Чтение онлайн

— Счастливого Рождества, малышка, — говорит папа, подходит и небрежно целует меня в щеку.

— Фу. Не обязательно, — бормочу я. — Вы все слишком счастливы, — заявляю я, глядя на всех.

— Сегодня Рождество, почему бы нам не быть счастливыми? — Говорит Титч, подпрыгивая на пятках, как взволнованный ребенок.

— И вы все переспали прошлой ночью, — усмехаюсь я, заставляя Каса и Спайка выплюнуть по глотку кофе, который они оба выпили.

— Эмми, — ругает папа.

— Что? Ты женился, но, к счастью, ты была там… — Я указываю на пристроенную к домику на дереве часть домика, в котором остановились молодожены. — Но эти три пары… — Я пронзаю каждого из них взглядом: — Некоторые из них или все они прошлой ночью занимались этим, как кролики. Верно. Прямо над моей головой, — указываю я, приподняв бровь.

— Ревнуешь, малыш? — Титч спрашивает, к большому ужасу моего отца.

— Эмми, не отвечай на это, — рычит он.

— Тьфу, держи свои волосы, старик. Я не хочу трахать твоих старых, морщинистых друзей.

Выражение их лиц — это буквально все.

Правда в том, что друзья моего отца горячие. И не такие уж старые. Но вывести их из себя слишком легко.

Все женщины сдерживают смех, в то время как парни выглядят совершенно оскорбленными.

— Я покажу тебе "старика", малыш, — начинает Титч, отбивая руку Данни в сторону, прежде чем она успевает его остановить, "и я подниму тебе это". Он приподнимает рубашку, демонстрируя нам свою упаковку из шести банок.

— Фу, убери это, — жалуется Зак. — Эмми не впечатлит твое пивное нутро. Это, с другой стороны…

— Ладно, ладно, — говорю я, поднимая руки. — Это не должно было превратиться в соревнование по измерению члена. Я просто—

— Так и должно быть, — добавляет Спайк, впервые присоединяясь к разговору. — Мы все знаем, что я бы победил без раздумий.

— Я думаю, я могла бы вернуться в постель. — Я знаю, это моя вина, я толкнула зверей, но тьфу. Я не могу справиться с приливом тестостерона.

— Не хочешь позавтракать? — Спрашивает меня Пайпер, игнорируя парней, когда они начинают препираться, как маленькие дети.

Это не так уж сильно отличается от того, как Тео и его друзья ведут себя вместе. Это заставляет меня понять, что на самом деле они никогда не взрослеют.

— Я могу приготовить себе сама. Ты должна наслаждаться собой.

Она не слышит ни слова из этого и принимается готовить второй завтрак только для меня.

***

У нас был отличный день. Честно говоря, наверное, это лучшее Рождество, которое у меня когда-либо было.

В прошлом я проводила большинство рождественских праздников с мамой, но даже те несколько, что я проводила с папой, не были такими.

Только когда Пайпер вернулся в его жизнь, я по-настоящему оценила, насколько грустным и одиноким он был. Всегда чего-то не хватало, темнота в его глазах, о которой я никогда ничего не знала.

Но в ту секунду, когда он снова увидел ее, он словно вернулся к жизни.

Теперь он совершенно другой человек. Единственное, что от него исходит, — это счастье и удовлетворенность. Мне нравится это видеть. Даже если это заставляет меня чувствовать себя одинокой.

Я совсем не обижаюсь на Пайпер. Я люблю ее как мачеху; она — все, о чем я когда-либо могла мечтать. Но когда я переехала к папе, я думала, что мы будем вдвоем. Что мы сможем наверстать упущенное время. Но теперь у него новая жизнь, и иногда, как сейчас, когда они все шутят со своими друзьями, я не могу избавиться от чувства, что мешаю.

Я люблю всех этих парней как родных, но я не могу избавиться от ощущения, что они не совсем в себе, когда я рядом, благодаря тому, что папа отчитывает их за их язык и поведение, в чем совершенно нет необходимости. Если бы они имели хоть какое-то представление о том, что я видела и пережила, они, вероятно, пришли бы в ужас.

— Ты в порядке? — Спрашивает Кас, опускаясь на диван рядом со мной.

Кас всего на несколько лет старше меня. Насколько я понимаю, у нее также было не совсем обычное воспитание. Когда мы встретились в первый раз, я поняла, что она заполучила меня так, как не удается большинству других людей.

— Да, я в порядке. Устала.

— Мне жаль, что мы не дали тебе уснуть прошлой ночью. — Ее ухмылка и слегка порозовевшие щеки говорят мне, что большая часть шума, который мне пришлось вынести, исходила от нее и Спайка. Бьюсь об заклад, ее старший брат был в восторге, если предположить, что он сам не был слишком занят.

— Все в порядке. По крайней мере, некоторые люди начинают действовать.

Какое-то мгновение она пристально смотрит на меня. — Тогда действительно никакого парня на горизонте, да?

Титч подшучивал надо мной ранее по поводу школы и мальчиков, но, черт возьми, я собиралась признаться в том, что на самом деле происходило в моей жизни.

— Нет. И мне он не нужен.

— Девочка, нам никогда не нужен парень, — говорит она, подмигивая. — Хотя я уверена, что ты могла бы воспользоваться одним из них.

Я смеюсь над ней, но не могу отрицать, что она права.

Тео, отказавший мне прошлой ночью, только укрепляет мою решимость пойти куда-нибудь и найти кого-нибудь, кто был бы готов заставить меня кричать.

Может быть, мне стоит просто вернуться в Ловелл, найти Арчера и позволить ему поработать надо мной. Я сомневаюсь, что он откажется.

Мысль о том, что кто-то другой прикасается ко мне, заставляет мою кровь стыть в жилах.

Черт возьми.

Я ненавижу, что у него есть такая власть надо мной. Его даже нет здесь, и все же он контролирует мои чертовы мысли, мое тело.

Вероятно, это именно то, на что он надеялся. В конце концов, он жадный до власти придурок.

— Давайте сыграем в Монополию, — гремит Титч, заставляя всех застонать.

— Ты жульничал в прошлый раз, как будто, черт возьми, я буду с тобой играть, — жалуется Зак.

— Я, блядь, не жульничал. Ты просто обиженный неудачник. Просто потому, что ты босс, это не значит, что ты лучший.

— Я оставлю тебя в покое, лягу пораньше, — говорю я, хотя могу признаться себе, что это ложь.