Чтение онлайн

–  Ты не выживешь здесь.

–  Рядом с тобой я выживу где угодно. Я не столько устал от мира, сколько от решений. Я устал решать. Устал пытаться найти решение.

–  Но именно этим мы здесь и занимаемся, - произнесла она, немножко отстраняясь от него.

–  Здесь мы можем быть не разумом, но детьми этого разума. Мы можем быть руками и ногами, губами и языком. Мы можем исполнять, но не решать.

Тихонько охнув, он встал на колени и сел прямо на землю, устроившись среди невысоких побегов картофеля. Грязной рукой он вытер лоб, хотя знал, что это не поможет, лишь превратит пыль в грязь.

–  Ты так все красиво изложил, Эндрю, что я почти поверила тебе, - сказала Новинья.
– Неужели ты решил отказаться от роли героя в собственной саге? Или это очередная хитрая уловка? Ты теперь решил уйти в монастырь и стать самым великим среди нас?

–  Знаешь ли, я никогда не жаждал величия и славы. Которых, кстати, никогда у меня не было.

–  Эндрю, ты такой прекрасный рассказчик, что сам веришь в собственные сказки.

Эндер поднял голову.

–  Прошу тебя, Новинья, позволь мне жить рядом с тобой.

Ты моя жена. Моя жизнь лишится смысла, если я потеряю тебя.

–  Мы можем жить здесь как муж и жена, но мы не сможем…, ну, ты знаешь…

–  Мне известно, что "фильос", вступая в орден, отказываются от вступлений в интимную связь, - кивнул Эндер.
– Но я твой муж, И поскольку я все равно ни с кем не занимаюсь сексом, в число этих "ни с кем" я могу включить и тебя.

Он криво улыбнулся.

Она ответила ему печальной, сочувствующей улыбкой.

–  Новинья, - снова заговорил он, - меня больше не интересует жизнь. Во всем мире для меня осталась одна только жизнь - твоя. И если я потеряю тебя, мне больше не за что будет держаться.

Он сам не до конца понял смысл сказанного. Эти слова сами сорвались с его губ. Он знал лишь одно: им управляла не жалость к себе, он сказал чистую правду. Не то чтобы ему в голову лезли мысли о самоубийстве, отшельничестве и прочих глупостях. Скорее он как будто затухал. Терял силы. Лузитания казалась ему все менее и менее реальной. Рядом с ним по-прежнему находилась Валентина, его сестра и верный друг. Она напоминала ему скалу, ее жизнь была реальной, но он не видел этого, потому что Валентина в нем не нуждалась. Пликт, его непрошеная-незваная ученица, может, и нуждалась в Эндере, но не в живом, реальном человеке, а в его образе. Так, кто там еще? Дети Новиньи и Либо, которых он воспитал как своих собственных, которых любил как своих собственных детей… Они уже повзрослели, а поэтому перестали нуждаться в Эндере. Джейн, которая однажды чуть не самоуничтожилась, когда он на какой-то час лишил ее своего внимания, тоже не искала его общества, потому что у нее был Миро, а потом еще появился Питер…

Питер. Юная Валентина. Откуда они взялись? Они украли его душу и забрали с собой. Они совершали поступки, которые когда-то совершал он сам. А Эндер тем временем ждал на Лузитании и…, тихонько угасал. Вот что он имел в виду. Если он потеряет Новинью, что удержит его в теле, в котором он несколько тысячелетий путешествовал по вселенной?

–  Здесь я не могу решать, - покачала головой Новинья.

–  Можешь, - сказал Эндер.
– Ты сама должна решить, нужен ли я тебе как один из "Ос Фильос да Менте де Кристо".

Если это так, то с остальными препятствиями, думаю, я справлюсь.

Она язвительно рассмеялась:

–  Препятствия? Такие люди, как ты, не знают слова "препятствия". Всевозможные преграды для них лишь ступени, по которым они поднимаются вверх.

–  Такие люди, как я?

–  Да, такие люди, как ты, - подтвердила Новинья.
– Хотя подобных тебе я никогда не встречала. Как бы я ни любила Либо, он ни разу в жизни не был настолько живым, как ты обычно.

Впервые я поняла, что люблю, когда полюбила тебя. Я скучала по тебе больше, чем по своим детям, больше, чем по родителям.

Больше, чем по всем тем людям, которых я когда-либо любила и потеряла. Но то, что думаю я только о тебе одном, вовсе не означает, что людей, подобных тебе, не существует. Вселенная велика. Ты ж не можешь быть единственным в своем роде, а?

Он раздвинул картофельную ботву и мягко положил ей руку на бедро.

–  Значит, ты по-прежнему любишь меня?
– спросил он.

–  Ты за этим пришел? Чтобы выяснить, люблю ли я тебя?

–  Отчасти, - кивнул он.

–  Люблю, - сказала она.

–  Значит, я могу остаться?

Она разрыдалась. Громко и безутешно. Опустившись на землю, она закрыла лицо ладонями; совершенно забыв про хрупкие, ломкие стебли растений, он пододвинулся к ней, чтобы обнять ее, прижать к себе. Выплакавшись, она повернулась и, обвив его шею руками, прижалась к нему крепко-крепко, так же, как он - к ней.

–  О, Эндрю, - прошептала она охрипшим и севшим от рыданий голосом, - неужели Господь Бог настолько любит меня, что возвращает тебя в мои объятия? Именно сейчас, когда я так в тебе нуждаюсь…

–  Я буду с тобой, пока смерть не разлучит нас, - пообещал Эндер.

–  Смерть я уже видела, - сказала она.
– И поэтому молюсь, чтобы на этот раз Господь забрал меня первой.

Из всех обгоняющих свет судов, которые под командованием Джейн то ныряли во Вне-мир, то возвращались в привычную вселенную, только шаттл Миро выглядел как настоящий космический корабль. Да и то только потому, что когда-то этот шаттл доставлял пассажиров и груз с борта огромных межзвездных транспортов, время от времени появлявшихся на орбите Лузитании. Однако новые корабли могли перемещаться непосредственно с одной планеты на другую, поэтому нужда во всевозможных системах жизнеобеспечения и горючем сразу отпала.