Чтение онлайн

Чувства миссис Хендерсон были куда более конкретными.

– Надин, думаю, тебе нужно взять из аптечки пластырь и заклеить это безобразие, – сказала она холодно. – Мне не доставляет никакого удовольствия на него смотреть. Надеюсь, ты осознаешь, насколько необдуманно поступила, позволив кому-то такое с собой сделать? Это свидетельство неуважительного к себе отношения. Не говоря уж о серьезном риске инфекционного заражения.

– Да вам просто завидно, – тихо буркнула в ответ Надин.

Однако была услышана и получила заслуженное наказание.

Миссис Хендерсон оставляет нас одних дописывать фразы, а сама убегает следить за тренировкой по хоккею.

– Не понимаю, почему мне нельзя взять и уйти, если я уже закончила со своей писаниной, – возмущается Надин.

– Она просила подождать до ее возвращения.

– Бред какой-то. Она не имеет права делать мне замечания насчет моего внешкольного времяпрепровождения, – говорит Надин, ковыряя пластырь на шее.

– А что твои родители сказали, когда увидели засос?

– Ты что, спятила? Дома я замотала вокруг шеи платок, чтобы они не заметили. Если они узнают про Лиама, мне крышка.

– Послушай, Надин, – говорю я.

– Чего? – отзывается Надин, даже не глядя в мою сторону. Она достает из рюкзака глянцевый журнал и лихорадочно перелистывает страницы.

Раньше Надин терпеть не могла глянец. Читала только любительские музыкальные издания и книги ужасов. А теперь читает рубрику полезных советов для девочек с таким видом, будто от этого зависит ее жизнь.

– А как это – получить засос? Что ты почувствовала?

Надин пожимает плечами.

– Ты сама захотела, чтобы он это сделал?

– Ну, он-то хочет от меня гораздо большего.

– И… ты ему это позволяешь?

– Ну, кое-что, – уходит от ответа Надин. – Послушай, только не рассказывай об этом никому, ладно? Даже Магде, – просит она после недолгой паузы. Хотя нас в классе всего двое, она перешла на шепот.

– Надин! – изумленно восклицаю я.

– А что такого? – отвечает Надин. – Если честно, Элли, то ты ведешь себя совсем как ребенок.

– Вовсе нет.

– Все занимаются этим со своими парнями.

– Так уж и все?

– Ну, разве что кроме вас с Дэном, – категорично замечает Надин.

Я пытаюсь представить себе такого рода близость с обоими «своими» Дэнами. Когда я представляю себя с воображаемым Красавчиком Дэном, то чувствую, как у меня учащается пульс. Когда представляю, что делаю это с реальным Дэном, то чуть не лопаюсь от смеха.

– Чего ты улыбаешься? – спрашивает Надин. – Выходит, вы с Дэном все же занимались всякими глупостями?

Вот именно: как раз глупостями-то мы с ним и занимались!

– Случая как-то подходящего не представилось, – бормочу я. – Мы же с ним теперь редко видимся.

Дэн (реальный, разумеется) все упрашивает меня приехать к нему в гости или предлагает самой пригласить его в Лондон. Я постоянно отказываю ему и в том и в другом под всяческими благовидными предлогами, отчего чувствую себя неловко. Думая о том, как же мне надоела вся эта ситуация, я тяжело вздыхаю.

– Ты сильно по нему скучаешь, Элли? – участливо спрашивает Надин. Она обнимает меня за плечи, сминая при этом свой глянцевый журнал.

Я утыкаюсь ей в бок, чувствуя себя безумно перед ней виноватой.

– Просто… Как бы мне хотелось все тебе объяснить… – шепчу я.

– Знаю-знаю, – шепчет в ответ Надин, хотя понятия не имеет, о чем я. – У нас с Лиамом все тоже не слишком гладко. Вчера мы с ним как раз поругались.

– Из-за чего?

– Потому что я не хочу идти до конца, понимаешь? Просто я еще к этому не готова. А в журнале пишут, что ты не должна делать это, если чувствуешь себя не готовой. Вот, смотри. – Она дотягивается до журнала и показывает мне колонку с письмами читательниц.

– Так, где это… А, вот, нашла: «Так что не позволяй своему парню…» Ого! «А если он жалуется, что его прибор…» Какой еще прибор? Бритвенный, что ли?

Мы обе прыскаем со смеху.

– Да нет же, это его… ну, в общем, ты поняла… то самое.

Ах, ну да. Теперь даже до меня доходит. Я дочитываю письмо читательницы до конца.

– То есть Лиам тебя принуждает, как этот парень из письма?

– Вчера принуждал. Он сказал, что и так уже долго терпел. И что, наверное, я недостаточно сильно его люблю. А я сказала, что очень его люблю, но просто еще не готова. А он ответил, что если я сейчас не готова, то никогда не буду, и что выходит, будто я не хочу, чтобы наши отношения развивались, – говорит Надин чуть не плача.

– О, Надин… Он ведет себя как какой-то бесчувственный… прибор, – говорю я, надеясь ее рассмешить, но у Надин по щекам уже вовсю текут слезы.

– Нет, Элли, я, конечно, все понимаю… Ему, наверное, так тяжело сдерживаться…

– Ерунда! Послушай, ты не обязана делать это ради него. Тебе же всего тринадцать! На самом деле это даже противозаконно.

– Да кому какое дело. К тому же, знаешь, никто из бывших подружек ему не отказывал.

– Что и требовалось доказать! Ты что, хочешь пополнить ряды его пустоголовых бывших подружек? Эй, Надин, где твои мозги?

– Вот и мне частенько хочется об этом спросить, – подхватывает миссис Хендерсон, влетая в класс.

Надин прячет журнал под парту и опускает голову, чтобы прикрыть волосами зареванное лицо.

Миссис Хендерсон подходит ближе. Она выглядит встревоженной.

– Что у вас стряслось? – спрашивает она уже совсем другим, мягким голосом. – Может вы, конечно, и считаете, будто я прилетела сюда с другой планеты, но возможно, я тоже могу чем-то помочь?

Надин ерзает на стуле, занавесив лицо волосами. Я сверлю глазами коленки.