Чтение онлайн

– А я вот не скучаю и не мёрзну, – улыбнулась дочке Старая Нягань. – Меня в такие дни память воспоминаниями греет.

– Да-а, ты давно построена, а я совсем молодая. Где же я такие воспоминания возьму, чтоб осень быстрей пролетела?

– В твоих домах столько староняганцев живёт. Во-о-он там, на Восточном, загляни в окошко к Дине Фёдоровне Чабиной.

Девочка Нягань заглянула и … забыла и про скуку, и про дожди, и про время. Двенадцать внуков окружили бабушку и просят:

– Бабушка Дина, ну пожалуйста, расскажи нам про медведицу! Улыбается бабушка, не отнекивается:

– Слушайте, детки. Дедушка ваш, Николай Григорьевич, работал тогда в тайге. Надолго из дома уходил на работу. Ружьё с собой брал, собак. Возвращался обычно не с пустыми руками. Вот и в ту памятную весну – в самом начале 70-х – решил Николай мне на день рождения сюрприз сделать – глухаря принести. Но так получились, что вместо него принёс он медвежонка.

Где взял? Он с рабочими двух осиротевших медвежат в лесу нашёл. Медведицу-мать, наверное, охотники убили. Осиротевшие медвежата сами всё равно не выжили бы. Вот их люди и приютили. Один из них нам достался. Был медвежонок маленький-маленький, чуть больше кошки.

Вот уж сюрприз так сюрприз! Подумали мы немного, подумали, и так и назвали медведя – Сюрпризом. А позже выяснилось, что Сюрприз наш – девочка. Стали звать тогда её Сюрприза, или Сюрпризанька.

В первую же ночь, проведенную в нашем доме, показала Сюрприза неугомонный свой характер – забралась на кровать, распорола подушки и всю комнату перьями забросала! Нам и смешно, но и хлопотно. Как такую озорницу дома держать? А на улицу или в лес отправить – маленькая она ещё.

На вторые сутки закрыли мы Сюрпризу на кухне. А Мариночка – ей девять лет тогда было – пошла мыть посуду. Поставила тазик на табуретку, воды горячей в него налила, а медвежонок вдруг из-под табуретки выбирается да тазик и опрокидывает. Марина с кухни бегом, а Сюрприза пошла сама по кухне хозяйничать: плитку на пол сбросила, банку сгущёнки разорвала, вся в молоке измазалась и кухню всю испачкала, на стол забралась, на задние лапы встала, в окошко смотрит и взрыкивает: «Мамма, мамма!»

Переселили мы медвежонка в сени. Сюрприза бегает там, а дети её боятся. Она хоть и маленькая, но такая сильная! Да и кусалась настолько больно, что у меня все руки в жутких синяках после общения с ней были.

Решила я её привязать, а для этого ведь поймать зверя нашего нужно. Взяла я клюшку, стала её в угол загонять, а она лопату тут же подбирает и на меня с лопатой! Лопата больше её намного, так ведь удерживает же она её! Ох, и смеялись мы!

Наконец сделали мы для медвежонка в сенях загородку между шифоньером и кладовкой. Жить стало спокойнее. Но через некоторое время отец с рыбалки много рыбы привез – язей да сырков. Мы рыбу в бочках засолили, в кладовке, что с сенями рядом, оставили и в дом ушли. Медведица, чуя рыбный запах, сразу же начала действовать. Трясла, трясла дверцы загородки, открыла их, выбралась. Сначала она почему-то открыла шифоньер. А у меня там бельё постельное было – чистое, в речке студёной выполосканное, на ветерке весеннем высушенное, стопками высокими сложенное. Семья у нас немаленькая, белья много требовалось.

Медведица всё бельишко наше с полок выгребает, потом из бочек вытаскивает рыбу, с бельём всё перемешивает, что-то из рыбы кушает, а что-то в простыни «закапывает». Как мне всё это потом перестирывать пришлось! Стиральных машин таких, как сейчас, в те времена не было!

