Чтение онлайн

– Да. У тебя есть? Оружие, награды, перстни, дневники?

– Есть! – Сергей вынул несколько листков копировальной бумаги фирмы «Элефант».

– Эта мелочевка, – скривился Антон, посмотрев листки, – на много не потянет. Предметы там были?

– Что? – не понял Сергей.

– Вещи какие-нибудь. Личные дневники, значки, украшения. Кулоны, альбомы, например.

– Я же говорил, – удивился Сергей. – Документы времен войны. Думал, ты, может, что-то знаешь по этой теме. Время немецкой оккупации Кавказа.

– Нет, я искусствовед. История – смежная область. А меня вещи интересуют. В первую очередь интересуют произведения искусства.

– А я тоже больше искусством интересуюсь. Хочу поступать в художку, – вставила Полина.

– Художник – тоже тупиковый выбор, – отрезал Антон. – В наше время – бесперспективно. У нас каждый год из училищ и академий выпускается целая толпа молодых художников. Некоторые даже неплохо рисуют. Только спроса на современные картины нет. Работать негде и некем.

Нахмурившаяся Поля собиралась что- то ответить, но Антон продолжил:

– Некоторым… Действительно талантливым людям… Им удается зарабатывать. Тем, кто рисует не хуже, а лучше тех мастеров, чьи картины висят в музеях. И еще они должны уметь хранить тайну.

– Рисуют подделки?

– Да. В год в России люди тратят четверть миллиарда долларов на покупку антиквариата. Думаешь, это такие ценители? Нет, они деньги вкладывают. Инвестиции. Им кажется, что НАСТОЯЩАЯ вещь, будет только дорожать. Думают, что спрос будет и дальше постоянно расти. И он растет. А вот с предложением беда… Шедевров на всех не хватает.

– И кто-то подделками начинает разбавлять рынок?

– Начинает?! Всегда подделывали. В одних только Штатах картин Рембранта накопилось девять с половиной тысяч штук!

– Ого! – удивилась Полина. – Представляю себе этих коллекционеров. Они все уверены, что у них хранятся шедевры. Как удается обманывать столько людей?

– Есть такой анекдот: "…Вы даете гарантию, что эта картина подлинная? – Конечно. Гарантия два года…" Так вот это на самом деле не анекдот. Аукцион Sotheby's дает гарантию атрибуции как раз на два года!

– Почему!?

– Сегодня полотно приписывается Рембранту, а через два года, может, появятся новые методы исследования. И окажется, что это не Рембрант.

Конец ознакомительного фрагмента.