Чтение онлайн

На мосту машина попала в затор. Краном вытаскивали из реки опрокинувшийся автобус. В мелькающем свете маячков белая туша экскурсионного «хюндая» повисла на стальных канатах, как пойманный кит, из щелей под напором хлестала вода. На брезенте, прямо на тротуаре, в ряд выкладывали утопленников.

— Опа, опа, Америка-Европа! — весьма к месту забормотал таксист, объезжая заграждение и регулировщика с жезлом. — Эй, камрад! Водила бухой, что ли, был?!

— Двадцать семь китаёз утопил, придурок! — замахал жезлом мокрый полицейский. На миг из мрака выплыло молодое смеющееся лицо. Гризли при виде зубастой улыбки передёрнуло. — Надоело, видать, экскурсии возить, умора…

Водитель такси явно намеревался вылезти и поболтать с крановщиком, но сзади отчаянно засигналили, и он нехотя взялся за баранку. Гризли слегка перевёл дух. С каждой минутой на улицах становилось всё больше транспорта, разогнаться до сотни вряд ли бы получилось, но теперь учитель заметил кое-что, напугавшее его больше, чем смертельные автогонки.

У шофёра были слишком волосатые руки и слишком волосатый затылок. Счётчик он не включал вовсе. А переднее пассажирское сиденье и пол под ним превратились в свалку пищевых отходов. Там дребезжали и катались упаковки из заведений фаст-фуда, пустые пластиковые бутылки, тубы от чипсов и недоеденные куски хот-догов…

Однако машина шла ровно. Гризли решил, что дотерпит.

Утренний город походил на плоскую декорацию, в которой кто-то пробил чёрные жерла переулков. После моста усатый шофёр еле спас машину от ярко-красного грузовика «кока-колы». Непрерывно сигналя, занося зад на поворотах, грузовик пронёсся по тротуару, с диким скрежетом толкая впереди себя будку автобусной остановки.

Таксист выругался и захохотал. Из переулка наперерез бросилась щуплая человеческая фигура.

Завизжали тормоза микроавтобуса, едущего впереди в левом ряду. Такси дважды подпрыгнуло на чём-то мягком. Гризли ударился головой о потолок, вцепился в сиденье. Больше всего в эту минуту ему хотелось скрестить пальцы, ущипнуть себя и проснуться. Очкарик со смехом выровнял машину, затем полез рукой под сиденье, опустил спинку и до предела отодвинулся назад. Гризли с замершим сердцем следил, как шофёр играет в гонщика. Каким-то образом, почти лёжа, коротышка ухитрялся, чуть ли ни обнимать руль. Его волосатые руки почти по локоть торчали из укоротившихся рукавов курточки. Стальной браслет на запястье лопнул, циферблат часов отлетел Гризли на колени.

«Ни слова, не скажу ему ни слова! — повторял себе Гризли — Только бы доехать, только бы».

Минуту спустя таксист снова заложил вираж под красный сигнал светофора, затем повторил манёвр, при этом срезав через газон и бордюр высотой в двадцать сантиметров.

Крепления глушителя оторвались, колпак отскочил в сторону, будто камень из пращи, защита картера заскребла об асфальт. Позади развевался шлейф искр. Шофёр захохотал и показал пассажиру оттопыренный большой палец.

«Мы только что задавили человека, — сказал себе учитель физики — Мы только что запросто переехали человека».

— Ещё чуток, и ушла бы бабка! — весело произнёс шофёр.

— Это всё команчи, — сказал Белый Джо и плюнул на стенку салуна. Плевок вышел удачным, попал в левый глаз намалёванной там грудастой красотке. Билли-Большой Шмель прицелился и плюнул в свою очередь, но опять не точно.

— Почему команчи? — удивился Гарри-Огурец. — Все команчи давно свалили отсюда…

Гарри уже битый час швырялся ножом в барную стойку. Нож втыкаться не желал, упорно разворачивался в полёте рукояткой вперёд.

— Ну и что? — Белый Джо хлебнул из горлышка, звякнул бутылкой о стол. — Кто-то свалил, а много осталось. Мой старик говорит — этих змей ещё полно. А он-то соображает получше тебя…

— Твой старик вечно пьяный! — засмеялась крошка Лу. — Что он может соображать?

— Подумаешь, пьяный. Зато он всегда при заказах, не то, что другие.

— Что толку с его заказов? — Билли-Шмель переставил табурет поближе к окну, чтоб держать под контролем водокачку. — У вас дома жрать всё равно нечего. Поехал бы лучше на фабрику…

— Заткнись! На фабрике пускай гробятся всякие придурки вроде тебя. Там, один чёрт, ни гроша не заработаешь. Мой знаешь что говорит? «Пусть дураки пашут на эту говённую власть, а я им копейки не дам!».

— А твой, зато, в тюряге сидит. Ты вообще своего старика хоть помнишь?

— А вот и помню, — обиделся Билл. — А, между прочим, твой новый дружок, сосед Рыжий, тоже команчи!

— Это какой Рыжий? — поинтересовался Огурец.

— А тот, что за дорогой раньше жил, братана его ещё зарезали, помнишь?

— Он сопля ещё, мне дружком быть. Но брат его вроде был нормальный парень, как я, — Джо помотал головой. — Дай-ка мне ещё виски!

— Может, для тебя он и нормальный, — скривила губы Лу, — а мне сеструха рассказала, отец у него — точно команчи!

— Ну и что с того? — Гарри тоже потянулся сделать пару глотков.

— Что, что… Жадюга он и гад. Корчит из себя шибко умного, занят он вечно, видите ли…

— Это точно, они все такие… Но Рыжий вряд ли, — Белый Джо откинул голову и плюнул изо всех сил. — Хотя… не знаю. Мой старик говорит, от них вся беда. Пока белые работают, они только воруют, и золотишко своим бабам покупают.

— А как это — отец команчи, а мать, выходит, — белая? — Гарри почесал револьвером под шляпой. — Что ж она с команчи связалась, если они такие гады? Она что, не знала, что ли?

— Знала… не знала… Они хитрые все, вот он её и обманул.

— Это верно… — кивнул Большой Шмель. — У них хитрожопость эта в крови. Папаша Рыжего, знаете, как бабки делает? Одну лавку он держал у рыбаков, потом специально напоил начальство на фабрике, и они, по пьяному делу, ему там тоже лавку разрешили открыть.

— Вот гнида, люди вкалывают, а он только успевает деньги в банк отвозить!

— А Сержант? Сержант тоже, видать, команчи. Всю ночь торгует спиртным и в два раза дороже, чем днём, хотя запрещено.

— Да говорю я, много их ещё, — Белый Джо отошёл ещё на шаг и плевал теперь, наклоняясь вперёд всем корпусом. Ему хотелось поразмяться, боль в груди не проявлялась с такой силой, как раньше, но он никак не мог отделаться от противного комка, возникавшего про каждом глотке. — Сержанта уже и били два раза, и предупреждали, чтоб убирался отсюда, а он — ни в какую… Ещё я слышал, землю купил, будет там свиней разводить! Представляете? Мало от них самих воняет, ещё свиней здесь не хватало!