Чтение онлайн

— Познакомься, это Тимур, наш неизменный водитель. Машина у него очень любимая, трепетно лелеемая и холимая, зовут Соня, обижать её не рекомендую, — съехидничал Мартирос, когда мы подошли к автомобилю. Парень, о котором шла речь, отнесся к этому выпаду абсолютно спокойно, видимо, привык.

— Ева, — представилась я. У Тимура были русые коротко стриженые волосы, прямой нос, тонкие губы, бледная кожа и длинные музыкальные пальцы, на которые я обратила внимание, когда он открыл нам дверь машины.

— Можно просто Тим, — доброжелательно произнес он. Я, вспомнив кое-что, незаметно посмотрела на его глаза, залезая на заднее сиденье. Обычные серые глаза, и зрачок обычный. Тут, сообразив, что мы едем в город, оглянулась на Дева и Мартироса. У обоих были человеческие радужки, карие у друга детства и голубовато-зеленые у южанина. С его черными волнистыми волосами и носом с горбинкой он выглядел настоящим мачо. Понятно, линзы.

На переднее сиденье сел Руслан, а Толик, проводив нас, вернулся в дом. Машина без проблем преодолела подсохшую весеннюю грунтовую дорогу и выехала на трассу, которая, как оказалось, находилась совсем недалеко от дома. Пока ехали, говорили сначала о незначительных вещах. Договорились, что ребята купят сегодня туристические путевки, а мне нужно будет прислать Руслану по сети данные паспорта. Дев, который сидел рядом, еще в начале поездки взял меня за руку и не отпускал всю дорогу, ласково перебирая мои пальцы. От этого простого действия по спине бегали пресловутые мурашки, и хотелось прижаться к нему и мурлыкать, как кошке.

— Скажете потом, сколько стоят путевки, я сразу верну, — попыталась сбить свой романтический настрой и говорить нормальным тоном.

— Е-ева, — укоризненно протянул Давид, повернувшись ко мне, — я же тебя пригласил. Не думаешь же ты, что буду брать у тебя за это деньги. Ты меня обижаешь. Я обеспеченный мужчина, у меня и нескольких друзей небольшое предприятие по выпуску деталей для различных электронных устройств. У Анатолия, кстати, тоже есть пакет акций, а то он натура увлекающаяся и возвышенная, таким деньги зарабатывать сложно. Стартовый капитал нам на очень льготных условиях в рамках поддержки проекта выделили, а дальше сами, образование подходящее есть, — улыбнулся он. Да, как-то я не подумала, где они работают, откуда деньги на все. Государство наверняка спонсирует их в очень ограниченных объёмах, проект «Дескрит», похоже, уже на той стадии, когда они стали довольно независимыми. Или не стали? Паранойя тут же нарисовала мне жуткую картину — они все «под колпаком» у секретных служб! Ведь не могли же их так просто отпустить жить самостоятельно.

— Давид, а ты уверен, что за вами не следят, ну, чтобы не было неожиданностей с вашей стороны? — медленно, подбирая слова, попыталась сформулировать мысль я. Не говорить же ему, что для изучения и продолжения эксперимента.

— Следят, — спокойно подтвердил он, и я опешила от такого. — Мы давно, ещё в самом начале, когда стали посещать институт, это заметили. В школу, кстати, дескритов не пускали, боялись. Учителя приходили к нам, вели занятия по углубленной программе. А вот потом осмелели, разрешили учиться, где хотим, но соглядатаев приставили. Их легко было вычислить и сделать так, чтоб они писали положительные отчёты. К тому же, за столько лет они уже потеряли бдительность, можно не волноваться по этому поводу.

Я задумчиво посмотрела в окно и заметила, что мы уже едем знакомыми улицами. Тимур, кстати, за всю поездку не произнес ни слова.

— Тимур, а ты знаешь, куда меня везти? — уточнила, уже понимая, что едет он к моему дому.

— Да, — лаконично выдал парень. Он просто говорун! Вопросительно глянула на приятелей, сидящих рядом.

— Я ведь тебе рассказывал, что мы знаем твой адрес, — напомнил Мартирос. Машина свернула на нужную улицу, и я вежливо поинтересовалась:

— Зайдёте? Могу предложить чай и кофе, или чуть позже обед.

— Спасибо, может вечером. Сейчас повожу до квартиры, а ты никуда не ходи сама. Если что-то нужно купить, позвони или напиши, — Дев явно серьезно взял надо мной шефство. Всё ещё кажусь ему беспомощной малышкой?

— Да, я понимаю, что не стоит пока устраивать прогулки, даже по делу. Вы если что-то новое узнаете про ситуацию с изкритами, расскажете, ладно? Не думаю, что в новостях всё честно объявляют, — кивнула я и, поблагодарив Тимура, выбралась из припаркованной у ступеней дома машины. Давид вылез следом, так как сидел между мной и Мартиросом. Поднялись на лифте на пятый этаж высотки, и я открыла дверь.

— Это кто? — удивился парень, уставившись на шикарную рыжую кошку с короткой шерстью и красивым мраморным рисунком на боках. Она сидела на пороге, укоризненно на нас глядя и не давая пройти в квартиру.

— А это наш таможенный и пограничный контроль, моя Крита, — улыбнулась я. Подхватила любимицу на руки и переступила порог. Погладила, почесала за ушком и отпустила. Кошка тут же стала крутиться вокруг ног, мешая разуться, стараясь потереться о штанины брюк, оставляя на них рыжие шерстинки, и тихонько мявкала.

— Можно её погладить? — с опаской спросил друг.

— Да, можно, она дружелюбная и любопытная. Только учти, на одежде шерсть останется, сейчас весна и она линяет.

— А как она без тебя два дня одна в квартире была? И ты не волновалась? — Дев взял Криту на руки и стал осторожно гладить. Животное напряглось, замерло, принюхиваясь, потом вдруг издало угрожающий рык, громко мяукнуло и, вывернувшись и выпустив когти, спрыгнуло на пол. Хвост раздраженно хлестал бока, она неторопливо повернулась и гордо удалилась в комнату.

— Кажется, я ей не понравился, — рассматривая царапины на руках, проговорил Давид.

— Странно, обычно она так себя не ведёт. Давай обработаю ранки, сейчас помажу чем-нибудь, — захлопотала я, чувствуя себя виноватой за поведение кошки. — А не переживала я потому, что она спокойно переносит одиночество, это вполне самодостаточное существо. Корм в автокормушке, там дней на десять хватит, воды тоже достаточно, поилка большая, вон, смотри, фонтанчик в углу стоит, туалет у неё персональный самоочищающийся. Если что, то мама подстрахует, навестит её.

— Не надо обрабатывать, это мелочи, — отказался парень и задумчиво проговорил, — Наверное, чувствует незнакомое существо, звериное чутьё не обманешь ласковым голосом. Я пойду, позже позвоню и зайду вечером. Будь умницей, не выходи, — ещё раз напомнил Давид. Прямо как моя мама! Неужели так опасно? В новостях сказали, что никто из людей серьезно не пострадал. Или обманывают и Деву известно что-то большее?

— Для тебя это очень опасно, — подчеркнул интонацией он, быстро чмокнул в щеку и вышел, захлопнув дверь.