Дети Джедаев
Шрифт:
«У нас открыты крышки двигателей, мастер Люк, — Трипио и Никос появились наверху трапа. На бронзовой и серебристой отделке роботов виднелись потёки машинного масла — им тоже пришлось нелегко в борьбе со стреляющим астероидом. — Большая часть хладагента уже испарилась в атмосферу».
Удар последней плазменной струи, ударившей по кораблю рикошетом от астероида, смял люки двигательного отсека. Приливы головокружения все ещё подступали к Люку, мешая думать. Он решил использовать роботов, которым не нужны были дыхательные маски для того, чтобы удерживать двери, пока люди производили быструю разведку снаружи.
Двигатель представлял собой какое-то невероятное месиво.
«Нам понадобится около тридцати метров восьмимиллиметрового кабеля и дюжина соединителей данных, -определил Люк, выбравшись через полчаса из тёмного машинного отделения. В нём не горели даже аварийные огни, помещение освещалось лишь узкой полоской аварийных лампочек, соединённых с батареей „Скейл 10“ из аварийного блока. — Остальное я как-нибудь исправлю».
«Пожалуй, я смогу это сделать», — подумал он озабоченно. В голове у него вертелись слова Леи о том, насколько легко потеряться среди необитаемых миров.
Крей подняла голову от навигационного компаса. «Мне нужны соединители и двенадцатимиллиметровый плоский кабель… с тобой всё в порядке, Люк?» Он попытался встать на ноги, но лишь откинулся назад. Капли пота выступили на посеревшем от слабости лице.
Он попытался сконцентрировать Силу внутри себя, направив её на интенсификацию химических реакций в мозгу и освобождение защемлённых капилляров лёгких и их восстановление. Это было непросто, и Люк вскоре почувствовал усталость. «Всё будет хорошо», — успокаивал он себя. Очень хотелось надеяться, что на этой базе не окажется враждебно настроенных контрабандистов. Он размышлял, не является ли эта база опорным пунктом какого-нибудь лорда войны. Или может быть, это — скрытая ото всех шахта, где используются рабы? Не исключено и то, что неизвестные тёмные силы создали здесь свой исследовательский центр. Мирно ли тогда пройдёт его посещение?
Сам он ещё полностью не пришёл в себя. Крей была учёным-теоретиком, весьма далёким от практических дел. Трипио тоже едва ли мог оказать действенную помощь, если бы дело дошло до сражения, как впрочем, и Никос.
Что бы их ни ждало, Люк обязательно должен вернуться и сообщить о той опасности, которая кроется в Туманности Лунный Цветок.
Он почувствовал, что опять теряет сознание. Крей с тревогой склонилась над ним. И снова это были две Крей, упорно не желавшие сливаться в единый образ. Накопившееся тепло от работавших двигателей все ещё сохранялось в этом отсеке, но даже это не могло объяснить ту вызывающую изнеможение духоту, которую он ощущал, хотя руки и ноги оставались холодными.
В очередной раз он попытался сконцентрироваться на взаимодействии с Силой.
«Почему ты не разрешаешь мне и Никосу отправиться туда и исследовать источник сигнала?»
Он глубоко вздохнул. «Вам может понадобиться помощь. Насколько бы всё было проще, если бы только хорошие безобидные люди населяли неизвестные базы на удалённых планетах. Если бы это было так…»
Однако дурные предчувствия не оставляли его.
«Чем скорее мы узнаем, что там находится, тем будет лучше, — заметила молодая женщина. — Что бы ни оказалось в этой туманности, мы не можем отдать имперским лордам инициативу. А риск того, что так оно и будет, все возрастает. Я смогу осмотреть поселение или что там есть, ознакомиться с деталями и сигнализировать после этого. А вы за это время окончательно придёте в себя и сможете завершить ремонтные работы. Идёт?»
У Люка опять закружилась голова. Он вновь откинулся назад, на переборку, пытаясь сделать глубокий вдох. «Нет, нельзя их отпускать, — подумал он. — Мало ли что…»
Перед глазами Люка медленно покачивались блоки зажигания, разорванные кабели, болтающиеся как мёртвые конечности, открытые люки систем компрессорного нагнетателя и гирогравитации. Казалось, корабль медленно покачивается на волнах. Голова просто раскалывалась — будто сотня шахтёров производила там взрывные работы. мысль о необходимости встать на ноги и идти два или три километра до источника сигнала, приводила его в отчаяние. Однако он упорно повторял: «Я смогу это сделать… С помощью Силы…»
«Думаю, что там я вам понадоблюсь», — с этими словами Люк протянул руку, и Крей помогла ему встать на ноги. Сжав зубы от подступающей тошноты, он вылез из люка с помощью Крей и спустился вниз по крутым ступенькам трапа. «Почему вам кажется, что нас там ждут неприятности?» — спросила Крей.
«Не знаю, — тихо ответил Люк, — просто у меня такое чувство».
Они обогнули капитанскую рубку и неожиданно оказались перед дулом нацеленного на них бластерного ружья, находившегося в руках покрытого белой бронезащитой имперского штурмовика.
Крей рванулась к своему бластерному оружию, но Люк успел схватить её за руку: «Крей, не надо!» Штурмовик продолжал целиться, и Люк поднял обе руки вверх, показывая, что у него нет оружия. Крей сделала то же самое. Люк подумал, что если она сделает попытку выхватить Огненный Меч, штурмовик уложит их обоих. Однако было неясно, какое количество имперских солдат им противостоит.
Из-под безликого белого шлема требовательно прозвучало: «Назовите ваши имена и род занятий».
Крей и Люк сделали шаг назад и упёрлись в стенку. Люк вновь ощутил тошноту Он попытался обратиться к Силе, чтобы отвести направленное на них ружьё, но он был слишком слаб для этого.
«Мы — торговцы, — проговорил он. — Мы заблудились, наш корабль повреждён».
Сознание его стало затуманиваться ноги сделались ватными и ослабли в коленях. Крей попыталась удержать его, и тут штурмовик неожиданно пришёл ей на помощь. Опустив ружьё, он дотронулся до Люка.
«Вы ранены», — заметил он, помогая Люку сесть.
В этот момент из люка складского помещения появились Никос и Трипио, нагруженные необходимым для ремонта материалом. Они с удивлением уставились на штурмовика, который снял с себя шлем, открыв добродушное, покрытое множеством морщин лицо. Седые волосы и борода дополняли его портрет.
«Эх, вы, бедняги, — проговорил он, — видно, здорово вам досталось. Ну, ничего. Раз уж вы наткнулись на мой лагерь, я дам вам что-нибудь поесть. И по чашечке чая можно будет выпить».
Без своих сверкающих доспехов Трив Потман оказался подтянутым, крепко сложенным человеком лет пятидесяти. «Эх, старость — не радость… Не тот я уже…» — посетовал он. Разные доспехи были разложены вдоль выгнутой внутренней стены его жилища — низкого сборного купола, заросшего снаружи черным и красноватым лишайником, избитого дождями и покрытого слоем многолетней грязи. Выросшие заново деревья, кусты и виноградная лоза плотно окружали расчищенный когда-то имперскими солдатами участок леса Большая часть жилищ и укрытий выглядели давно покинутыми, а оградительные столбы густо опутывал разросшийся виноград.