Чтение онлайн

"Установлены факты вашего сотрудничества с повстанцами и шпионами.

Вы помогли мятежникам в нанесении ущерба и повреждений этому кораблю с целью предотвратить выполнение намеченной программы.

Вы пытались оказать сопротивление Службе безопасности при исполнении ими своих обязанностей.

Вы были застигнуты при попытке повредить вооружение и посадочный корабль, необходимый для выполнения намеченной программы".

— Это ложь! — вне себя крикнула Крей. — Всё это ложь! Предъявите мне хоть одно доказательство…

"Установлены факты вашего сотрудничества со шпионами и повстанцами:

1. Ваше имя упоминалось повстанцами, захваченными в рейде на Альгариан.

2. Голограммы сетчатки радужной оболочки, предоставленные правительством Беспина после атаки повстанцев, соответствуют вашим.

3. Вы задержаны в ходе рейда против группировки инакомыслящих и вредителей на борту корабля".

— Обвинения сфабрикованы! Все это абсолютная ложь! Все обвинения голословны, ни одно из них не соответствует действительности, отсутствуют элементарные… — сквозь слёзы ярости начала Крей, но Кингфарг опять её оборвал на полуслове и безапелляционно заявил:

— Прекратите, десантник! Все очевидно. Без наличия наглядный фактов, их не оказалось бы в компьютере.

— Я требую предоставить доказательства!

Люк закрыл глаза. Он понимал, чем всё обернётся. Открыв их снова, Люк увидел замелькавшие на экране, опережая запросы, микрофильмы рапортов, отпечатков пальцев и голограммы сетчатки глаз. Невнятные, показанные на минуту голографические снимки Крей и лица различных повстанцев, с минуту подтверждавших её соучастие в их деятельности.

— Компьютерные имитации не являются доказательствами!
– крикнула Крей. — Я могу запрограммировать подобное даже с закрытыми глазами! Я требую адвоката…

— Ах, ты ещё глумишься, десантник? Да ни один порядочный адвокат не станет защищать доказанное вредительство. Что ты хочешь заставить нас сделать? — спросил Кингфарг и причмокнул. — Может, пригласить кого-нибудь из повстанцев защищать тебя?

Лицо капитана клаггов обрамлял белый шлем штурмовика, из-под которого сзади высовывался жирный загривок. На груди он носил причудливую маску, напоминающую череп. Он старался держаться с достоинством.

Экран снова замелькал рядами зелёных надписей:

"Любые оплошности и повреждения корабля, совершенные военными, должны рассматриваться по законам чрезвычайного положения, любая аварийная ситуация расследуется военным трибуналом, согласно распоряжению Сената.

Поправка Сената к конституции

Новое постановление

Указ N 7792456-00N

Ввиду недостатка средств и сил представляется невозможным, как полное соблюдение Нового Закона, так и обеспечение безопасности большинства цивилизаций галактики.

Основное действующее постановление

Введение, Часть II."

— Но в чём меня обвиняют? — запротестовала Крей. — Что, я должна упасть на колени и исповедаться?

«Показаний стоя вполне достаточно».

— Мне дьявольски хочется, чтобы ты заржавела, старая куча мусора!

Люку хотелось уйти, но он понимал, что делать этого не стоит, даже если гекфедды разрешат. Он пришёл сюда не только для того, чтобы убедиться что Крей хоть и в опасности, но всё-таки пока жива. Ему нужны были новые признаки местонахождения клаггов, но последнее сообщение, засветившееся на экране, заставило Люка похолодеть.

«В виду непримиримости пленника приговор вступит в силу завтра в 12.00 часов. Весь персонал обязан присутствовать при его оглашении. Отсутствие отдельных членов в смотровых комнатах будет рассматриваться как сочувствие преступным намерениям задержанного».

Экран снова почернел.

«Что делать?» — задумался Люк, облокотясь плечом о стену и наблюдая за флегматичными действиями бронзового СП-80, примостившегося рядом и старательно стиравшего какое-то пятнышко.

Это навело его на мысль. Почему бы вместо грязи чистюлям не отыскать гаморреанцев? Он обратился к Трипио, но получил отрицательный ответ. Если бы дройды С23РО обладали лёгкими, то Трипио наверное воскликнул бы…

— Мастер Люк, я пытался… их переделать, хотя никогда не пренебрегал программами, заложенными в системы Электронного назначения, то, что они делают, по качеству достойно восхищения, но тем не менее они ужасно ограничены.

— Но может быть есть какой-нибудь способ изменить их программу? — не унимался Люк, царапая себе щеку.
– Запрограммируй их отыскать гаморреанцев. Они ведь воняют куда крепче, чем эти едва заметные пятнышки на стенах.

— Да, но я полагаю, что если они попытаются помыть гаморреанцев, их карьера может закончиться, и довольно быстро. К тому же мы со всех сторон окружены этими гаморреанцами, -возразил Трипио.

— Не думаю. Особенно, если подняться на восемнадцатый этаж и выше, — ответил Люк.

Поиски Трипио на семнадцатом этаже окончились ничем, также, как тщательное изучение Люком арестантского отделения и его окрестностей, хотя обоим попалось на пути немало перегородок и запечатанных дверей, не желавших открываться. Люка мучили подозрения, имеют ли эти закрытые помещения какое-либо тайное назначение в структуре Повеления? А может быть службы Повеления пасут Трипио, также, как его самого?

— Можешь ли ты запрограммировать СП так, чтобы они не стремились помыть, а просто искали гаморреанцев на этих этажах, — а мы просто шли следом? Позволит ли их чувствительность проводить поиск на таком расстоянии?

— Конечно! Это великолепная идея, Мастер! Абсолютно гениально! И осуществление потребует минимум…

— Ты!

Люк обернулся. Сзади стоял Угбуз. Слюни стекали с его тяжёлого подбородка. Он смотрел твёрдо и подозрительно.

— Похоже, эти повстанцы твои друзья, не так ли?

Пальцы Люка невольно совершили вращательное движение, помогавшее ему сконцентрировать Силу, достаточную, чтобы придать голосу необходимую мягкость, и он сказал:

— Нет. Это кто-то другой. Я никогда не был с нею рядом.