Чтение онлайн

– И… и, что вы… Что вы будете делать?.. – но ещё сложнее было говорить в подобном состоянии, когда буквально сходишь с ума и мечтаешь продлить эти ощущения до бесконечности.

– Что я буду делать? – ответный хриплый смешок мужчины мне почему-то не понравился. Хотя на какое-то время мне показалось, что я увидела в его взгляде нечто большее, чем пугающую «пустоту», когда он рассматривал меня со столь близкого расстояния, будто под прицелом мощнейшего микроскопа, от которого невозможно скрыть ничего. Мне даже всего на пару мгновений почудилось, что он готов был меня вот-вот поцеловать, из-за чего я чуть было сама не потянулась к его тёмным лепным губам.

– Наверное, то, что и до этого. Заниматься своей жизнью и личными проблемами.

– Но… а я?..

– А что ты? Разве я тебе что-то обещал?

– Но… Как?.. Я же! – в этот раз у меня не просто дико закружилась голова. Я чуть было реально не пошатнулась и не упала на пол, тем более после того, как Стаффорд вдруг убрал от меня свои руки и, как ни в чём ни бывало, снова откинулся на спинку кресла. Не держись я в это время за его бёдра, наверное, точно бы грохнулась.

– А тебе, девочка, лучше вернуться домой, пока совсем не стемнело. И выброси все эти глупости из своей милой головки, пока не наберёшься реального жизненного опыта и не поймёшь, каких ты ещё не успела наломать дров.

Он не может говорить всё это всерьёз. Ещё и улыбаясь, словно сущий Дьявол, только что получивший своё или сожравший очередную невинную душу, ничего при этом не дав взамен.

– П-пожалуйста!.. Мистер Стаффорд! Вы… вы же!

– Давай только без истерик, Дейзи. Не забывай, где ты находишься, и кому принадлежит этот дом (и не один только дом, если уж говорить начистоту). Считай, это тебе маленький урок на будущее. Чтобы думала перед следующей попыткой влезть в очередную аферу, чем она на самом деле может для тебя закончится. И, спасибо, конечно, за минет. Он был почти незабываем.

Даже не знаю, что хуже. Получить, к примеру, от парня, в которого ты влюблена до беспамятства «вежливый» от ворот поворот, или же, глядя в бездушные глаза самого Рейнальда Стаффорда, услышать из его ухмыляющихся уст ЭТО! Не знаю, как вообще назвать подобный ответ. Жёсткой оплеухой? Окунанием лицом в грязь (или в более омерзительную субстанцию)?..

Я и без того ощущала себя не в своей тарелке, испытывая дичайший стыд за то, что ему предлагала, и до чего, в конечном счёте опустилась, а теперь… Боже правый! Кажется, я не верила в произошедшее даже тогда, когда как сомнабула вышла за бдительно охраняемые ворота особняка Стаффордов, и, практически не глядя, куда иду, двинулась, чисто на автомате, по подъездной аллее на Лейк Мендосино Драйв. Большая часть предшествующих этому событий тоже не осела в моей памяти. Лишь какие-то рваные обрывки, связанные с полосующей душу паникой и убийственным желанием провалиться сквозь землю. Кажется, я не могла тогда даже разревется, хотя колотило меня крупной дрожью до такой степени, что хотелось попросту упасть на пол и заорать во всю глотку.

Я вообще не знаю, как сумела одеться и как дошла до ворот. Прохлада позднего вечера тоже мало чем помогла. Я просто шла вперёд, обнимая себя за предплечья и едва ли понимая, что делаю и куда направляюсь. А весь окружающий меня мир, обступив со всех сторон мрачной панорамой изученного мною вдоль и поперёк родного городка, безучастно взирал на меня почти уже чёрным небом и густыми кронами деревьев, освещёнными вдоль дороги фонарными столбами и схожими сейчас больше всего со зловещими сказочными монстрами.

В какой-то момент у меня вдруг возникла мысль свернуть направо и дойти до озера… Но, видимо, она так же резко стёрлась из памяти, как и появилась там до этого. В итоге, я так и продолжала идти. Не проронив за весь свой немалый путь ни слезинки и даже не додумавшись вызвать такси.

