Дестабилизатор
Шрифт:
Фыркнув, Эл попытался выбрать его, но программа не разрешила, сообщив, что для этого персонажа необходимы магические способности.
«Может, все же передумаете?» – совсем по-человечески вкрадчиво поинтересовалась она, но Эл и в этот раз отказался. Правда, исключительно из упрямства.
– А что делает тут всевидящий? – спросил он, потянувшись к соответствующему пункту списка.
«Ловит колдунов и других магических существ, следит за вынесением и исполнением приговора».
Эл убрал руку, так и не коснувшись экрана.
Выбирать стражника не стоило: тот наверняка был привязан к одному месту. Разбойника – тоже. И не потому, что ему не хотелось играть таким персонажем, просто следовало думать о том, насколько выбор понравится читателям будущей статьи. Эл ткнул пальцем в рыцаря – средних лет мужчину в доспехах и с алебардой в руке. Вот уж, воистину, самый правильный выбор!
«Добро пожаловать в промо-версию игры! – радостно воскликнула программа, и Эл оказался у стен замка. – Когда захотите закончить, произнесите вслух слово “Выход”».
Лёгкий прохладный ветерок пошевелил волосы, ноздрей коснулся запах цветущего луга и свежего хлеба. Любопытно. Притчард ведь говорил, что он не будет чувствовать запахи… Или это просто включился освежитель воздуха в лаборатории? Скорее всего, благоухало возле средневекового города вовсе не столь приятно! Впрочем, это ведь игра, а не историческая реконструкция. Вряд ли удастся привлечь много желающих оказаться в реальном средневековье с невыносимой вонью, исходящей от городов и их жителей.
Эл разглядывал зубчатые стены замка, ров с водой, развивающиеся над остроконечной крышей флаги с двумя драконами, красным и белым, людей на подъездном мосту. И тут из ворот замка вышел герольд, одетый в красно-чёрный килт и лихо перекинутый через плечо плед. На груди ослепительно сверкала золотая пряжка. Развернув свиток, герольд начал читать зычным голосом:
– Бендигейд Вэйран Л'лир, милостью Всевышнего король Валлиса, объявляет, что отдаст руку своей сестры, прекрасной принцессы Бранвен, тому, кто найдет и принесет в королевский дворец магические артефакты, открывающие врата между мирами…
Тут Эл решил, что с него хватит.
– Выход! – скомандовал он.
Игровая реальность исчезла, и он снова очутился в комнате с коммом. Сняв шлем, Эл положил его обратно на стол, пробормотав:
– Л'лир Молчун родил Карадауга, Карадауг родил Конана Мериадока, Конан родил Кадора – и так далее, пока не появился на свет величайший из королей – Бендигейд Вэйран Л'лир, прозванный королем-Медведем за свою силу и Золотоголовым – за небывалую мудрость, победивший чужеземных захватчиков, принесший мир и процветание в свои владения, раскинувшиеся под его рукой от моря до моря…
Уж что-то, а ненавистную генеалогию древних родов он знал назубок. Дед до десяти лет заставлял его заучивать историю и колотил палкой из-за ошибок. Понятно, почему для игры выбрали именно Вэйрана, ведь он считался великим полководцем и создателем первого свода законов, а если верить летописям, после смерти его голову захоронили на том месте, где позже был возведен королевский дворец, дабы мудрость Вэйрана передавалась его потомкам.
Конец ознакомительного фрагмента.