Чтение онлайн

– Почему?

– В своей книге…

– Ты серьёзно? – перебил его Анзоров.

– Я знаю, что книгу мы в суде не покажем… Её вообще стыдно кому-либо показывать… но дело в другом: прочитав книгу, я убедился в том, что Зарипов хотел совершить убийство. Он подсознательно искал жертву, а Виктория идеально подошла на эту роль, оскорбив Наиля связью с Шевчуком. К тому же она описала очень красивые обстоятельства собственной смерти, позволив Зарипову, с одной стороны, насладиться творческими потугами, а с другой – подарив надежду, остаться безнаказанным. Я мог бы добавить, что убийство совершено человеком, действия которого, до определённого момента, не вызывали у Виктории никаких подозрений, а значит, в квартире Зарипов был один. Во всяком случае, до тех пор, пока девушка не вырубилась. Но я не стану этого добавлять, потому что убеждён: Зарипов совершил убийство в одиночку.

– Ладно, пусть так, – сдался Анзоров. – Следующий вопрос: родственники Зарипова знали о преступлении? Как вы понимаете, я имею в виду Диляру.

– Мы над этим работаем, – негромко ответил Шиповник.

– Я думаю, Диляра знала, – вдруг сказал Крылов.

– Почему?

– Потому что Погодина ни за что не открыла бы дверь Зарипову. Да и не смог бы слизняк пытать девушку.

– Как раз пытать смог бы. А вот убить так, как убили Погодину, вряд ли, – согласился с молодым оперативником Вербин. – И, поскольку мы решили, что мотив убийства Погодиной – неудачный шантаж, то получается, что семья Зарипова знала о том, что Наиль убил Викторию. Либо знала изначально, либо, когда начался шантаж, Наиль прибежал и поплакался… только не в жилетку, а…

– В блузку, – подсказал Шиповник. – Женщины носят блузки.

– Поплакался мамочке в блузку.

– И мамочка решила проблему.

– В настоящий момент недоказуемо, – хмуро заметил следователь.

– Но убийство Наиля развязывает нам руки – мы можем заняться Зариповыми на законных основаниях.

– Только не увлекаясь, – предупредил Анзоров. – Нам не позволят трогать Диляру без железобетонных оснований.

– Мы будем очень аккуратны, – пообещал Шиповник.

– Надеюсь. – Следователь окинул взглядом свои записи. – Итак, давайте повторим выводы. Наиль Зарипов убил Викторию Рыкову. Вера Погодина заполучила обличающие Наиля факты, попыталась шантажировать и была убита… кем-то. После этого Наиль был убит… кем-то, возможно, мстящим за Веру или за Викторию. Я ничего не забыл?

– Вероятность присутствия серийного убийцы, – скромно произнёс Вербин.

– Преследующего бездарных писателей?

– Тогда бы он был не серийным, а массовым.

– Что за убийца? – Следователь стал серьёзным.

– Это самая невероятная версия, – предупредил Анзорова Шиповник.

– У Феликса нюх на невероятные версии.

– С этим не поспоришь.

Следователь покосился на Вербина:

– Рассказывай.

Разговор не планировался, однако назревал. Основные тезисы давно вертелись в голове, поэтому Феликс, можно сказать, был к нему полностью готов.

– На эту идею меня натолкнул разговор с одной из докторов Виктории Рыковой… – Вербин решил не называть Нарцисс экстрасенсом и уж тем более ведьмой – диплом есть, значит, врач. – Во время беседы промелькнула мысль, что убийца мог искренне верить в то, что оказывает Виктории благодеяние, избавляя от мучений, в которых ей приходилось жить, от ужаса смерти, переживаемого вновь и вновь. Поразмыслив, я попросил ребят припомнить, не было ли у них подобных случаев, и узнал, что два года назад в Москве стая собак насмерть загрызла некоего Михаила Бурмина. Никаких улик, никаких свидетелей, никаких сомнений в том, что это жуткий несчастный случай. И лишь одна подозрительная деталь – Михаил Бурмин страдал точно таким же расстройством, как и Виктория Рыкова. Его посещали видения собственной смерти, в которых…

– Его загрызала стая собак, – догадался Анзоров.

– Да.

– Ого, – присвистнул Крылов. – Ничего себе.

– И ты решил, что эти дела связаны?

– Я просто нашёл похожее дело.

– И предположил серийного убийцу?

– Да.

– У тебя есть хоть что-то в поддержку этой версии?

– Женщина, купившая шесть кукол в интересующее нас время.

– Та случайная женщина?

– Случайная женщина, случайная уличная банда… в этом деле полно случайностей, не находишь?

– Зато ни одной толковой улики, – протянул Анзоров. Затем помолчал с полминуты, тщательно обдумывая слова Феликса, после чего произнёс: – И ты считаешь, что серийный убийца расправился с Зариповым за то, что Наиль его опередил?

– Как вариант.

– У этой версии есть недостатки.

– У этой версии куча недостатков, – охотно согласился Вербин.

– Но ты в неё веришь?

– Я её не исключаю.

Анзоров покачал головой, показывая, что услышал то, что ожидал, и посмотрел на Шиповника:

– Портрет покупательницы есть?

– Достаточно приблизительный.

– Проследить по камерам не удалось?

– Нет.

– Платила наличными?

– Да.

– Маловато, конечно… Такое же количество кукол и непонятная смерть два года назад… – Анзоров покрутил головой. – Но может получиться интересно.

Арест серийного убийцы – громкий арест, учитывая шумиху, поднятую благодаря публикации – благотворно скажется на карьере. Такие победы отмечаются особо. К тому же победа поможет сгладить начальственный негатив, возникший после публикации Юркина.

– Получится интересно, если докопаемся, – уточнил подполковник.

– Если докопаемся, – согласился следователь. Прочитал пришедшее в смартфон сообщение и помрачнел: – Если нам позволят докопаться.

– В смысле? – поперхнулся Шиповник.

– Мне друг написал, что Диляра собирается выдвинуть против нас обвинения, – медленно ответил Анзоров, перечитывая сообщение.

– Она совсем долбанулась?

– Она в шоке, а теперь в ярости, и будет грызть всех, до кого дотянется, – вставил своё слово Вербин. – Нас она ненавидит.

– Диляра всех ненавидит, – скривился Шиповник. – Но в чём ей нас обвинять?

– Думаешь, не найдёт?

– Думаю, у нас всё по закону. И у тебя тоже.

Анзоров и Шиповник посмотрели на Феликса.

– Я ей ни разу не нахамил, – ответил Вербин. – Хотя очень хотелось.

– Молодец, – похвалил оперативника подполковник. – Значит, просто ждём, какую гадость она попытается устроить, и адекватно реагируем.

– Именно так.

– Тогда давайте вернёмся к убийству Наиля, – предложил Анзоров. – Что у нас есть?