Чтение онлайн

Александр удивленно посмотрел на дядю.

— Да, Саша. Разведчик без отличного знания языка — ноль, — пояснил Илья Кириллович.

Вскоре официант прикатил тележку с заказанным ужином, неслышно расставил все на столике и молча удалился. Илья Кириллович, как радушный хозяин, пригласил племянника:

— Ну, как говорится, что Бог послал. Кухня у них острая, как сама страна. Вот тамаль — пирог с мясо-овощной начинкой. Это санкочо — типа своеобразного салата из молодых овощей с мясом. Это кофе — тинто. А это будем пить, штука крепкая — чича, маисовая водка. Фруктовая вода — рефреско, — полковник разлил водку по рюмкам и поднял тост: — Первый выпьем стоя, господа офицеры. За Россию и за нас, Орловых!

Дядя и племянник выпили и закусили. Илья Кириллович налил по второй и сказал с хитрецой в глазах:

— Как говорят американцы, птица на одном крыле не летит.

Саша уловил юмор и после второй рюмки, перехватывая инициативу, предложил:

— Дядя Илья, а в России говорят: Бог любит троицу.

…После плотного ужина дядя спросил у племянника:

— Александр, а до какого времени у тебя увольнительная?

Саня посмотрел на часы:

— Часа полтора еще есть.

— Маловато, но самое главное успеем сделать, — отозвался полковник, откидываясь в кресле. — Я познакомлю тебя вкратце с историей наркомафии и раскладом сил в этой стране. Штаты имеют большие интересы здесь, в Колумбии. И чтобы влиять на политику и экономику, что взаимосвязано, мы, ЦРУ, и работаем здесь. А наркомафия — это только предлог. Когда мы ушли из Вьетнама, — усмехнулся Илья Кириллович, — американский потребитель лишился значительной части наркотиков, ввозимых из Азии. И именно в этот период колумбийские мафиози организуют производство марихуаны. Тогда же появляются и первые наркобароны, разбогатевшие на продаже марихуаны в США. На свои миллионы наркодолларов они скупают земли, газеты, радиостанции и так далее. Но в конце 70-х годов в связи с развитием подпольного производства марихуаны в США колумбийские производители этого продукта начинают ощущать сильное давление со стороны американских властей.

— Американских властей? — переспросил Александр.

— Да-да, Саша, американских властей, — подтвердил Илья Кириллович. — Вот тогда, — продолжил он, — колумбийская наркомафия переключилась на кокаин. Наркомафия объединилась в мощнейшую организацию — «Медельинский картель», во главе которого встали Пабло Эскобар, Карлос Ривак, Карлос Ледер, дон Карлос и другие известные наркобоссы. Доходы мафии достигают миллиардных сумм. В Колумбии издавна традиционно сильны позиции латифундистов [79] и крупной буржуазии, поэтому наркобароны, используя миллионы долларов, пытаются завоевать место и в политических институтах страны. Они жертвуют на предвыборные кампании лидеров политических партий. И даже сами выставляют свои кандидатуры. Незабвенный Пабло Эскобар был одно время законодателем, многие парламентарии и сенаторы открыто отстаивают интересы «кокаиновых баронов» в законодательных органах… Я, наверное, уже тебе надоел со своим рассказом? — спросил Илья Кириллович, наливая кофе в чашки. — Бери, лучший кофе в мире!

— Да нет, — ответил Александр. — Интересно узнать достоверную информацию от полковника ЦРУ. Такое в газетах не напишут.

— Это точно. Особенно в Штатах, как самой «демократичной» стране, — усмехнулся Илья Кириллович. — Вот, к примеру, Ледер. Это сын моего приятеля по службе у Шелленберга, теперь гражданина Колумбии. Ледер создал здесь политическую вооруженную организацию типа нацистской. Сотни молодых колумбийцев тренируются в его лагерях по программе боевиков-террористов. Но ведь не на деньги же Ганса Ледера! Ганс всегда был скрягой. На деньги мафии, конечно. В Колумбии страшная безработица, и дипломированные техники, инженеры, химики идут работать в подпольный бизнес по производству кокаина. Кокаиновый бизнес приносит больше прибылей, чем вся экономика этой страны. Вот такие дела.

