Чтение онлайн

Моя расчетливая сторона уже просчитала, что мне нужен этот человек. Как партнёр по жизни, как муж. Знала я его уже давно. Да, он к девушкам относился с легкостью, но свою семью чтил, уважал и самое главное — любил. А значит, этот человек способен на любовь, и я должна быть именно той женщиной, которую он полюбит. Я же принцесса, пора из меня делать королеву, как-никак четвертак уже.

Пока я пребывала в раздумьях, дверь моего кабинета открылась без стука. Интересно, кто же такой смертник? Открыв глаза, увидела Макса, стоящего в дверях, он облокотился о косяк, скрестив руки на груди, и смотрел на меня умиротворенным и слегка уставшим взглядом. Видимо, не только для меня был нагруженный день.

— Поехали? — он был не многословен.

— А ты сам готов? Вечер будет долгим… — с легкой улыбкой посмотрела на него из-под опущенных ресниц. Его взгляд изменился, он чуть подался вперед и сказал:

— Я тебе больше скажу: твоя ночь будет фантастически долгой, — ну, вот честное слово, не смогла сдержаться.

— Ну, мои ночи всегда фантастические, а ты что делать будешь? — но чего я не ожидала, так этого того, что он наклонит голову вниз и начнёт смеяться. Мать его, смеяться.

— Ты не исправима, пошли, фантастичная моя.

Долго меня уговаривать не пришлось, я взяла свое пальто и пошла к нему. Когда оказалась рядом, он взял меня за руку и наклонился к уху.

— Тогда, с утра, я хотел тебя трахнуть за то, что сбежала и пряталась. Это меня слишком сильно бесило, и ты ответишь за упущенное время в моей постели, но сейчас… — он сделал небольшую паузу, а у меня уже мурашки пошли по телу, хоть бери и насилуй его в кабинете, но он продолжил: — Сейчас мы поедем на свидание.

Ну и выдержка, хотеть меня и ждать весь день, мог бы и в обед зайти, между прочим. Так, Лучная, собери мозги и не растекайся лужицей. Кушать, так кушать.

— Слушаю и повинуюсь, мой господин, — увидев его загоревший взгляд, мигом выскочила из кабинета и пошла спускаться. Макс поравнялся со мной и пошел к выходу.

До ресторана доехали молча. Видимо, оба наговорились за целый день, но когда мы зашли, нас отвели в отдельную вип-комнату, даже интересно стало, почему вип, а не обычный столик. По заведению было понятно, что оно не простое. Рефлекс — место хорошее, не дорогое, но очень цениться в городе. Открыл его один итальянец, который очень любил готовить. Сначала это было маленькое кафе, но с годами оно все набирало популярность и в итоге стало рестораном. Сам итальянец уже не готовит, лишь нанятые повара, но для вип гостей, если они заказывают его меню, лично спускается и создает шедевры домашней кухни, в принципе, как и сейчас.

Сделав заказ, перевела взгляд на Макса, красивый он все же. Его волосы были не короткими и не длинными, а идеальными для того, чтобы пропускать их через пальцы. Черты лица были ровные, четкие, скулы ярко-выраженные, что делало его только сексуальнее. А еще они так эротично играли, что у меня просто начиналось весеннее обострение, как у кошки. Он поднял на меня взгляд, в карих глазах таилась усмешка. Мол, знаю я, о чем ты думаешь.

— Начнем? — его вопрос меня чуть шокировал, о чем это он? Я тут, между прочим, рассматриваю его упругие мышцы, которые скрывает костюм темно-синего цвета, и накаченную грудь, облачённую в кипельно-белую рубашку. Чуть слюни не потекли… Даже не заметила, как закусила губу.

— Да, — пусть продолжает, раз сам начал, я пока мысленно себя буду изводить, пока не сорвусь. Самой интересно, что же щелкнуло в моей голове, что я его стала так воспринимать. Просто от одной мысли о нем возбуждаюсь нереально быстро.

— Хорошо, — он, видимо, не ожидал такого поворота, но продолжил: — Скажу прямо как есть: на счет того, что произошло между нами, я не жалею. Большее скажу, что хочу еще. И мне просто противна мысль о том, что у тебя есть кто-то другой. И ты спишь с ним, — его немного передернуло, но стальной взгляд не изменился, он действительно об этом думал.

— У меня никого нет, можешь расслабиться, — и напряжение спало, Макс улыбнулся одним уголком губ.

— Это замечательная новость.

Нам принесли еду, и дверь за официантом закрылась. Мы болтали о разном во время еды, и такое было ощущение, что это просто семейный ужин в ресторане. Было легко, весело и непринужденно. Слова сами лились, истории рассказывались, а время… А за ним никто и не следил.

— Давай, попробуем? — поднимая бокал, сказал Макс. Мы уже сидели рядом.

— Давай, только родителям не жалуйся на меня, — подмигивая ответила я.

— Только если твоим. За нас, — наши бокалы соприкоснулись, сделав небольшой глоток, он поставил их на стол и с жадностью впился в мои губы.

Они загорелись огнем, как будто в меня вливали растаявший горячий шоколад. Я отдавалась со всей страстью, но поцелуя мне было мало. Я соскучилась по нему за эти выходные. Мои руки погрузились в его густые темные волосы, а его губы оторвались от моих и продолжили путь по моей шее.

— Ты меня бесишь… Как ты можешь быть такой сладкой? — он своим языком лизнул впадинку между ключицей.

— Ты сводишь меня с ума, Макс…

— Также, детка, также.

Он меня повалил на диванчик, на котором мы сидели, его руки пробрались под платье и, пощипывая мои бедра, а следом поглаживая, создавали бурное ощущение. Я обхватила его торс ногами. Экстрим на фоне того, что сейчас зайдет кто-то из персонала, только будоражил кровь. Хотелось его полностью.

— Дай мне то, что нужно… — сумбурно я захрипела, потому что горло ужасно пересохло. Его губы творили с моей грудью что-то невообразимое.

— Что дать, скажи мне…

Блядь, какого хера? Он же и так понял… Его губы вернулись к моей груди, это действие было сопровождено моим глубоким вдохом.

— Войди в меня, а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а…

Я не смогла сдержать крик. Желание било ключом, а руки сами потянулись к его ширинке, но он отбросил их, сам расстегнул ширинку и вытащил член. Отодвинул мои трусики, слава богу, хоть не рвал со всей дури, что в нем была. Просто разом вошел в меня на всю длину.

Закричала, как бешеная. Было нереально круто. Я же говорила, что меня никто так не трахал? Так вот МЕНЯ РЕАЛЬНО НИКТО ТАК НЕ БРАЛ! Это бог секса. Он начал быстро вбиваться в меня, но когда понял, что я на грани оргазма, замедлился. Бешено колотилось сердце, хотелось разрядки, но мой мучитель не позволял этого.