ничего, — выдохнула я, опуская дрожащую руку. Прошла уже пара недель с моего возвращения, и дерево Гора наверняка вымахало не меньше дерева Сайруса. Со мной что-то происходило: раньше при всем своем раздражении я не смогла бы и карандаш на столе сдвинуть — теперь же оттолкнула человека с креслом до самой двери, и сомнений в том, что это исключительно моих рук дело, не было никаких. — Мне надо проветриться, — я схватила куртку со спинки стула и понеслась на выход, пока Таня не успела сказать ничего больше.

Голова кружилась и слегка подташнивало. Бросив взгляд на свинцовое небо, я списала все на смену погоды. Вот бы дождь не начался, а то к скверному настроению еще прибавится глобальная сырость, и пройтись и немного придти в себя не успею. А возвращаться в таком состоянии в офис было бы полным самоубийством. Я присела на лавочку в сквере, ощущая сильное недомогание и опасаясь грохнуться прямо посреди тротуара.

Что со мной не так? Несущиеся над головой серые с белым тучи не могли дать мне ответа. А потом меня вдоль всей спины пронзила безумная боль, и я свернулась калачиком прямо там, на лавочке. Так и лежала, боясь пошевелиться, наплевав на прохожих, гадая, стоит ли попробовать выпрямиться, или меня снова накроет волной боли. Потом все же потихоньку распрямила ноги, опустила их на землю и осторожно села. Кошмар больше не повторился, но мне все еще было страшно. Может, это расплата за колдовство? За использование силы в сером мире? Я ведь ничего не знала, да и о таких высоких материях, кажется, даже в Ордене не заикались. Об этом могли лишь знать магистры, да и то, наверное, не все.