Ну да ладно, пережили мы это событие, а тут уж и на улице потеплело. Привязали мы Сюрпризаньку на улице, как собачонку. А она вокруг столба цепь крутанула, в столб лапами упёрлась и порвала ошейник. Марина к нам бежит: «Скорей, скорей, там Сюрпризка с привязи сорвалась!» Мы на улицу выбегаем, глядим, а Вася (ему лет 12–13 было) медведицу удержать пытается. На нём и одежды уже нет почти – лохмотья только некоторые болтаются. Весь искусанный-исцарапанный, но не отпускает, держит зверя нашего! Я подбежала, верхом на неё села, и привязали мы её снова.

После Николай протянул от забора к забору длинную проволоку, и цепь мы по ней пустили. Пусть бегает медвежонок, двигается больше, развивается лучше.

Вся Старая Нягань к нам, как в зоопарк, ходила смотреть на Сюрпризу. Детский сад на экскурсии приводили. Прохожие обязательно заглядывали. Угощали Сюрпризку рыбками, конфетами. Мы ребят предупреждали, чтоб близко к ней не подходили – хищник и на привязи может быть опасен. Но дети есть дети – не верят взрослым, пока на собственном опыте не убедятся в опасности. Как-то девочка одна подошла погладить Сюрпризу. Медведица обхватила её лапами и к себе потащила. Слава Богу, что мы недалеко оказались – вызволили девочку. А то бы беда случилась.

День за днём шли, медведица всё больше к людям привыкала. Мужчин только недолюбливала – помнила, как поймали её в тайге когда-то. А со мной она совсем подружилась. Мы с ней в «ладушки» играли – встанет она передо мной на задние лапы и по моим ладоням своими попасть пробует.

А разговаривала я с ней как! Говорю ей: «Сюрпри-и-иза, дай лапу!» А она задом ко мне развернется и лапу заднюю протягивает. Или ещё: «Ляг, полежи, я животик тебе поглажу!» Она на спину ляжет, лапы в стороны вытянет и… улыбается. А иногда сяду я на неё верхом, она задумается ненадолго, потом резко передние лапы согнёт, голову к земле наклонит и задом вверх как поддаст! Я с неё, как с горки, скачусь от неожиданности! Весело жили, дружно.

Как она любила гулять! Я её на цепи поведу, а она вдруг помчится к реке – я лишь за цепь изо всех сил держусь да ногами едва перебирать успеваю. Добежит она до реки, заберется в воду и давай играть, скакать в воде. Очень любила ладонями по воде ударять. Шлёпнет по воде и смотрит, как брызги разлетаются.

Как-то раз сорвалась она с цепи и убежала. Пошли мы с Николаем её искать. А она пришла на Гальяново озеро. Там ребята рыбу ловили. Она из их баночек-бидончиков и червей, и рыбу съела, детей, слава Богу, не обидела. Они, как смогли, разбежались от неё, а один из мальчишек, Слава, остался. Ловит рыбку за рыбкой и ей отдает. Она поняла суть рыбалки и сидит рядом тихонечко, ждёт, когда поплавок на воде запрыгает. Клёв вдруг редким стал. Она устала ждать, когда рыба сама клюнет, и решила лично взяться за дело. Забралась в воду, всю рыбу распугала, потом удочку забрала у Славы, держит её по всем правилам и трясёт так, чтобы поплавок прыгал.

Я позвала её, хлеб протягиваю. Медведица подошла, хлебушек взяла, позволила сесть на себя. Но как только Николай попытался приблизиться, она сбросила меня и убежала. Я стала её банкой с рыбками подманивать в сторону дома, она даже в посёлок зашла вслед за мной, но тут собаки набросились. Медведица и вовсе в лес умчалась. Ладно бы далеко ушла да жила в тайге на свободе, а то ведь поблизости бродит, людей пугает. Нам сообщают о том, что там-то или там-то её видели, я везде бегаю, зову её, а поймать не получается.

Наконец пришёл к нам пастух. Он в стороне от посёлка коров пас. Говорит, что медведица наша к нему регулярно ходит. Приходите, мол, забирайте.

Пришли, смотрим. Пастух медведицу с рук кормит – из сумки-авоськи продукты достает и угощает зверя. Мы подошли, стали беседовать. Она, увидев, что мы отвлеклись, авоську себе на переднюю лапу ручками через локоть одела, как человек, встала на задние лапы и пошла. Идёт, задом вихляет и на нас оглядывается. Так и ушла, не смогли мы её остановить.