Чтение онлайн

Чешу нос, а глаза непроизвольно снова натыкаются на этих двоих. Ладони Вероники скользят по обнажённым плечам парня, затем она обнимает его шею и, прижимаясь, льнёт к его груди, ласкаясь словно кошка.

– Тебе пора, Ник, водитель ждёт.

– Ну Ром, – она, судя по интонации, обижается. – Мы в последнее время так мало проводим времени вдвоём!

В голосе Грановской сквозит совсем несвойственная ей нежность и грусть. Она поглаживает его скулу, заглядывая в глаза.

– Да всё как обычно, не выдумывай, – притягивает её за бёдра к себе, и они опять целуются. Очень уж откровенно, если честно.

Огромная луна и свет лампы, что стоит на прикроватной тумбочке, подсвечивают тело, к которому так усердно прижимается девчонка. В какой-то момент ловлю себя на мысли, что не просто подглядываю за ними, а разглядываю Беркутова. Так, спортивного интереса ради…

Если уж по-честному, то этот говнюк очень даже хорош собой. Нет ведь смысла отрицать очевидное. Благодаря многолетнему увлечению рукопашным боем он отлично сложен, что существенно выделяет его на фоне тощих сверстников.

Жар заливает щёки. Не то, чтобы я никогда не видела парней с голым торсом.

«С таким – не видела» – замечает внутренний голос.

Просто… Ну не знаю. У этого всё слишком хорошо. «Идеально даже наверное», – вспоминая его живот, к собственному стыду, думаю я.

Переминаюсь с ноги на ногу и чешу нос, раздражённый весьма приятным запахом. Кажется, начинается ад. Глаза вон уже слезятся. Долго в этой маленькой комнатушке, среди его благоухающих сказочными ароматами вещей я не продержусь.

– Ром, – томно мурлычет Вероника, пока сильные руки поглаживают её спину, спускаются и беззастенчиво цепляют пальцами низ и без того короткого платья. – Можно я останусь?

Прямо почти умоляет, ну ничего себе! Кто это? Точно Ника?

В носу неожиданно щекочет. Сильно так, до невозможного! Мама дорогая! Ещё секунда и я чихну! НЕТ НЕТ НЕТ! Терпи, терпи. Держись! Сейчас пройдёт. Или не пройдёт…

Я присаживаюсь на корточки и закрываю рот рукой.

В общем… Это происходит.

– Рооом, – подозрительно покосившись в сторону тёмной гардеробной, произносит Вероника.

Выражение её лица разительно меняется. В какой-то момент мне кажется, что она смотрит прямо на меня. И он тоже…

В немой растерянности замираю. Н-да… ситуация.

– Ром, там в гардеробной кто-то есть? – наконец, отлепившись от него, изумлённо спрашивает она.

Египетская сила! Как сказала бы бабушка Маша, большая поклонница одного небезызвестного сериала.

АЛЁНА

Вероника, прищурившись, смотрит и смотрит…

В области солнечного сплетения закручивается вихрь. Сердце неистово лупит о грудину, и его стук отдаётся гулкой дробью в ушах. Не дыша, замираю словно статуя и жду неизбежного.

– Кого ты прячешь в гардеробной?

– Девку в трусах, кого же ещё! – обескураживает своим прямым ответом он.

От шока у меня приоткрывается рот и начинает дёргаться глаз. Одурел совсем? Что ж так-то напрямую! Мешок с клапанами и кровью, гордо именуемый сердцем, по ощущениям в этот момент делает тройное сальто.

У Грановской комично вытягивается лицо. Пару секунд она молча хлопает ресницами, в недоумении глядя на своего парня-придурка

– Оочень смешно! – фыркает брезгливо.

Он хохочет.

– Дурак ты, Ром! – оплетает руками его шею.

Вышеупомянутый Беркутов возводит глаза к потолку.

А если бы она меня обнаружила? Представляю реакцию… хотелось бы увидеть озадаченность на её разукрашенном лице. Правда, наверное, я бы услышала немало нелестных эпитетов в свой адрес. Задевает тот факт, что для этих людей я – вроде некачественного товара. Человек второго сорта. Пустое место.

Так захотелось выйти отсюда. Просто чтобы посмотреть на реакцию этой заносчивой стервы. Я бы ещё не раз прокрутила в голове гипотетический исход, но внезапный грохот моментально выбивает из неё все мысли.

Вероника рассерженно смотрит на источник шума. Эту комнату. А я, испуганно покосившись в их сторону, замечаю, как ходят желваки на лице ненавистного одноклассника. Очевидно, он решил, что я таким образом испытываю его терпение. Но в том то и дело, что это не я, честное слово!

– Миу!

Хоспаде…

Прямо передо мной появляется туша некоего странного существа, цепляющегося за благоухающие рубашки Беркутова. Оно издаёт утробные звуки и выглядит совершенно лысым. Я в ужасе выпучиваю глаза, но в мой мозг вовремя приходит осознание того, что это чудовище – всего лишь кот.

– Меееу, – повторяет питомец, совсем неграциозно плюхнувшись на пол.

Кот принимается усердно царапать дверь изнутри, а я, отойдя от первого шока, инстинктивно сдвигаюсь влево. Потому что слышу шаги. Дверь в мою тёмную комнатку приоткрывается, выпуская наружу толстого, истошно орущего сфинкса, и тут же захлопывается.

– Твой мерзкий кот доведёт меня до белого колена! – возмущается Ника.

– Каления, – небрежно поправляет её парень. Его голос близко, а значит это именно он подходил к двери. – Тебе пора. Анатолий давно уже ждёт у входа.

– Ну Ром, можно я останусь у тебя? – подходит ближе, строит ему глазки, поглаживая пальчиками широкие плечи.

– Ник…

– Будет горячо, как ты любишь, обещаю, – с придыханием произносит она в стиле профессиональной порноактрисы.

– Тебе пора, – в его голосе неприкрытое раздражение. – У меня дела с пацанами.

– Дела! – она цокает языком, резко от него отпрянув. – Знаю, какие такие дела! Я слышала про эскортниц, которых хотел позвать Бондаренко! Продолжение банкета, верно? Стриптизёрши тебе нужны, да?