Детектив
Шрифт:
И вот теперь, проводив Дойла от гаража “Оверлэнд тракинг” до дома, Эйнсли и Загаки ждали дальнейшего развития событий.
— Ничего, если я чуток вздремну, сержант? — спросил Загаки.
— Конечно, вздремните.
В долгую сдвоенную смену нужно отдыхать хотя бы урывками. Тем более что Дойл наверняка завалился дома спать после восьмичасового рейса.
— Спасибо, сержант. — Загаки откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза.
Сам Эйнсли спать не собирался. Он все еще не до конца полагался на молодого детектива и взял его себе в напарники главным образом потому, что хотел приглядывать за ним по ходу операции. Впрочем, надо отдать должное Загаки, напомнил себе Эйнсли, вел он себя безупречно, честно нес службу, по несколько часов сидел за рулем. И все же…
Что-то в манерах Загаки ему смутно не нравилось, хотя он не смог бы четко сформулировать, что именно. Наработанный годами опыт подсказывал Эйнсли, что подчеркнутая подобострастность Загаки по отношению к нему — слишком уж часто он использовал официальное обращение “сержант” — на самом деле неискренна и граничит с насмешкой.
Или он чересчур придирчив?
— Тринадцать-два нуля вызывает тринадцать-десять, — неожиданно ожило радио. Это был позывной лейтенанта Ньюболда.
— Тринадцать-десять слушает, прием, — ответил Эйнсли.
Из-за нехватки людей Ньюболд и сам выходил теперь на задания в паре с Дионом Джакобо. Сегодня эти двое подстраховывали Эйнсли и Загаки, сидя в нескольких кварталах от них в стареньком “форде” с помятым бампером и облупившейся краской, но зато с форсированным двигателем, который позволял им состязаться в скорости с машинами последних моделей.
— У вас что-нибудь происходит? — спросил Ньюболд.
— Ничего, — ответил Эйнсли. — Объект наблюдения находится…
Здесь он осекся.
— Объект только что вышел из дома! Направляется к своему пикапу.
Эйнсли протянул руку и потряс за плечо Загаки. Тот открыл глаза, встрепенулся и сразу завел мотор.
Дойл пересек двор — обе руки глубоко в карманах джинсов, взгляд уперт в землю.
Через несколько мгновений Эйнсли доложил:
— Объект отъехал от дома. Двигается быстро. Следуем за ним.
Маневр Дойла оказался для всех неожиданностью, но Загаки уже пристроился за старым пикапом, стараясь не упускать его из поля зрения.
— Мы следом за вами, — сообщил Ньюболд. — Дайте направление движения.
— Объект добрался до Норт-Майами авеню и повернул в южном направлении, — передал Эйнсли. — Пересекал Двадцать девятую улицу.
— Мы двигаемся по Второй авеню, параллельно вам, — сказал Ньюболд. — Держите нас в курсе, какие улицы он пересекает. Готовы сменить вас у него на хвосте, если понадобится.
Две машины наблюдения, следовавшие параллельными улицами и периодически менявшиеся местами, — такой метод слежки использовался часто, хотя бывал сопряжен с непредвиденными осложнениями.
Дождь усилился, поднялся ветер.
Снова включился Ньюболд:
— Это твое шоу, Малколм, и я не хочу влезать, но не пора ли вызвать третью машину?
— Пока нет, — ответил Эйнсли. — Не думаю, что он выедет из города на этот раз… Он пересекает Одиннадцатую улицу. Мы в квартале от него. Давайте поменяемся на пересечении с Флаглер.
— Понял тебя.
Потом снова Эйнсли:
— Приближаемся к Флаглер. Объект продолжает движение на юг. Принимайте его у нас, лейтенант. Мы слегка поотстанем.
— Мы на Флаглер… Выполняем левый поворот на Саут-Майами авеню… Вижу его… Он позади нас… Он нас обогнал. Между нами две машины. Будем сохранять эту дистанцию.
И еще через несколько минут:
— Объект пересекает Тамайами-Трэйл. Он едет целеустремленно, по-моему, на запад. Предлагаю снова поменяться у перекрестка с Бэйшор.
— Понял. Начинаю сближаться с вами.
Так и получилось, что именно машина Эйнсли и Загаки шла непосредственно за пикапом Элроя Дойла, который, проехав немного в западном направлении по оживленной Бэйшор-драйв, притормозил у больницы “Мерси” и свернул вправо в глубь респектабельного жилого района Бэй-Хайтс.
— Объект ушел с Бэйшор-драйв, — доложил Эйнсли, — и двигается в северном направлении по Хелисси-стрит. Здесь почти нет транспортного потока… Отпустите его вперед, — это было уже указание для Загаки, — но только так, чтобы мы его не потеряли.
А видимость между тем все ухудшалась. Дождь стал потише, но на город быстро опускалась ночь.
Хелисси-стрит, как и весь Бэй-Хайтс, была застроена большими элегантными домами в густо поросшей лесом местности. Впереди виднелся перекресток с еще одной, столь же фешенебельной улицей — Тайгертэйл-авеню, так она называлась, вспомнил Эйнсли. Однако не доехав до перекрестка, пикап прижался к тротуару и остановился под огромным фикусом, который рос перед одним из особняков. Габаритные огни пикапа погасли. Загаки остановил фургон у универмага “Бердайнс” и тоже выключил габариты. Они находились метрах в ста — ста двадцати от пикапа. Между ними было припаркована несколько автомобилей, но сиденья в их фургоне располагались достаточно высоко, так что поверх их они могли видеть голову и плечи Дойла, которые четко обрисовывались в пикапе при свете уличных фонарей.
— Объект остановился на Хелисси, не доезжая Тайгертэйл, — сообщил Эйнсли по рации. — Находится в машине, выходить пока не собирается.
— Мы в квартале позади вас, — сказал Ньюболд. — Тоже стоим.
И они стали ждать. Прошло десять минут. Дойл не двигался.
— По-моему, он перестал дергаться, сержант, — заметил Загаки.
Еще через несколько минут по рации вновь прорезался Ньюболд.
— У вас что-нибудь происходит? — спросил он.
— Ничего. Пикап по-прежнему стоит, объект — в кабине.
— Я получил сообщение, мне надо обсудить его с тобой, Малколм. Переберись-ка ненадолго к нам. Если что случится, ты всегда сможешь быстро вернуться.
Эйнсли задумался. Ему не по душе была идея оставить Дойла под наблюдением одного Загаки, и он склонялся к тому, чтобы остаться на месте. Однако он понимал, что лейтенант не вызвал бы его к себе без веской причины.
— Хорошо, я иду, — передал он по рации и обратился к Загаки:
— Я обернусь быстро. С Дойла глаз не спускать! Вызовете меня по рации, если он выйдет из машины или поедет дальше. Вызовите, что бы ни случилось! Если он тронется с места, следуйте за ним, но самое главное — держите связь.