Кое-как пришла в себя, наверное, когда добралась до родительского дома. И то, едва ли это было можно назвать «прийти в себя». Скорее, отпустила. Позволила накопившимся за это время безумию и боли прорваться наружу, выплеснув их через надрывные рыдания и беспомощное катание по полу. Мне не просто хотелось тогда сдохнуть, мне реально казалось, что я уже подыхаю, поскольку ничего схожего со всеми своими прошлыми ужасными переживаниями и потерями я точно никогда не испытывала. Даже когда умер папа, даже когда узнала, что могу вскоре потерять и маму…

Нет, это было другое. Это был предел, который тебя либо вот-вот прикончит, либо… На счёт предполагаемой альтернативы у меня вообще не было никаких идей. По-моему, после такого выжить невозможно. Иначе, придётся с этим теперь существовать до конца своих дней. С этой жуткой, буквально изъедающей изнутри чёрной дырой сводящего с ума отчаянья, выворачивающей наизнанку боли и отупляющей безнадёжности.

Я не помню, сколько так провалялась на полу гостиной (ибо подняться тогда на второй этаж в собственную спальню у меня уже не хватило ни сил, ни желаний), то безустанно рыдая, то ненадолго зависая в бездумной прострации и тупо глядя в потолок едва ли осмысленным взглядом. Думать вообще не хотелось. Мне хватало с лихвой и того, что мне пришлось до этого пережить, и что до сих пор резало и кромсало меня, будто невидимыми ножами, не собираясь останавливаться или прерывать свою смертельную пытку хотя бы на недолгую спасительную паузу.

Поэтому я так и не поняла, почему не сдохла, хотя по ощущениям была на грани. А может и сдохла, просто… откуда мне знать, что на самом деле происходит в такие моменты. Может всё так как раз и бывает. Когда твоя агония затягивается до бесконечности, превращаясь в реальный ад, по которому ты должна теперь проползти на окровавленном брюхе до очередного круга или врат. По крайней мере, ты убеждаешься снова и снова, что всё это по-настоящему. Тебе это не приснилось и ждать чуда бессмысленно. Рейнальд Стаффорд тебе не перезвонит и не скажет самодовольным голосом, что на деле тебя разыграл, и что он уже связался с больницей, где лежит моя мать, оплатив все нынешние и будущие счета, и даже заставил владельцев сайта по нелегальным торгам живым товаром сделать откат по моей заявке.

Нет. Всё это не произошло. Ни через час, ни через два, и ни на утро следующего дня тоже. Тем более, что заснуть у меня так и не вышло. Максимум, на что меня хватило, это кое-как подняться с пола где-то уже в час ночи и кое-как доковылять до ванной, придерживаясь обеими руками за встречную мебель и стенки коридоров. После чего просидела под очень горячим душем где-то ещё больше часа, так и не сумев в итоге согреться. Меня трясло от озноба и лёгкого переохлаждения (следствия лежания на непрогретом полу) ещё очень долго. Не помогли ни тёплые носки, ни толстый флисовый халат, который я по обыкновению надевала лишь зимой в самые холодные вечера. Зато плакала уже не подолгу и, скорее, рефлекторыми короткими приступами, пусть сил на слёзы (как и самих слёз) уже и не было. Голова раскалывалась будто изнутри от тупой боли, лицо опухло и теперь постоянно хотелось пить.

Мне бы по-хорошему в таком состоянии лечь в постель, под одеяло и попытаться заснуть… Только, увы, в доме, кроме меня одной, больше никого не было, и никто не мог меня заставить сделать это. А единственное «место», которое, как я была уверена, могло помочь мне от всего забыться, находилось в виртуальной реальности глобальной сети. Куда я, в конечном счёте, само собой, и полезла, в первую очередь проверяя электронную почту.

«Мисс Райли, просим внимательно ознакомится с данным письмом и дать на него в самое ближайшее время ответ, для согласования ваших дальнейших действий.»