Десять дней, девять ночей
Шрифт:
Уношу мешок с бельем к мусорным бакам и на обратном пути решаю, что завтра та же участь ждет подушек и одеяла. На улице темно и холодно — начало ноября — почти зима, но домой идти не хочется. Стою во дворе и, задрав голову, смотрю в окна нашей квартиры. Окно спальни открыто, пусть проветривается… Я не хочу идти туда, мне противно… поэтому еще в течение получаса наматываю круги вокруг дома. Только когда понимаю, что замерзла настолько, что не чувствую ног, поднимаюсь в квартиру.
Закрываю окно и, не раздеваясь, иду на кухню за штопором. Выпью вина, не пропадать же добру!.. Наполняю бокал и усаживаюсь в удобное кресло в гостиной.
Итак, что мы имеем?.. А ничего мы не имеем… Сегодня рухнуло все, во что я верила — девять лет брака… девять лет жизни… девять, как я думала, ЛУЧШИХ лет моей жизни! Моя крепкая семья рассыпалась как замок из песка. Отпив вина, горько усмехаюсь… Нет, все не так — не было никакой крепкой семьи, была лишь ее иллюзия. А я всего лишь слепая дура…
Боли нет, но я знаю — это особенность моей психики. Я — эмоциональный тормоз… даже на похоронах никогда не плачу… Помню, как погиб мой бывший одноклассник и близкий друг. Красивый, умный, гордый мальчик, подающий надежды спортсмен и заветная мечта всех девчонок. Авария — нелепая смерть… Помню похороны, невероятное количество народа, слезы и рыдания, обмороки девочек. Я же стояла среди друзей и не чувствовала ничего…Думала только о том, как сильно у меня болит голова и как устали ноги от длительного стояния. И лишь потом, спустя сорок дней после его смерти, я, наконец, начала осознавать весь ужас произошедшего. Тогда горе накрыло меня с головой как цунами. Год я оплакивала друга, ездила к нему на могилу и никак не могла смириться с его уходом. Потом еще год приходила в себя.
Уверена, в этом случае будет точно так же. Потом, позже, когда пройдет первый шок, будут и слезы, и истерики, и депрессия. А пока, на холодную голову, нужно решить, как жить дальше.
Что бы там ни думал Влад, жить с ним я уже не буду!.. Я не из тех, кто прощает предательство… Не из гордости… просто не умею… А значит, нужно подумать о разводе и разделе имущества. Из имущества у нас только эта трехкомнатная квартира и два автомобиля: моя RAV-4 и Прадик Влада. Машины делить не придется, а вот квартиру нужно будет менять на две: однушку для Влада и двушку для нас с Дениской. С бизнесом тоже проблем не будет — у меня свои цветочные магазинчики, у него — небольшой автосервис.
Инициатором развода выступаю я, значит, вся волокита с судом и продажей квартиры ляжет на мои плечи. Я смогу с этим справиться, главное, чтобы Влад палки в колеса не вставлял… Одного я только не знаю — как все объяснить маме и сыну…
Спустя три часа решаю ложиться спать, завтра тяжелый день… Принимаю душ и, накинув халат, иду в детскую. Проходя мимо зеркала в прихожей, останавливаюсь, вглядываясь в свое отражение. Щурясь, пытаюсь посмотреть на себя чужими глазами, так, как будто я вижу себя в первый раз. Темно — русые волосы чуть ниже плеч, сейчас они мокрые и поэтому немного курчавятся у висков и на самых кончиках — это бесит, конечно, но обычно я легко справляюсь с этим с помощью утюжка… Большие серо-зеленые глаза, густые ресницы — мама говорит, это от отца… прямой нос, среднего размера губы и ямочка на подбородке…
Мой взгляд перемещается ниже, я снимаю халат и остаюсь перед зеркалом в чем мать родила… Грудь небольшая, гораздо меньше, чем у этой… зато крепкая и упругая! Кажется, беременность и грудное вскармливание сделали ее только лучше… Поворачиваюсь боком, чтобы получше разглядеть попу… — это мой козырь, она у меня что надо! Аккуратная, с соблазнительным изгибом от поясницы, про такие еще говорят: "попа краником", хотя и создает опредленные проблемы при выборе одежды. Ноги стройные — не короткие и не длинные — обычные… и белизной кожи похвастаться не могу — я смуглая, зато загар получается красивым, как из солярия.
По поводу внешности у меня комплексов нет. Роковой красавицей себя не считаю, но и ущербной — тоже. Еще раз пробегаю глазами по своему отражению и выношу вердикт — я симпатичная.
Глава 4
— Кать, спишь?..
Не до конца проснувшись, я таращусь на Влада, не в силах объяснить себе, почему его обеспокоенное лицо вызывает безотчетный негатив.
— Поговорим? — и тут события прошлого вечера врываются в мое сознание, заставляя окончательно проснуться.
— Выйди, я оденусь и поговорим.
— О’кей, тебе кофе сварить?
— Нет! — зло рявкаю я, потому что мне не нравится, что он ведет себя так, словно ничего не случилось…
Чищу зубы и ловлю себя на мысли, что абсолютно спокойна. На раздумья у меня была целая ночь и поэтому я точно знаю, что скажу Владу.
— Катюша, ты должна меня выслушать… — начинает он.
— Ну, во-первых, со вчерашнего дня я тебе больше ничего не должна, а во-вторых, твою позицию я уже поняла!.. Поэтому слушать будешь ты!
Влад выразительно поднимает брови, изображая вежливый интерес, закидывает ногу на ногу и складывает руки на груди. Делая вид, что не обращаю внимания на его позу, я продолжаю:
– В понедельник я подаю на развод. Денис, естественно, останется со мной… Видеться с ним будешь, когда и сколько захочешь…
— Не дури, Катерина! — он называл меня так только тогда, когда мы ругались или спорили… — какой развод?! Я не хочу! Я не планировал разводиться!!!
– я вскидываю бровь, а у него, оказывается все распланировано….
— А ты ничего не попутал, Владик?.. Я тебя вчера с другой бабы сняла!
— Я же говорю, между нами с Таней ничего серьезного нет! Я ТЕБЯ люблю! — он заглядывает в мои глаза и пытается взять меня за руку, но я не даю…
— Это твои личные проблемы! Повторяю: мы разводимся и меняем квартиру!
— Вижу, ты не готова к диалогу, — Влад досадливо морщит лоб и встает — я пойду… поговорим позже, когда ты успокоишься…
— Я все сказала, Влад… — мой голос звучит спокойно и уверенно, хотя в груди уже начинает закипать гнев…
Чтобы как-то успокоиться, я встаю, беру чашку и наливаю себе чай.
— Ты уверена?! Уверена, что хочешь стать разведенкой?! — ухмыляется, швыркнув кофе.
— А что в этом плохого… — я достаю из холодильника вчерашний Пармезан, чтобы сделать бутерброд.
— Это сейчас ты не видишь в этом ничего плохого, в тебе говорит обида, но пройдет год, и тебе захочется видеть рядом с собой мужика, такая уж ваша, бабская, природа… Да только нахрен ты никому нужна не будешь!!!
— С чего это ты взял?.. — как можно более безразличным тоном спрашиваю я. К горлу подкатывает ком, становится трудно дышать, но я уже не могу остановиться, — чем же я хуже твоей Тани?..