Чтение онлайн

Джоанна любила летать на антиграве, но иногда — как, например, сейчас — это бывало слишком захватывающе. Проглотив пытающееся выскочить сердце, она глянула через кабину на Странника:

— Сколько у нас высоты осталось?

— Не волнуйся! — пришел жизнерадостный ответ. — Клиренса пока хватает.

Джоанна выглянула в дождливую темноту. Они пролетели, болтаясь и трепыхаясь, через сотни километров тропиканской территории. Как раз перед дождем внизу появились огни — приготовление пищи? Жертвоприношения? Подробностей она не видела, запаха дыма не ощущала, поэтому решила, что шлюпка на высоте не менее тысячи метров. Может быть, внизу все еще джунгли, но Странник утверждал, что слышит несмолкаемый рокот голосов. Если внизу город, то он не меньше урбанизированных территорий Страума.

Шлюпка дернулась вперед, чуть не перевернувшись. В этом полете такое бывало часто. Странник бросился выравнивать антиграв. Если бы у него не получилось, они бы снова застряли в полете брюхом кверху, а это утомительно. Но на этот раз он справился и вернул шлюпку в правильное положение. Они безмятежно летели еще несколько секунд сквозь темноту, как будто на настоящем самолете.

— На самом деле, — сказал Странник, — высота семьсот пятьдесят метров.

Все его глаза следили за мигающими дисплеями. У Джоанны от одного взгляда на них начиналась головная боль, а в этом полете они все время напоминали о более серьезных проблемах. За много лет больше половины датчиков отказали полностью или стали гнать ошибки. И почти единственными устройствами отображения земли остались для Джоанны и Странника их собственные глаза, смотрящие из открытых окон и сквозь участки корпуса, не перекрытые заплатами антиграва.

По расчетам до более или менее безопасного места приземления, где болотистые берега реки переходили в океан, оставалось около десяти километров. Обычно наилучшая навигационная информация поступала со спутника, висящего на стационарной орбите, но сегодня они ею не пользовались.

— Ты опять придумываешь цифры из голов? — спросила она.

Собакообразная голова повернулась к ней, морда погладила ее по руке.

— Ага, — ответил он, — но только последние значащие цифры. — И естественно, теперь, когда они опустились действительно низко, Странник слышалземлю. — Небольшая неточность того стоит. Наверняка Невил и компания даже не заметили, что мы летим сегодня не к Доменной Горе.

— Ага.

Завтра они быстро глянут — и уносить ноги.

— Ерунда, в общем, — сказал Странник. — Только давно надо было это сделать.

Ливень не ослабевал, но ветра практически не было, и шлюпка плыла в воздухе со скоростью нескольких метров в секунду. Странник утверждал, что управление улучшается, когда на полу кабины скапливается вода.

Они спустились по-настоящему низко; в воздухе стоял легкий запах сточных вод и животных. Эти запахи не были неожиданностью: моряки и фрагменты тропиканцев говорили о самых больших на планете городах, невероятно густонаселенных. Бездумная урбанизация, уничтожившая когерентную мысль, — не зря ее назвали Хором Хоров.

— Они громче обычного, — сообщил Странник. — Какая-то толпа поет вместе. Но вроде бы им это нравится, судя по звуку… ха, это может быть непрерывный секс.

Они спустились так низко, что Джоанна снова увидела огонь, но он почти все время был скрыт, только иногда вспыхивал там и сям, да вставала кое-где стена дыма. Джоанна посмотрела направо и вверх.

— Странник! Это что-то летающее?

Шлюпка качнулась — два тела Странника повернулись посмотреть, куда она показывает.

— Ничего не вижу. Но шумы действительно странные.

Поскольку орбитальный модуль оживили, были попытки спутникового наблюдения за континентом — в том числе за тропическими землями, которые ни одна стая никогда не исследовала. Проблема была в том, что оптика модуля состояла практически из световых датчиков, дававших разрешение на местности около тысячи метров — куда хуже того, что показал на подлете «Внеполосный» десять лет назад. Сейчас антиграв должен был перелетать устье Шкуры. Здесь располагались самые плотно заселенные поселки — как по наблюдениям «Внеполосного», так и по морским легендам.

Таинственный свет погас, но Джоанна поняла, что слева от нее, мерцающее, еле заметное, находится созвездие огней. Что-то большое и неподвижное — форму не определить в такой дождь.

— Мы на четырехстах метрах, прямо на пути к нашему болотистому ночному укрытию. Слушай, я тебе говорил, как я — или почти-я — провел здесь декаду пару сотен лет назад? Вот тогда я ближе всего подобрался к Хору. — Он снова замолчал, прислушиваясь. — Шум толпы стих. Наверное, болото уходит в глубь суши дальше, чем мы думали. Могли бы, наверное, сесть прямо здесь.

— Но давай не надо? — попросила Джоанна.

— Ладно, не станем. Но завтра будет интересно. Даже не орудуй тут Магнат, столько тут всякого, чего мне много лет до смерти хотелось увидеть…

Раздался громкий шум. Шлюпка сделала сальто и понеслась к земле.

— Странник!

— Это не я! — крикнула пятерка, явно борясь с рычагами управления. Такого Джоанна не помнила, разве что в те разы — как в давнем-давнем «случайном» полете Странника к луне, — когда он сам создавал ситуацию. — Подъемная сила слева упа…

Шлюпка перевернулась и закачалась туда-сюда на единственной опорной точке с правого борта. Бывало, что антигравитационной ткани удавалось договориться с законами физики, как ушлому адвокату. Возможно даже, что сейчас подъемной силы окажется больше, чем раньше.

А может быть, и нет: что-то щелкнуло, и они снова начали падать. Странник собрался вокруг Джоанны, двое из его элементов высунули головы, щелкая челюстями на дожде. Каким-то чудом он ни одного из себя не потерял и через секунду вернулся, зажимая тугую ткань.

— Держи! — сказал он. — Не выпускай!

Она взялась за край оставшейся антигравитационной ткани. Та задергалась в руках, будто живая, стараясь вырваться. Остальное подхватил Странник всеми своими пастями, дернул ее туда-сюда, чтобы удержать лодку в воздухе, но теперь уже без всякого автоматического управления.

— Не вылезем! — крикнул он.

Но они уже не падали — опускались, просто намного быстрее, чем это безопасно для здоровья.