Александр, внимательно слушавший, с нескрываемым интересом спросил:

— Мне кажется, что такая супердержава, как Штаты, могла бы перекрыть хотя бы контрабанду наркотиков в США, чтобы не увязнуть в войне с наркопартизанами, как во Вьетнаме.

Илья Кириллович громко рассмеялся:

— Кто тебе сказал, что американцы хотят, чтобы торговля наркотиками прекратилась? Они только стремятся, чтобы исчезли конкуренты. Ты лучше спроси, почему США не преследуют своих собственных торговцев марихуаной: ни тех, кто ее выращивает, ни оптовиков, что имеют огромные вклады в банках, сделанные на торговле этим наркотиком? Все очень просто, Штаты являются крупнейшим производителем марихуаны в мире! В прессе все чаще можно услышать, что американская культура может позволить себе свободное потребление наркотиков, но при этом все забывают, что наркотики — товар особый. Потому что, если у наркомана нет наркотика, он идет воровать, грабить, проституировать. Эта армия больных людей — прекрасная почва для процветания преступного мира.

В Штатах, кстати говоря, всегда с большой терпимостью относились к деятельности мафии — лишь бы она не увозила деньги из США. Есть в Штатах специальный Департамент по борьбе с наркотиками. Так вот он преследует колумбийцев в США именно потому, что они увозят из Штатов часть нажитых на торговле наркотиками денег. Если деньги остаются в Штатах, тогда все о’кей. Все судебные дела против мафии ведутся на основании уклонения от налогов. Плати налоги — и не будет проблем.

Со знаменитой итальянской организованной преступностью секретные службы США тоже сотрудничали еще во время Второй мировой войны. В руки мафии они передали власть на Сицилии, объясняя, что делают это по политическим соображениям. Мафия представлялась как последовательный борец против коммунизма.

Администрации американских президентов всегда спокойно относились и к деятельности кубинских контрреволюционеров, по существу, мафии, прибравшей к рукам всю торговлю наркотиками в Майами, имеющей свои предприятия, банки для отмывания грязных наркодолларов. Их терпят потому, что те являются врагами Фиделя Кастро, — полковник допил кофе, закурил и, спохватившись, предложил сигарету племяннику.

Александр взял сигарету, прикурил и, щурясь от дыма, сказал:

— Да… Но я краем уха где-то слышал, что в Колумбии по настоянию Белого дома был принят закон о выдаче США главарей наркомафии. Это, наверное, самое эффективное средство в борьбе с торговлей наркотиками?

Илья Кириллович согласно кивнул, усмехнулся:

— Саша, это хитрая политика, как и вся политика Штатов. В этом соглашении самое главное для Америки — возможность отслеживать капиталы наркомафии, находящиеся в банках США, и конфисковывать их. Казна Штатов обогащается на конфискации имущества людей, обвиненных в торговле наркотиками. Штаты имеют свою долю в наркобизнесе. Это, во-первых. Во-вторых, власти США за счет этого могут влезать во внутренние дела стран Латинской Америки и нарушать их суверенитет. Удобная штука. Можно ввести войска, небольшое количество, типа ограниченного контингента, как в Афганистане, и вроде для праведного дела — для борьбы с наркобизнесом — и обделывать свои дела.

У вас в Афганистане тоже была справедливая идея, не так ли, Саша? И под этим предлогом вы расширяли свое влияние в Азии, уничтожая мирные кишлаки.

Александр возмутился:

— Нет, дядя Илья. В этом случае ты не прав! Нас позвало на помощь народное правительство Афганистана.

Илья Кириллович, удивленный горячностью племянника, покачал головой:

— Саша, Афганистан — это узел интересов. А правительство его — обыкновенная кучка марионеток, которые имели наглость выступать от имени народа. Однако мы заболтались. Теперь к делу. Каковы дела в картеле?